Замерло все. Враг лежал на боку, безвольно раскинув руки. Карпов сидел на земле на пятой точке и таращил на меня глаза, замерев с открытым ртом. Сама я в шоке от содеянного, не могла отвести взгляда от поверженного Макса. Сколько длилась эта сцена, не могла сказать точно. Очнулась не сразу. Подозревала, что Александр уже раза два пытался вывести меня из того странного состояния, когда ничего не слышишь и ничего не чувствуешь.
-- Мария Александровна-а?! - он легонько тряс меня за плечо. - Очнитесь. Он жив. Сейчас уже очухается.
-- Да? Это хорошо! Свяжи ему руки и ноги.
-- Что еще я о вас не знаю, госпожа Зуева? - мой охранник указывал на пистолет в моей руке. - Вы мне рассказывали только о газовом баллоне. Разве не так? Отдайте мне пистолет, Мария Александровна. Очень вас прошу!
-- Отдам. Может быть... Свяжи его, я тебе сказала!
-- Ладно, ладно. А чем?
-- Чем обычно это делают? Веревкой, наверное.
-- Где же ее взять-то?!
-- Не разочаровывай меня в себе окончательно, Саша. Какой ты?.. Если у тебя даже веревки нет...
-- А у вас есть?
-- Хорошо. Ремень у тебя есть?
-- Нет. На мне брюки и так хорошо держатся.
-- Вот, черт! - я развернулась и пошла к машине, а потом полезла в ее багажник. - Это подойдет?
-- А что это?
-- Пакеты из-под продуктов. - Заметила его гримасу и закипела. - Большие же пакеты! Прочные! Десять килограммов веса должны выдерживать! Могут сгодиться, раз у нас все равно больше ничего нет. Ну, хочешь, я тебе лифчик сниму, раз у тебя ремня нет?
-- Ладно. Не нервничайте. Давайте свяжем пакетами.
Когда Макс пришел в себя, его глаза полезли на лоб. Он сидел в моей машине, привалившись к самому углу на заднем сиденье. Ему в нос упиралось дуло пистолета. Он, было, дернулся, но странный шорох, разнесшийся по салону, возвестил ему, что его ноги и руки, заведенные за спину, крепко связаны.
-- Вопрос прежний. Где моя фотография?
Макс молчал, но в лице наметились перемены. Не то, что в прежнее наше с ним общение, теперь он смотрел на меня серьезнее. Скорее всего, это оружие в моих руках так на него подействовало. Но, может быть, и мои глаза имели значение. Они просто сверкали от гнева и решимости сотворить непоправимое. Он не мог знать, а это Сашка Карпов так меня распалил, пока матерился, связывая и затаскивая в машину нашего врага.
-- Оружие, конечно, травматическое... Но если в глаз целить... Сам понимаешь, сколько у тебя шансов выжить... -- не долго думая я сместила ствол ему в глаз. - Отдай лучше. Тогда отпустим. А, так...
-- Ты что, сумасшедшая?!
-- Не зли меня больше. Ни к чему. Просто верни фото. Где оно у тебя? Дома?
-- Да. - Не без задумчивости ответил он.
-- Хорошо. И где там?
-- В ванной, в стирке, джинсы лежат. В кармане.
-- Вот и хорошо. Молодец. Мой человек сейчас туда съездит. Если привезет, я тебя отпущу. Если нет, то пристрелю. Посмотри в окно. Что видишь?
-- Ничего.
-- Правильно. Это пустырь. Чуть левее, заметь, свалка. Здесь тогда и останешься. Все понял? Так что, ехать ему?
-- Да. Я правду сказал.
-- Отлично.
Я достала мобильный и набрала Карпова. Дала ему наводку на ванную и стала ждать. Уже через пять минут он мне перезвонил и подтвердил, что фотография у него. Я удовлетворенно дала отбой. Вышла из машины и открыла дверь со стороны, где сидел Макс.
-- Выбирайся.
-- Руки, ноги развяжи.
-- Сам справишься.
-- Развяжи, сказал!
-- Не царское это дело. Выметайся. А, то могу и передумать. Все же мне крепко тогда по голове твои дали.
-- Кто ты такая?
-- Так, знакомились же!
-- Нет! Ты чокнутая!
-- Сунься еще ко мне, тогда точно узнаешь, что и как.
На следующий день, ближе к обеду, я встречалась с Карповым. Держали совет, что дальше делать. Фотографию добыли. Надо сказать, трудно нам пришлось, но дело было сделано. Это решили отметить. Потому и встретиться решили в ресторане. Пивном. Я пиво не очень жаловала, но решила не огорчать этим напарника. А мы теперь себя так и ощущали. Ни много, ни мало, а общее дело сближало. К тому же, я получила боевое крещение, ну, а Карпов считал себя «тертым калачом». У меня, правда, возникли вчера кое-какие сомнения, но вслух их не высказала.
Часть 4.
Когда встретились, я, первым делом, обратила внимание, что в его брюки теперь был вдет ремень. А парень делал выводы! У меня на талии тоже, кстати сказать, красовался изящный, но прочный и надежный, из натуральной кожи итальянский поясок. И еще, в сумке теперь, помимо пачки бумажных носовых платков, имелись сразу четыре батистовых, это на случай, если кляп понадобился бы. Я Александру их показала, а он рассмеялся и вынул сразу из двух карманов по большому мужскому платку, хитро подмигнув мне немного еще красным правым глазом.
-- За нас! - подняла я над столом кружку со светлым пивом.
-- За наше общее дело! - поднял кружку темного Александр.
Мы попили пивка, поели принесенных нам раков. Было приятно, и жизнь радовала.
-- Что дальше станем делать? - задала я вопрос, где-то, через час нашего веселья, возлагая на Карпова большие надежды.