Мама. Слава Богу, это всего лишь мама. Но, как выясняется несколькими секундами позже – я рано расслабилась.
Моя будущая свекровь кладет руки на подлокотники кресла, улыбается уголком рта и едко произносит то, отчего мне хочется впоследствии умереть:
- Нет, сынок, не торопись. У нас уговор был, что ты женишься на дочери Соболева. А пока штамп в паспорте у тебя не стоит, то о каких деньгах может идти речь?!
Я каменею. Что?.. Это они сейчас…обо мне?!
- Мама, если сейчас не проинвестировать мой бизнес, он загнется и мне придется продать его за бесценок! – никогда не слышала, чтобы Олег говорил таким голосом…как истеричка.
- Это твои проблемы, сынок. Ты хотел свой бизнес - я тебе его подарила. То, что ты не в состоянии его держать на плаву – только твои проблемы. Почему я должна вкладываться в бизнес, который мне нафиг не сдался?
- Мама!
- Так, - жестко прерывает моя несостоявшаяся свекровь своего сыночка. - Я все сказала. Когда я получу поддержку Соболева, тогда транш поступит на твой счет. Не раньше. То есть, после твоей свадьбы.
И тут я не выдерживаю, вхожу в ВИП-комнату и выдаю свое присутствие.
- Вот как, Олежек, - выплевываю его уменьшительно – ласкательное имя, как ругательство. – Вот в чем кроется секрет твоей «любви». Связи моего отца.
- Аврора…- бормочет мертвенно-бледный Олег, поднимаясь со своего места. Он делает шаг ко мне, а я шарахаюсь от него назад.
- А мне интересно знать – все эти свидания, признания в любви, предложение – тоже твоя мамочка придумала? Или все же своим мозгом додумался?
- Я не…
- Хотя, - вновь перебиваю, поднимая ладонь вверх и призывая к молчанию. – Мне плевать. Не смей больше приближаться ко мне. Никогда.
Я разворачиваюсь и иду на выход, сжимая до боли кулаки, чтобы не показывать, как трясутся от эмоций руки. Сдерживая изо всех сил слезы, что рвутся наружу.
- И, да. Я обязательно передам отцу ваши данные. Чтобы он обе фирмы стер в порошок.
Но апогеем всего этого цирка становится стриптизерша, что появляется в дверях в более чем откровенном наряде. Она, усиленно виляя бедрами, подходит к Олегу, наклоняется, демонстрируя свое внушительное декольте, и произносит томным голосом:
- Милый, ты еще долго? Я заждалась…
И с чувством глубокого отвращения, быстрым и широким шагом, не обращая внимания на вопли Олега позади, иду на выход из этого рассадника порока и разврата.
Глава 8
Бегу по тротуару, размазывая злые слезы по лицу. Значит, я всего лишь предмет сделки?! Выгодный трофей, за которым охотятся ради связей и денег моего отца. Но при этом меня не рассматривают как личность. А зачем? Я же приятное приложение к финансовой подушке Мирона Соболева!
Осознание этого здорово роняет мою самооценку. Раньше я считала себя привлекательной, умной и той, ради которой свернут горы (ну, как мужчины сами говорили об этом). А сейчас…я здорово сомневаюсь по всем пунктам.
Погода соответствует моему настроению – не заметила, как на небе сгустились тучи, и полил дождь. Подставляю под крупные капли лицо и прикрываю глаза, представляя, что они смывают все события этого дня. Сдергиваю чертову фату, откидывая ее куда-то в сторону.
Но, к сожалению, это мало помогает – кажется, придется отмываться белизной. Вот только есть ли средства, чтобы промыть себе мозги и стереть все ванильные воспоминания?..
Я бреду по улице, пустая и отрешенная. Как будто из меня, как из шарика, выпустили весь воздух. Неожиданно цепляюсь за что-то шпилькой и со всего размаху падаю на колени в лужу.
И тут я не сдерживаю слез: реву белугой в голос. Только сама не пойму, от чего: от гадкого поступка Олега, испорченных туфель или несостоявшейся свадьбы. А, может, от всего вместе?
Дав себе время выплакать все «дерьмо», решительно встаю с колен, снимаю обувь, бросив ее посреди улицы, и снова иду. Это тоже один из уроков отца: что бы ни случилось, продолжай двигаться. Не давай себе слабину, иначе кто-то нащупает твою ахиллесову пяту и обязательно воспользуется твоей слабостью.
Иду босиком по лужам, совершенно не ощущая холода. Вообще ничего. Внутри меня пустыня, которая по своим размерам превосходит Сахару.
Неожиданно краем глаза замечаю, как сбоку тормозит до боли знакомый автомобиль. В любой другой ситуации я бы уже подбирала слова, чтобы отправить его куда подальше, но сейчас…мне все равно. Даже может и хорошо, что он случайно тут оказался. Можно будет отвлечься.
- Где потеряла туфельки, Золушка? – насмешливо интересуется Артем, останавливаясь рядом и засовывая руки в карманы.
Оглядываю его небрежным взглядом, но и этого достаточно, чтобы отметить про себя некоторые детали. Например, что он все же очень высок. И ему невероятно идет этот костюм, делая его…безумно привлекательным. Настолько, что если бы в данный момент я не ненавидела всю мужскую часть населения, то точно обратила бы на него внимание.
Его глаза, как и всегда, смотрят пронзительно, но по ним совершенно невозможно что – либо прочесть. Человек-загадка.