Богиня превратилась в кошку и ласково замурлыкала, согревая меня своим телом. Мне казалось, будто меня согревают и укачивают большие мягкие лапы. Я успокоилась и уже начала засыпать, как вдруг почувствовала, что эти лапы стискивают меня слишком сильно. Я открыла глаза и испугалась, увидев над собой звероподобное лицо, похожее на львиную морду. Махес! Его косматая грива напоминала золотисто-оранжевое пламя, в жёлтых глазах дрожали красноватые огоньки. Я закричала, и он оскалился, обнажив огромные белые клыки. Его острые когти всё глубже и глубже впивались в моё тело. Это причиняло не столько боль, сколько странное мучительное ощущение, пронизывающее меня до мозга костей, и я поняла, что, если буду бояться, свирепый сын Баст действительно погубит меня. Я протянула руку и попыталась погладить его лохматую огненную гриву. Он перестал скалиться, и его голова превратилась в оранжевое солнце, ярко пылающее в тёмно-лиловом небе.
Моё тело продолжало ныть, стало холодно. Вокруг меня шумела вода... или ветер, играющий прибрежной травой, а сквозь этот шум пробивались какие-то звуки - не то птичий гомон, не то голоса людей. Я никого не хотела видеть и почувствовала облегчение, когда поняла, что постепенно погружаюсь в тихую, вязкую темноту. Я лишь на мгновение открыла глаза - потому что кто-то ткнулся мне в щеку мягким холодным носом, и нисколько не удивилась, увидев над собой огромного чёрного пса. Анубис... Ещё один сын богини. Хорошо, если он привёл меня туда, куда ушла моя мама...
Но это оказалась обыкновенная собака. Охотничий пёс Рамзеса, который и помог ему меня найти. Лодку прибило течением к берегу недалеко от арзумовых плантаций Бастиани. Рамзес как раз приехал в имение своей покровительницы, когда по телевидению сообщили о моём исчезновении и даже показали моё изображение. Поскольку служащие храма обнаружили и пропажу лодки, поисковая группа двинулась к реке. Думаю, они бы меня быстро нашли, но Рамзес их опередил.
Мне потом всё это рассказали. Когда я пришла в себя, его уже не было в имении - он приезжал на один день. Я же провела там неделю, потому что разболелась. Я лежала на широкой кровати с пологом и смотрела, как на стенных коврах пляшут солнечные зайчики и кудрявые тени - прямо за окнами росли фруктовые деревья.
За мной ухаживала пожилая служанка. Я почти не реагировала на её заботливое внимание, но она не обижалась. Время от времени приходил невысокий полноватый мужчина с круглыми, как у кота, глазами и мягким, бархатистым голосом. Присаживался рядом и беседовал со мной - сперва обо всём и ни о чём, потом обо всём, включая пережитую мной трагедию. Время помогает нам справиться со всеми невзгодами, говорил он, а у меня времени много - я же ещё так юна. Мне хотелось сказать, что моей маме было всего двадцать семь и она, наверняка, тоже думала, что впереди у неё много-много лет, но богиня распорядилась иначе. Богиня Запада. Владычица преисподней, которая ничего не даёт просто так. Халила права. За всё приходится платить. Богиня не раз спасала меня, она позволила мне приобщиться к её тайнам, но она постоянно отнимает у меня тех, кого я люблю. Наверное, она очень ревнива, и тот, кто пользуется её благосклонностью, должен принадлежать только ей. Лучше вообще никого не любить, ни к кому не привязываться, иначе беды так и будут ходить за мной по пятам. Что он знает, этот толстый человечек с воркующим голоском? Зачем он постоянно приходит и убеждает меня, что в моей жизни всё наладится? Тем, кого я пустила в свою жизнь, открыв таинственную дверь, нет до его умных речей абсолютно никакого дела.
Пианха потом объяснила, что это детский психолог, которого ко мне пригласила Анхиера Бастиани. Я думала, Пианха приехала, чтобы увезти меня обратно в храм, но она, как-то странно замявшись, сказала, что я ещё не поправилась и лучше мне побыть здесь. Разве здесь плохо? Мне тут было ни плохо, ни хорошо, но я привыкла считать своим домом храм, поэтому была уверена, что, как только я поправлюсь, за мной приедут из Дома Баст, но тут в моей судьбе произошёл неожиданный поворот.
За мной действительно приехали, но не из храма, а из королевского дворца. Однажды после обеда служанка сообщила мне, что её высочества принцесса-небет Анхиера и её супруг принц-неб Саамон хотят со мной побеседовать. Старуха критически осмотрела меня с ног до головы, несколько раз провела гребнем по моим буйным рыжим волосам, которые всегда так трудно было уложить в какую бы то ни было причёску, и, проведя меня через несколько больших комнат и длинных коридоров, оставила возле широкой массивной двери с резной ручкой.
- Входи, детка, не бойся. Их высочества - люди добрые и благородные, потому и решили принять участие в твоей судьбе. Не забудь поздороваться.