Да, она мне рассказывала про основание первых лабораторий «Эскапизма», светлые идеалы и веру в то, что можно открыть доступ человечеству в иные миры. Рассказывала о погибших друзьях, которых устраняли из-за отказа сотрудничать с «Ростехно»… Но совершенно забыла упомянуть о том, что за одного из этих учёных вышла замуж.
МОР просчитал несколько вариантов коррекции.
Первый — физическое устранение Брайана Сингха. Тут было где развернуться. Раннее детство, утроба матери, студенческие годы, поездки на симпозиумы. Несчастные случаи легко подстраивались, взлом и выжигание личности тоже был реален, но для этого потребовались бы опытные и нашпигованные имплантами кибермансеры.
Впрочем, нет.
Вру.
Детство, утроба, школа и студенчество — всё это не просматривалось из-за темпоральных искажений. Сбор данных агентов внедрения тоже не дал результатов. По всему выходило, что Сингх выпал из ниоткуда. Человек без прошлого. То ли купленные корпоратами спецслужбы изъяли все документы, то ли ещё что. Впрочем, мы и отследить этого мужика на ранних стадиях его взросления не смогли.
Мне ситуация очень не понравилась.
Человек не может вылезать из пустоты. Документы засекретить можно, но куда спрятать реальную жизнь? Анализ поздних диалогов Сингха и Виктории Никольской, то есть Кимберли, показал, что образование учёный получил в филиале Токийского университета в Бомбее. Мы отправили туда эмиссара, тот вернулся ни с чем. В базах данных основатель «Эскапизма» не фигурировал, встретить его на территории кампуса не удалось.
Первая половина жизни Сингха стёрта.
Брукс по понятным причинам не годилась для коррекционного вмешательства. Другие эмиссары в той или иной степени были вовлечены в воронку событий и могли отредактировать собственное прошлое.
Я — другое дело.
Никаких эмоциональных привязок, событийных линий, биографического пересечения. Вдобавок, я замкнул временную петлю и выпал из сферы предсказуемости окончательно.
Смерть Сингха могла повлечь за собой непредсказуемые изменения в судьбе Ким. Двадцатипроцентная вероятность нервного срыва, тридцатипроцентная — заурядной жизни с постепенной деградацией.
Мы рассмотрели и другие решения.
Взлом виртуального акка Брукс с целью предотвратить её знакомство с будущим мужем. Пробку на дороге и застрявшее наземное такси в Токио, где должна была произойти первая встреча учёных. Подставу с любовницей, снотворное в вине, форс-мажоры в институте, требующие срочного возвращения.
Знаки судьбы, меняющие ход мыслей.
Книжка о темпоральных парадоксах и хрупкости бытия, оставленная кем-то в парке. Случайный попутчик в самолёте, рассуждающий о том, что корпорации извращают любые хорошие начинания и на корню выкупают перспективные разработки. Криптовалютный инвестор, решивший внезапно позвонить Сингху, чтобы поддержать его замороженный проект с экологичными токенами.
Как по мне, знаки были изящным решением, но гарантии успеха оставляли желать лучшего. Эти ветки плохо просчитывались нейросетью.
Проще всего было организовать снотворное.
Для этого я отправился в 2074 год, прямиком на кухню отеля «Таканава Тобу», где готовился заказанный постояльцем из номера 36 обед. Неизвестные мне блюда из морепродуктов, белое вино, наностимуляторы. Да, если кто не в курсе, наностимы появились уже тогда. Брызгаешь на кожу распылителем флакончика, и усталость как рукой снимает. Боты доносят бодрящие вещества в мозг, действует покруче кофе и энергетиков, при этом без побочки на сердце.
Переступая порог кухни, я был одет в строгий костюм с эмблемой отеля на груди.
Доставщик — вот моя профессия в этом мире.
Несколько подносов с едой, заказанной клиентами отеля, повара загрузили на тележку, которую я и покатил в сторону служебных лифтов. Чтобы не спалиться, я изменил внешность с помощью жевательной резинки, которую уже применял в императорском дворце. В течение ближайшего часа я буду выглядеть, как один из постоянных доставщиков, по неизвестным причинам не явившийся сегодня на работу.
Лифт поднял меня на второй этаж.
Мягко ступая по ковровой дорожке, направляюсь к тридцать шестому номеру. Остальные заказы меня не интересуют, это проблема местного персонала.
Стучу в дверь.
Не дождавшись ответа, вхожу.
У Сингха стандартный номер без изысков, обставленный в японском минимализме. Корпусная мебель, иллюзия обширного пространства на двадцати квадратах, окно в пол.
Закатываю тележку.
Хозяин номера, стоявший до этого у окна и любовавшийся токийской осенью, оборачивается.
Внезапно меня накрывает пониманием. Я видел Сингха в симуляторах, и это лицо казалось мне… смутно знакомым. Сами черты, взгляд, осанка. Теперь же, увидев учёного в махровом гостиничном халате, я подумал, что этому персонажу вполне подошёл бы старинный сюртук.
Миг — и вспышка озарения прибивает меня к полу.
Передо мной стоял Основатель.