Читаем Захарий (СИ) полностью

Город встретил Захария теплым весенним дождем, который звонко барабанил по крышам и мостовой. Стояла глубокая ночь, и улицы были совершенно пусты. Даже городская стража, не желая мокнуть, дремала в своих будках. Захарий, плотно закутанный в длинный черный плащ, даже задержался на несколько минут, с удовольствием подставляя лицо под прохладные капли. Потом он широкими шагами подошел к нужной двери, единственной в фасаде огромного здания, своими размерами ненамного уступавшего городской ратуше, возвышавшейся напротив. Все окна были темны, и Захарий решил идти прямо вперед. Развоплотившись, он без усилий прошел через толстый металл, которым была окована дверь, и очутился темном холле, из которого наверх вела только одна лестница, подсвеченная ночником, горевшим на стене. Ни один звук не раздавался внутри, кроме тиканья настенных часов, висевших напротив входа. Захарий, не выходя из состояния тени, беззвучно прошел на второй этаж, и остановился, чтобы сориентироваться дальше. И только тут он ощутил чье-то несомненное присутствие. Чья-то нечеловеческая сущность явно находилась неподалеку, но очень легкие колебания, исходившие от нее, указывали на то, что Захарий распознал ее первым. Он не попытался распознать, кто же может скрываться за стеной, и таким образом, сразу проявить себя, да и не чувствовал в этом необходимости. С одной стороны ему было все равно, а с другой он и так, с большой долей вероятности, знал, кто его ждет. Но в этот раз наскоком было ничего не решить, а потому он просто пошел к дальней двери, за которой, как теперь было ясно, и находился искомый объект. Захарий прошел сквозь дверь, и тихо остановился. Перед ним, на большой кровати, полузакрытой балдахином, лежал старик в ночном колпаке. Лицо его было покрыто испариной, а ночная рубашка насквозь промокла от липкого пота. Внимательно всмотревшись в него, Захарий понял, что жизни в этом теле осталось максимум на два дня, и что уже к этому вечеру старик не сможет адекватно реагировать на происходящее. Он понял, насколько тонок был расчет, когда Морт назвал ему время прибытия. Еще вчера днем старик чувствовал себя удовлетворительно, а теперь мысли о смерти полностью заслонили собой все остальное, несомненно, сделав его податливым и сговорчивым. Теперь он будет хвататься за любую возможность, стараясь обеспечить себе смерть, как когда-то сумел обеспечить жизнь. И тут Захарий внезапно застыл... Он понял, что… проиграл. Он уже не сомневался, что увидит сейчас, когда обернется. В дальнем углу за столом сидела тень, просто бесформенная тень, и именно ее колебания он чувствовал при приближении. Отвлекшись на них, он не обратил внимания на другие волны, исходившие из другого конца дома. Это была ловушка, и столь искусная, что не попасть в нее для него было почти невозможно. Только высшие сущности могут предусмотреть абсолютно все, а девилы, даже высокого уровня, не были лишены недостатков. Многие попадались на призывы магов всех мастей, и были вынуждены служить им только потому, что те знали нужные слова. Другие умудрялись перехитрить самих себя, и попадали в ловушки, выставленные на других. И сейчас Захарий, резко повернувшись, увидел Морибеля, который стоял у него за спиной, и почти касался его шеи кончиком длинного меча.

- Ну вот так! - сказал Морибель, усмехнувшись.

Захарий мгновенно перебрал сотни вариантов возможного спасения, но выставленный магический меч Морибеля, все равно не оставлял ему шансов. Поэтому он так и остался стоять, просто глядя на своего соперника. Он представил, насколько далеко отсюда отшвырнет его удар меча, который, несомненно, разрушит его силу, и заставит восстанавливаться не менее недели. Однако Морибель почему-то медлил с последним действием, и постепенно усмешка исчезла с его лица, сменившись серьезным, и несколько задумчивым выражением. Он медленно опустил меч вниз, и кивнул на диван, стоящий у стены :

- Пойдем, сядем!

Захарий, не понимая, что происходит, принял приглашение. Теперь он уже сам мог превратиться из жертвы в охотника. Он знал, что теперь успеет выхватить Эренор, и сразить этого анхела, но решил повременить. И хотя дело было для него превыше всего, а жалость и глупое благородство, так часто граничившее у многих с пустым позерством, не были доминировавшими чертами его сущности, но Захарий не стал пользоваться внезапным преимуществом. Морибель, проходя мимо тени, продолжавшей сидеть за столом, махнул рукой, и она растворилась в воздухе.

- Не будем пока будить его, - он кивнул на спящего, - поговорим так, не воплощайся.

- Давай поговорим, - Захарий расположился поудобнее, удивленный и заинтригованный происходящим.

- Знаешь, я стоял у тебя за спиной, когда ты еще не почувствовал этого, я мог сделать с тобой все, что угодно, но не захотел, - голос Морибеля был даже немного грустным. - Ты еще не знаешь, как тяжело и неприятно даются поражения, и вообще надо было бы, чтобы ты это ощутил. Но мне твое поражение не нужно, Захарий.

- Что же тогда тебе надо? - Захарий был слегка придавлен его словами.

Перейти на страницу:

Похожие книги