Критики настаивают: причина отсутствия ископаемых переходных видов проста. Теория Дарвина не может удовлетворять строгим научным критериям доказательств, поскольку она фатально ошибочна. Основные положения не предсказывают того, что доказано результатами более чем столетних исследований. Поэтому вместо переходных видов имеются «недостающие звенья».
Дарвин знал, что поднимется настоящая буря, если в ископаемых останках не будут найдены необходимые переходные виды
Генетикам давно известно, что подавляющее большинство мутаций либо нейтральное, либо отрицательное. Другими словами, мутации. представляют собой ошибки, неспособность ДНК точно скопировать информацию. Значит, есть основания полагать: мутации — не слишком надежный основной механизм, каким должен бы стать. А естественный отбор, очевидно, не является той динамической силой, которая способна управлять изменениями, хотя сторонники эволюции утверждают обратное.
Естественный отбор действует скорее в качестве контрольного механизма, системы обратной связи, которая отсеивает слабые адаптации и отбирает только успешные.
Проблема мутации в качестве движущей силы отличается разносторонностью. Как отмечает исследователь Биг в своей книге, жизнь самой клетки слишком сложна, чтобы быть результатом случайных мутаций. Но у Дарвина не было лабораторной техники такого уровня, которая имеется в распоряжении современных биологов. Он работал с видами, а не со структурой клеток, не с митохондриями и не с ДНК. Теория мутации также не оказывается справедливой и для других уровней исследований.
Вернемся к проблеме внезапного появления цветущих растений. Цветы отличаются высокой степенью организации. Большинство из них имеют специфическое устройство для посещения пчел и для других опылителей. Что появилось сначала — цветок или пчела? Вот теперь мы сразу задаем нужный вопрос. Итак: каким образом якобы примитивное не цветущее растение, которое на протяжении многих геологических эпох «полагалось» на вегетативное размножение, внезапно вырастило структуры, необходимые для полового размножения?
Согласно теории Дарвина, это произошло, когда голосемянное растение подверглось мутации, а затем, с течением времени, превратилось в цветущее. Но разве такое возможно? Запомним несколько фактов: у цветущих растений перенос пыльцы с мужского пыльника на женское рыльце должен происходить раньше, чем семенные растения смогут размножаться половым путем. Мутация должна начинаться с одного растения в каком-то одном месте. Не существовало ни насекомых, ни животных, специально приспособленных для опыления цветов — ведь до этого времени самих цветов не было.
Именно здесь идея объединения мутации, естественного отбора и постепенности процесса оказывается несостоятельной. Сталкиваясь с вопросом усовершенствованной организации и скачка от вегетативного размножения к половому, дарвинисты заявляют: эволюция протекает слишком медленно, чтобы связующие звенья были очевидными. Это непоследовательное утверждение. Если эволюция протекает медленно, то должно отыскаться множество ископаемых останков, наглядно демонстрирующих существование «недостающих звеньев».
Естественный отбор не выберет голосемянное растение (скажем, папоротник), которое внезапно мутирует в новую структуру. На такую мутацию растение должно было бы истратить огромное количество энергии. Но это не имело бы никакого смысла. Другими словами, не цветущие растения не могли постепенно отращивать части цветка отдельно в течение десятков миллионов лет — пока не будут полностью сформированы функциональные соцветия или головки цветка. Все это противоречит теории Дарвина о естественном отборе, выживании наиболее приспособленных видов.
Чем больше мы определим логических шагов, которые должны подтверждать корректность теории Дарвина, тем больше возникает сложных вопросов. Как будет размножаться вновь образованный цветок, если поблизости нет других цветов? Почему мы находим многочисленные образцы голосеменных растений и покрытосемянных растений в ископаемых останках, но среди них нет переходных видов, которые могли бы продемонстрировать, как протекали мутация и естественный отбор при создании цветов?
Если сторонники дарвинизма не могут объяснить механизмы, ответственные за видообразование и эволюцию жизни на нашей планете, то кто же это сможет? Сэр Френсис Крик, второй коллега-первооткрыватель двойной спиральной структуры ДНК, предложил концепцию «панспермии». Это идея о занесении жизни на Землю высокоразвитой цивилизацией с другой планеты. Очевидно, что Крик не идет на поводу у дарвинизма. Биг заканчивает свою книгу предположением о возможности интеграции «теории творческого интеллектуального замысла» в основы биологиц.