И всё-таки судьба свела их опять - у того же вросшего в землю валуна, словно издевательски напомнила, что даже всесильный в своём бессмертии ночной демон не в силах изменить хоть что-то в задуманном свыше плане. Девушка больше не пела и не собирала цветы - избитая и замученная, она бездумно сидела на своём старом троне и смотрела в пространство пустыми глазами. В ту ночь было полнолуние и он охотился, и свою маленькую принцессу вынюхивать не собирался; Вильмар шёл по следу двух мужчин, чей запах, пропитанный сыростью леса, сталью, порохом и кровью, стал постоянным гостем на его землях. Запах ему не нравился, как и то обстоятельство, что он был частым спутником некоторых обчищенных до последней нитки трупов в чаще, которые теперь никак нельзя было спихнуть на волчьи проделки.
Вильмар едва не заскулил, когда эта вонь хлынула с трясущейся девушки. Она была повсюду - на обрезанных кинжалом и рассыпавшихся по земле волосах, на руках, шее, плечах, исковерканных губах, на разодранной одежде и под ней. На запястьях чернели синяки, на скуле остался красный след приложившейся пятерни. Перед глазами Вильмара поплыло - его маленькая чистая нимфа сидела перед ним сломанной бездушной куклой, не в силах больше согревать его холодное сердце своим мурлыканьем.Неправда, что вампиры кровожадные монстры - они пьют кровь только чтобы жить. Человечество пило ту же кровь у себе подобных, неважно каким способом, и всё же они осмеливались утверждать, что стали царями природы. Да Природа в ужасе съёживалась под их пятой, отползала в тёмные щели, дабы сохранить хотя бы частицу себя!
Он медленно поднял золотой локон, всё ещё хранивший такой ненавистный, такой любимый запах солнца и цветов, и вдруг сообразил, что рука трясётся. Сжал кулак, пытаясь унять дрожь. Он видел раньше, как трясло людей от страха, но никогда не думал, что может трясти его, и никак не мог унять в груди непонятные новые чувства, из-за которых глаза застилало пеленой и хотелось рвать на части кого-то сильного, способного дать сдачи. Не для охоты, а чтобы... чтобы выместить клокочущиевнутри злость и ненависть!
Вильмар осторожно обнял девочку за плечи, прижал к груди, и неожиданно она пришла в себя, пропустила руки под его плащом и залилась слезами, всё глубже зарываясь носом в его рубаху.
-Ш-шш, малышка, всё пройдёт...
-Я хочу умереть...
Такое простое, такое нормальное решение. Он был голоден, от неё разило кровью, он очень даже мог разрешить эту её проблему.
-Убей меня, я хочу...