Комната, в которую привел подъемник, не была похожа ни на одну из тех частей поместья, что она видела. Она была лишена странной, зловонной атмосферы особняка или мрачной сырости подвала. Это выглядело так, словно Джилл вышла из готического романа ужасов и попала в военный комплекс, суровый рай прагматика.
Она стояла в большой комнате с железобетонными стенами рабочего грязно-оранжевого цвета. Кабели и металлические трубы тянулись вдоль стен наверху, и комнате достаточно подходило название
С одной стороны комнаты располагалась плотно запертая тяжелая металлическая дверь. Надпись слева от нее сообщала, что она может быть открыта, только в случае чрезвычайной ситуации. Джилл решила, что надпись
Она окинула взглядом лестничный проход и сумела разглядеть лишь квадрат бетона внизу. Вздохнув, она крепко сжала «Ремингтон» и начала спускаться.
Едва коснувшись последней ступеньки, Валентайн нервно обернулась, и перед ней предстала намного меньшая комната, столь же заурядная и рабочая, как и первая. Встроенные флуоресцентные лампы на потолке, серая металлическая дверь, бетонные стены и пол. Она быстро пересекла комнату; в душе зародилась надежда, что тварей и ловушек больше не будет. Пока на подвальных уровнях не обнаружилось ничего более опасного, чем отсутствие респектабельности.
Джилл открыла дверь, и ее надежды развеялись, когда отвратительный запах долго гниющей плоти ударил в нос. Девушка шагнула в бетонный проход, ведущий к пролету уходящей вниз лестницы, путь обрамляли металлические перила. На верхних ступеньках, скрючившись, лежал зомби, настолько сморщенный и высохший, что казался мумифицированным. Держа дробовик наготове, она медленно пошла к ступенькам, отметив, что там, где кончались перила, влево ответвлялся коридор. Джилл бросила быстрый взгляд за угол и убедилась, что там чисто. Все еще, внимательно наблюдая за высушенным трупом, Валентайн прошла по короткому коридору и остановилась у двери слева. Надпись рядом с дверью гласила:
Она вела в спокойную комнату в серых тонах с длинным столом для заседаний в центре и диапроектором, установленным перед съемным экраном в дальнем конце. На маленькой подставке у стены справа стоял телефон, и Джилл поспешила к нему, понимая, что надеяться особенно не на что, но, решив все-таки проверить. Выяснилось, что это был вовсе не телефон, а селектор, который, казалось, не работал. Вздохнув, она прошла мимо декоративной колонны и обошла вокруг стола, глядя на пустой проектор. Ее взгляд рассеянно блуждал в поисках чего-либо, представляющего интерес, и остановился на плоском неприметном металлическом квадрате, размером с лист бумаги, вставленном в стену. Джилл подошла, чтобы разглядеть его получше. Наверху была плоская панель. Она слегка коснулась ее, и панель ушла в стену, открыв взору большую красную кнопку. Она оглядела тихую комнату, пытаясь представить, какая ловушка могла бы быть здесь, и пришла к выводу, что никакой ловушки нет вообще.
Она инстинктивно чувствовала, что ее логика верна. Это был зал заседаний, место, где пьют плохой кофе и сидят на встрече с коллегами, ничто не должно выскочить на нее, если она нажмет кнопку.
Джилл нажала ее. И позади декоративная колонна скользнула в сторону с глухим металлическим гулом. Позади колонны было несколько полок, заваленных бумагами и что-то, блестящее в мягком сером свете комнаты. Она подбежала и взяла маленький ключик, на конце которого была изображена крошечная молния. Сунув его в карман, девушка просмотрела несколько бумаг. Все они были отмечены эмблемой «Umbrella» и хотя большинство из них оказались слишком толстыми и тяжелыми, чтобы тратить время на их разбор, название одного из докладов рассказало ей то, что ей нужно было знать, то, о чем она уже подозревала.