Глядя ему вслед, Соран почувствовала грусть. В конце концов, даже непогрешимый, казалось бы, инспектор Королевского сыскного ведомства всего лишь человек, который кого-то любит. После минутного молчания из соседней камеры послышались хлопки.
– Это была прекрасная речь!
– «Каждый житель Чосона – преступник просто потому, что кого-то любит».
Это говорили двое мужчин, один пухлый, а другой тощий, которым на вид было далеко за тридцать.
– Кто вы такие?
– Мы? Кхм… Если любовь – это преступление, то мы преступники! Мы – соло. А зовут нас Ванбэ и О Докхун.
Соло? Чунсок окинул мужчин скептическим взглядом.
– Что такое «соло»?
– О, это надо же было так отстать от жизни! Соло – это люди, которые никогда не разговаривают ни с мужчинами, ни с женщинами.
– Что?
– Подобно снегу, что все равно однажды растает, соло живут так, будто их существование едва ли имеет значение для мира! Это понятие широко распространено в столице в наши дни, как вы можете этого не знать? Похоже, вы тоже соло.
– Фу! Такие люди попадают сюда после того, как лапают женщин, когда те кланяются в храме!
– Думаете, мы нарочно? Губительные желания преследуют нас изо дня в день весь год напролет. Мы думали, что посещение храма поможет с ними справиться! Кто же мог представить, что руки наши сами потянутся к женским округлостям?
Несмотря на непрекращающуюся болтовню мужчин, Соран не обращала на них внимания и, скрючившись в углу камеры, тяжко вздыхала.
«Ах, подумать только! Оказаться за решеткой за неосторожные высказывания. Несмотря на то что я вела кочевую жизнь, сталкиваясь со всевозможными трудностями, меня ни разу не сажали в тюрьму. Что со мной будет? – думала она. – Меня же не станут жестоко пытать только за небольшое мошенничество, верно? Говорят, в столице людей казнят, отрывая конечности, но, конечно, это неправда. Конечно же, неправда».
С наступлением ночи Докхун и Ванбэ наконец уснули, и атмосфера стала еще более зловещей. Запертая в этом мрачном месте, Соран дала волю воображению, и оно разыгралось необоснованными страхами. Девушке мерещились угрожающие фигуры, бросающие на нее развратные взгляды. До чего же страшно! Если бы только она не полезла в бутылку во время беседы с инспектором из Королевского сыскного ведомства!.. Она с сожалением вздохнула.
– Эй вы там! Я невиновна! Выпустите меня отсюда! – Слабые крики Соран не заставили стражников сдвинуться с места. Ах, это ужасно! Как же ей сбежать отсюда?
– Кто-нибудь! Прошу, спасите меня!
Они даже не делали вид, что слушают. Как можно привлечь их внимание? Соран задумалась, и вскоре ее осенила блестящая идея. «Ну хорошо. Тогда придется прибегнуть к последнему средству». С этой решимостью она резко закричала, словно пораженная молнией:
– Слушайте сюда! Я – Лунный Отшельник! Внимайте же моим словам!
По правде говоря, Соран несла все, что приходило ей в голову. И все ради того, чтобы выжить!
– Эй, Докхун, проснись! Может, она одержимая?
– Что происходит? Неужели эта женщина не мошенница, а настоящая гадалка?
Вдохновленная реакцией Докхуна и Ванбэ, Соран продолжала кричать, словно в нее действительно вселился Лунный Отшельник.
– Внемлите моим словам! Я, Лунный Отшельник, заявляю…
Синвон тем временем обсуждал с министром юстиции, как доложить королю об истинной сущности мошенницы.
– Что это за шум? – услышав звонкий голос Соран, министр юстиции направился внутрь тюрьмы.
– В этом году запрету на брак придет конец!
Только сделав такое дерзкое заявление, Соран сможет убедить чиновников в том, что она не мошенница, а настоящая предсказательница!
– Значит ли это, что в течение года король выберет новую королеву?
В тюрьме воцарилось оживление. Все заключенные находились здесь за преступления, связанные с браком. В их глазах мелькнул проблеск надежды.
– Чтобы выбрать новую королеву, нужно сперва упокоить дух умершей наследной принцессы Ан! Иначе все вы навсегда останетесь соло!
При этих словах Докхун и Ванбэ задрожали от страха. Навсегда остаться соло – это поистине невообразимая участь!
– Эту девушку арестовали за мошенничество! Неужто вы правда верите ее словам? – властно сказал Синвон, пытаясь утихомирить взбудораженную толпу, однако атмосфера оставалась напряженной.
– Если в течение года не будет выбрана королева, дворец постигнет великое бедствие!
– Что?
– Учитывая, что недовольство среди неженатых мужчин и незамужних женщин растет, даже удивительно, что восстание еще не началось. Если запрет продлится больше семи лет, народ начнет роптать!
– Хочешь сказать, люди поднимут восстание?
– Да! Скоро начнется «Восстание Соло»! – заявила Соран. От нее исходила аура предводителя народного восстания.
Министр испуганно спросил Синвона:
– Кто эта особа?
– Мошенница.
– Я – сваха государства Чосон!
– Я – министр третьего ранга, министр Ким Сольрок.
– Сольрок?
– Кажется, я нашел ключевую подсказку, которая поможет снять запрет на браки!
Стоит ли верить этим словам? Синвон с изумлением посмотрел на министра.
– Я отправлюсь во дворец и доложу об услышанном Его Величеству!
Все присутствующие раскрыли рты от удивления. Конечно, больше всех удивилась Соран.