– Я исправлюсь. Я всему научусь, – твердил он. – Я постараюсь увидеть тебя такой, какая ты есть.
– Слишком поздно, Майкл. Настала моя очередь тебе не верить.
– Я отец твоего ребенка.
– Если ты настаиваешь, я буду информировать тебя обо всем, что с ним происходит.
– Настаиваю.
– Хорошо. Но на этом все. – Бри взяла сумочку и накинула ремешок на плечо. – Я больше не могу здесь находиться. Тебе придется заканчивать самому. Ну или задействуй свои любимые денежки и найми кого-нибудь. А вообще, мне плевать.
Она повернулась и ушла.
Майкл смотрел ей вслед, как побитая собака. Его поглотила могильная тишина дома.
Нужно выпить. Он начал обшаривать ящики и открыл чулан.
Где же, черт возьми, у Тони и Уилла бар?
Глава 10
Удивительно, сколько всего можно купить. И сколько нельзя.
Нельзя купить счастье. Любовь.
Женщину, с которой хотелось бы прожить жизнь.
Бри два месяца избегала его.
Прилетев по делам в Абу-Даби, Майкл остановился в одном из самых роскошных отелей мира.
Он по-прежнему не мог забыть Бри.
– Приготовить ванну, сэр? – Служитель, закрепленный за шикарным номером Майкла, говорил с безукоризненной вежливостью и с великолепным британским акцентом.
Массируя виски, Майкл выключил гигантский плазменный телевизор, подошел к окнам во всю стену и посмотрел на мерцающие голубые просторы Персидского залива.
– Не нужно. Можете идти.
Отель был невероятным, сногсшибательным. У Майкла была назначена встреча с его владельцем, шейхом. Тот горел желанием построить еще один – претенциознее, роскошнее, дороже. Это должна была быть сделка десятилетия.
В обычном состоянии Майкл стремился бы участвовать в столь грандиозном проекте.
Но он скучал по Бри.
Когда она позвонила и сообщила, что у них будет мальчик, у нее был ледяной голос.
Мальчика они решили назвать Уиллом.
Бри отказывалась обсуждать с ним что-либо, кроме визитов к врачу. «Позвоню, когда будут новости о ребенке», – говорила она перед тем, как повесить трубку.
Когда Майкл звонил ей сам, она не отвечала. Игнорировала сообщения. Каждый день он посылал ей розы, и каждый день она отправляла их обратно.
Перед отъездом в Абу-Даби Майкл зашел в «Дом Зеда» проведать ее, однако Бри ясно дала понять, что не хочет его видеть. Она холодно и кратко отвечала на вопросы, а потом попросила его уйти.
Когда Майкл сказал, что его агент присмотрел для нее квартиру, она покачала головой:
– Оставь меня в покое, Майкл. Я не хочу обсуждать с тобой то, что не имеет отношения к ребенку.
– Еще как имеет. Тебе не придется подниматься по лестнице. Я все оплачу.
– Ты опять о деньгах.
– Нет, о малыше. Он родится, и ты будешь таскать его вверх и вниз по лестнице? А вдруг ты упадешь?
– Я что-нибудь придумаю.
– Это мой сын! Почему ты не даешь мне это сделать?
– Я в курсе, сколько в этом городе стоят квартиры, – отрезала Бри. – С таким подарком я буду финансово от тебя зависеть. Мне это не нужно.
– Я все равно не позволю тебе остаться в твоем доме и рисковать ребенком! – вспылил Майкл. – Почему ты не разрешаешь мне помочь?
– Ты знаешь почему. Ты используешь деньги, чтобы достичь желаемого. Ты считаешь, что мне лишь бы кусок урвать…
– Больше я так не считаю!
– Я не продаюсь. И наш ребенок тоже. Ты так долго всех контролировал, что по-другому просто не можешь. Вот я и решила ничего от тебя не принимать.
– Деньги здесь ни при чем!
– С тобой всегда при чем. А я так жить не могу.
Когда-то Майкл верил, что, разбогатев, он получит все, что захочет. Как же он ошибался!
Он слишком часто использовал деньги как средство самоутверждения. Нужно было только понять, кто чего от него ждет. Официантам были нужны хорошие чаевые. Женщинам – драгоценности. Приятели просили, чтобы он финансировал их затеи. Майкл старался угодить всем. В каком-то смысле ему это нравилось, потому что он чувствовал себя сильным, могущественным, уверенным в себе.
Но как снова завоевать Бри, он не знал.
Что, если она права? Что, если он не сможет измениться?
Майкл, сидя около кассы в «Доме Зеда», перестал жевать теплый хрустящий хлеб с джемом и расплылся в улыбке. Бри выскочила из кухни и понеслась к нему. Ее щеки пылали от возмущения, но от этого она казалась еще красивее.
Майкл смерил взглядом ее чудесную фигуру, и она стала пунцовой.
– Прекрати! – прорычала Бри.
– Что прекратить?
– Прекрати приходить сюда каждое утро, когда ты в городе. Ты меня смущаешь.
Он улыбнулся еще шире.
– Смущаю? Как? – спросил Майкл с самым невинным видом.
Бри схватила стул и села. Перегнувшись через стол, чтобы никто ее не слышал, она прошипела:
– Ты прекрасно знаешь как. Ты ежедневно посылаешь мне цветы.
– Я же денежный мешок, ты не забыла? Кстати, цветы отлично смотрятся в вазе на столе.
– Ты каждое утро заходишь сюда по пути на работу. Завтракаешь. Пожираешь меня глазами.
– Пожираю… – протянул он, уставившись на ее губы. – А что прикажешь делать, если ты не только самый талантливый повар на Манхэттене, но и самый красивый?
– Не пытайся мне льстить!
– Извини. – И Майкл принялся за картофельные оладьи.
– Ты звонишь так часто, что Бижу начала тебя жалеть! Все, кто здесь работает, постоянно нас обсуждают и делают ставки!