Тем временем народы, кратчайшим путем достигшие новоявленного Эдема, который открылся им вдоль средиземноморского побережья, и не растратившие время – оно же энергия, – на бесконечные блуждания по девственным просторам Азии и Европы, созидали первые человеческие цивилизации – налаживали государственность, хозяйство, протонауки и уже приглядывались к возведению пирамид. А варварская, кельтско-славянская Европа все еще прозябала в первобытном оцепенении когда в Китае уже знали иероглифы, в Индии выработали доктрину о переселении душ, в Египте существовали налоги и сложные ирригационные сооружения, в Греции обкатывались первые демократические институты, давно пала Троя, а Римского государства еще не было и в помине, наши древние пращуры ходили в звериных шкурах и орудовали драгоценными бронзовыми ножами. Те варварские народы, которые волею случая присоседились к очагам первых цивилизаций, пользовались светом греко-римского знания и строили общественное бытие более или менее по античному образцу, а наши светловолосые-голубоглазые пребывали в кромешной тьме; они жили общинами, сохранившимися вплоть до Петра Аркадьевича Столыпина, и для них был характерен тот модус вивенди. который в наше время характерен для амазонцев. И то сказать: на западе им не давали ходу воинственные германцы, с севера всего и радости было что Северный Ледовитый океан, на востоке – непролазная гиперборейская пуща, а с юга их подпирали все новые азиатские племена, перемещавшиеся из просторов Центральной Азии, которые все дальше и дальше оттесняли на север наших сравнительно безобидных предков, покуда они окончательно не устроились в среднем течении Борисфена, он же Славутич и он же Днепр; в результате прарусичам досталась дальняя европейская периферия, и они оказались на обочине западного пути.