Пока на плите готовился поздний ужин, пошла переодеваться. Разгуливать по квартире в халате не очень любила. Да и волосы нужно было просушить. И именно в тот момент, когда я уже натягивала спортивные штаны, в дверь позвонили. От неожиданности я вздрогнула, и чуть было не свалилась на пол, запутавшись ногой в штанине.
В итоге, заканчивала одеваться я уже у двери. Посмотрела в глазок, одновременно с этим нервными движениями рук поправляя волосы, которые, казалось, торчали в разные стороны.
Роман… А он что тут забыл? И у кого узнал мой адрес? Я вроде как никому не говорила, где живу. С коллегами не особо общалась, и друзей завести не успела. Да и навряд ли заведу.
— Привет, Лаврова! — поприветствовал меня через дверь Никонов. — Впустишь? Или мне так тут и стоять?
Он либо сумасшедший, либо смертник. Если Новак узнает, что Роман был у меня, он же его…
— Ром, мне сейчас не очень удобно с тобой разговаривать, — произнесла, не открывая дверь. Впускать парня к себе было опасно.
— Я ненадолго, Лаврова, — заупрямился парень. — Не ломайся. Все-таки мне из-за тебя пришлось работу потерять.
В том моей вины почти не было. Я так-то не горела особым желанием идти с Ромой в кафе.
Ничего из этого я, разумеется, не сказала. Продолжала сомневаться, а стоит ли идти у Никонова на поводу. С одной стороны, поступала сейчас некрасиво, а с другой… о его же жизни беспокоилась.
— Лаврова, не ломайся. Я не собираюсь тебя трогать. Просто нужно поговорить. Если сегодня не впустишь, буду завтра у подъезда караулить. И названивать тебе постоянно. Как тебе такой вариант?
— Сомнительный, — стоило признать.
— Тогда, открывай, — устало проговорил Рома.
— Ладно, — все-так сдалась я и отперла замок двери.
Чувствовала, что что-то не так, но тогда не придала этому особого значения. А стоило!
— Спасибо, Лаврова, — поблагодарил парень, переступая порог моей квартиры. — Ты одна?
— Да, — ответила, оборачиваясь. Будто сейчас из своей комнаты должна была выйти мать и, как это часто бывало, возмутиться тому, что я привожу домой незнамо кого.
Она всегда так говорила. Даже если я приглашала домой одноклассниц, с которыми училась вместе долгие десять лет.
— Разувайся, мой руки и проходи на кухню.
— Ясно, — кивнул Рома и приступил к шнуркам на ботинках.
Обратила внимание на то, что обувь у него была довольно поношенная. Будто парень специально надел ту обувь, которую было не жалко испортить. Он в ней что, грязь месить собрался? Никогда не видела Романа таким…
Впрочем, а что я вообще о нем знаю? Парнем он был тихим, спокойным. Вообще было странно, что он рискнул меня куда-то пригласить. Пусть и выбрал для этого не самый удачный предлог. Да и концовка нашей встречи была не очень. Если не сказать, ужасной.
Я прошла на кухню, включила чайник и полезла в холодильник. Гостя надо было чем-то угощать…
Что-то промелькнуло перед глазами, а потом шею сдавила невидимая рука. Меня потянули назад, и я чуть было не упала. Смогла удержать равновесие. От страха сердце в груди бешено заколотилось, а перед глазами встала алая пелена.
Меня снова дернули, видимо собирались все-таки завалить на пол. Попыталась ухватить того, кто набросился на меня руками, помешать ему продолжать меня мучить, но ничего не выходило. Я просто глупо махала ими, хватая воздух.
— Тише ты, задушишь, придурок, — услышала со стороны коридора незнакомый голос. — В квартире это делать не стоит. Поэтому, держи себя в руках.
— Ага, — а это произнес уже тот, кто меня душил. Его хватка стала чуть слабее, и я смогла сделать вдох. Не глубокий, короткий, но все же…
Я все-таки не удержалась на ногах и стала падать. Подхватывать меня никто не стал. Когда тело встретилось с полом, почувствовала острую боль, пронзившую правую руку в области локтя. Закричала бы от боли, но горло нещадно саднило. Казалось, что я и тихого звука из себя выдавить не в состоянии.
Рома навалился на меня сверху, ловко фиксируя мое тело ногами. Удавку с шеи не снял, но больше ее не натягивал. Смотрел на меня немигающим, ненавидящим взглядом. Вот, значит, кто решил меня убить. И из-за чего? Из-за работы? Из-за Новака? А разбираться с моим персональным мучителем себе дороже, да? Убьет и не заметит. Куда проще разделаться со мной.
— Никонов, тащи ее сюда. Или тебе помочь? — а этот голос принадлежал третьему мужчине, которого я так же, как и второго, не знала.
— Помогите, быстрее будет, — пыхтя, сказал Рома и стал с меня слезать. — Пикнешь, убьем прямо здесь. Все поняла?
— А где собираетесь? — хрипло спросила. Несмотря на весь ужас ситуации, я как-то умудрялась держать себя в руках и не скатываться до банальной истерики. Умолять этих уродов меня пощадить? Бесполезно. Так зачем унижаться, лелея в себе слабую надежду? Если все равно убьют.
— Заткнись, — процедил Рома, хватая меня за плечи и вздергивая вверх.
И откуда в нем столько силы? Точно ненависть помогает ему. Иначе бы не смог меня поднять. Впрочем, я и сама не горела желанием смотреть на своих предполагаемых будущих убийц снизу вверх. Слишком унизительно. А мне и так в последнее время хватало унижений.