В начале третьей недели она сказала, что хотела бы сегодня прогуляться по окрестностям, и в город мы не поедем. Мы ехали по безлюдной дороге, ведущей в небольшую загородную деревеньку. Марта была одета в простое платье, но оно очень шло ей. Наверное, ей хотелось выглядеть моложе. Машин навстречу попадалось очень мало и создавалось впечатление, что мы одни. Меня охватила ностальгия, я вспомнил наши счастливые времена. Марта положила руку мне на колено, я внутренне напрягся. Она сказала мне какой-то комплимент, и я понял, что она готова. Я не мог и не хотел ждать, я не знал, сколько она будет ходить вокруг да около, и решил взять ситуацию в свои руки. Конечно, я рисковал, она могла возмутиться, уволить меня, но почему-то я был уверен, что этого не случится. Женщины чувствуют силу, она им приятна, подчинение силе у них в крови. И, видя, какие слизняки окружают мою жену, я был уверен, что она соскучилась по настоящему мужчине. В своё время я тоже, вероятно, был таким слизняком, поэтому она и избавилась от меня. Но ни моя смерть, ни мои деньги не принесли ей счастья. Мне было даже жаль её.
Я съехал с обочины в перелесок и остановил машину. Я привлёк её к себе и начал жадно целовать. Она не сопротивлялась. Она была, как воск в моих руках. Я целовал её плечи, руки, бормотал какие-то нежности, я почувствовал её горячее желание и овладел ею тут же, в машине. После этого она откинулась на спинку сиденья, поправила платье, и я понял, что не промахнулся. Ей это понравилось. Ни слова ни говоря, мы выехали обратно на дорогу и повернули к дому. Дома я поставил машину в гараж, прошёл к себе в комнату и лёг на кровать. Меня обуревали смешанные чувства, в которых мне трудно было разобраться. Я чётко понял одно: это была совсем не та Марта, с которой я расстался десять лет назад. Эту Марту я не знал. Она очень изменилась, я не заметил в ней прежнего цинизма, она была очень одинока. Наверное, ей не хватало любви, нежности, мужской заботы, иначе зачем ей столько мужчин? Что она искала в них? Она рисковала прожить пустую никчёмную жизнь. И, тем не менее, в ней появилась глубина. Эта Марта нравилась мне гораздо больше.
За два последующих месяца мы несколько раз ездили в небольшой деревенский домик на окраине деревушки, где никого, кроме нас, не было. Мы приезжали в обед и оставались до вечера. Я видел, как Марта счастлива. Я был совершенно искренне восхищён ею. Я не чувствовал разницы в возрасте, ведь мне было как-никак за пятьдесят! Я понимал, что Марта устала от фальши и удивлена моей искренностью. Кажется, она начинала не на шутку привязываться ко мне. Какая злая ирония судьбы! Пятнадцать лет назад всё было наоборот.
В моей душе тоже что-то шевельнулось. Я даже начал подумывать о том, не отказаться ли мне от мести. Мне двадцать семь лет, я молод, у меня всё впереди. Но каждый раз я гнал от себя эту мысль, хотя тоже начинал любить Марту. Я понимал, что у наших отношений нет будущего. Сколько могло это продолжаться? Год, два? Рано или поздно это должно было закончиться. Мы никогда не смогли бы быть вместе. Нравы того общества, где мы жили, никогда бы нам этого не позволили. Мы могли бы всё продать и уехать, но я не думал, что Марта может решиться на такое. Слишком сильно держала её паутина, слишком сильно погрязла она в предрассудках. Ей не выбраться. Она не сможет жить в глуши, без магазинов, без фальшивых подруг, без вечеринок. Время подвигов во имя любви для неё прошло. Самое большее, на что она способна, это тайком наслаждаться счастьем, которое так непрочно, так быстротечно. К тому же я был уверен, что мысль о разнице в возрасте и социальном положении не покидала её.
И тут мне снова начал сниться красный лев-змея. Он смотрел на меня пронзительными глазами, а шкура его светилась огненными всполохами. Я понял, что месть должна свершиться. Я немного поостыл к Марте, она это почувствовала, видимо, подумала, что у меня появилась молодая подружка. И хотя мы по-прежнему проводили время вместе в домике, и нам было очень хорошо, былая близость ушла. Я получал щедрые премиальные после каждого посещения домика. Это было глубоко противно. Неужели она так бесчувственна? Я снова сосредоточился на мести.
Мой план был связан с её другом, который посещал её дом. Я всё продумал, нужно было только дождаться подходящего момента.
Как-то раз я зашёл в гостиную. Мою гостиную. Там ничего не изменилось за десять лет. Я хотел увидеть статуэтку. Но её не оказалось на обычном месте. Я осмотрел всю комнату, льва-змеи нигде не было. Спросить об этом у Марты я не мог, поэтому оставил загадку неразгаданной.
И теперь мне оставалось только ждать благоприятного случая. Красный лев приходил всё чаще, и я понял: ждать осталось совсем недолго. Повинуясь какому-то безотчётному порыву, я купил пистолет, благо в оружии разбирался хорошо. Да и Алексу, скорее всего, оно было не чуждо. Мы выбрали отличный экземпляр. До поры до времени мне приходилось прятать его у себя в комнате.