Я никогда не была так далеко от дома, но с нетерпением ждала независимости, которую дает расстояние. Семья Джордан очень ее поддерживает и дает все, чего она хочет. У нее есть старший брат Роман, но она маленькая дочка своих родителей, которую они любят баловать. Благодаря им в этом году мы можем жить в квартире за территорией кампуса. Ее родители для меня как приемная семья. Они отказываются принимать от меня деньги за квартиру и просто счастливы, что мы с Джордан живем вместе. Мои родители присылают деньги каждый месяц, чтобы помочь с расходами на проживание, поэтому мне приходится принимать во внимание только плату за обучение и расходы, которые не покрываются моей академической стипендией. Джордан хотела жить в общежитие в первые два года в колледже, даже при том, что нам нужно было оставаться в кампусе лишь первый год. Она хотела насладиться студенческой жизнью, но в прошлом июне, наконец, сделала решительный шаг к полной независимости. Лиам живет в доме Тау-Каппа-Эпсилон со своими братьями, но большинство ночей проводит со мной.
Когда я захожу в аудиторию, тут же вижу Лиама, сидящего на переднем ряду, а рядом с ним пустое место. Он слегка мне улыбается, пока я сажусь рядом. У меня плохое предчувствие, и я все думаю, что же его беспокоит. Он такой уже две недели.
Я спрашивала его об этом, но он просто обвиняет во всем стресс из-за футбола. Я вновь начинаю переживать, но зашедший профессор отвлекает меня от моих мыслей.
У него черные как смоль волосы, выбритые по бокам и удлиненные сверху, и от этого хочется провести своими пальцами по ним. Я осматриваю все остальное, что также впечатляет: пронзительные голубые глаза, точеные черты лица, легкая щетина, стройное тело, широкие мускулистые плечи и узкие бедра. Вдобавок к его идеальной внешности, на нем кипельно-белая рубашка на пуговицах, которая слегка обрисовывает мышцы пресса, сиреневый галстук и черные брюки, восхитительно низко висящие на бедрах и подчеркивающие его мощные квадрицепсы. Вся одежда выглядит дороже здешней зарплаты. Он больше похож на генерального директора какой-то компании, нежели на профессора. Едва он открывает рот, чтобы представиться студентам, как профессор Майклз, я сражена. Тембр его голоса низкий, с легкой хрипотцой, от которой по телу бегут мурашки.
Когда оглядываю аудиторию, вижу, что женская половина класса выпрямляется на своих местах, чтобы лучше видеть захватывающего профессора. Некоторые парни закатывают глаза от очевидного внимания, которое он получает. Похоже, они ревнуют. Лиам мельком смотрит на мою реакцию, и я тут же чувствую себя виноватой. Меня поймали за разглядыванием нашего профессора, но я должна быть мертвой, чтобы не заметить, как он греховно прекрасен. Это просто наблюдение. Профессор Майклз проходится по учебному плану, обсуждая ожидания, сроки, и отвечает на вопросы. Потом представляет своего ассистента Донована Уитмора. Он высокий, худой и выглядит ботаном. Мне нравится то, как он уверенно машет студентам. Некоторые ассистенты стараются вести себя так, будто они сами профессора, но я не чувствую от него подобного. Он начинает с информации о своем образовании и рассказывает о своей роли на занятиях.
Когда занятие заканчивается, Лиам вскакивает, целует меня в лоб и говорит, что ему нужно на встречу с тренером, но он хочет поговорить со мной позже. Мы договариваемся встретиться в «Старбаксе» в кампусе в шесть часов. Собрав книги, я кладу их в сумку и смотрю на профессора Майклза, окруженного тремя студентками, которые, очевидно, не смогли задать все свои вопросы во время занятия. Я закатываю глаза, прежде чем встретиться с ним взглядом. Уголки его губ немного приподнимаются, будто он только что прочел мои мысли. Я слегка ему улыбаюсь и выхожу за дверь.
День проходит, как в тумане. После двух занятий по экономике и бухгалтерскому учету, я направляюсь в «Старбакс» для встречи с Лиамом. Я прихожу туда раньше него, поэтому заказываю нам по его любимому большому пряному чаю латте со сливками. Только я нахожу для нас место в стороне, как появляется Лиам. Он выглядит еще более нервным, чем всегда. Садится напротив меня, и я вижу, что его глаза блестят.
— Лиам, что происходит? — спрашиваю я, отпивая свой чай. — Не говори мне, что это все футбол.
— Я переспал кое с кем, — выплевывает он. — Я не хотел, чтобы так вышло.
У меня нет слов, и внутри все переворачивается. Слезы катятся по моим щекам, пока разум борется со всеми эмоциями от гнева до боли.