Читаем Зеленые цепочки полностью

Умывшись, Степка попал в столовую и чинно поздоровался с женщинами. Ему очень хотелось есть, но он стеснялся. В чужом доме, среди взрослых людей, он чувствовал себя неуклюже. От смущения пролил горячий чай на скатерть, уронил бутерброд и готов был заплакать от досады, но, видя, что никто не замечает его неловкости, мало-помалу освоился и стал уплетать подряд все то, что заботливо и незаметно подкладывала ему старушка.

* * *

В приемной больницы Эрисмана Степка долго сидел в ожидании майора, который ушел узнавать, в какой палате лежат привезенные вчера с Геслеровского, и получить разрешение на посещение больных. Вернулся он с каким-то человеком в белом халате. Степке и майору пришлось тоже надеть белые халаты.

Завязывая тесемки, майор отозвал мальчика к окну и тихо объяснил задачу!

– Слушай внимательно. Мы пойдем мимо коек, и ты смотри. Как только узнаешь ее, остановись около кровати и нагнись, будто у тебя шнурок развязался на ботинке. Понял?

В белом халате, наглухо завязанном, майор походил на профессора. Степке халат был велик, полы его путались в ногах, и он часто наступал на них.

Ракетчицу Степка увидел, как только они вошли в палату. Он даже не думал, что так сразу узнает ее в лицо. Она сидела на кровати рядом с полной женщиной, у которой все лицо было забинтовано. Больничная одежда сильно изменила ее, но, поравнявшись с койкой, мальчик проверил себя и, убедившись окончательно, нагнулся перевязать шнурок.

Майор и сопровождавший их мужчина прошли дальше, и, когда Степка догнал их, они разговаривали с дежурной сестрой. Через несколько минут стали известны фамилия, имя, отчество и адрес ракетчицы.

На улице майор попрощался с мальчиком.

– Сейчас иди домой. Приятели, наверно, ищут тебя, с ног сбились, и мать беспокоится. Вечером я позвоню.

– Я сегодня опять пойду дежурить! – сказал Степка.

– Ну конечно. Борьба предстоит еще долгая. Это только начало.

Шагая по широкому проспекту, среди густого потока людей, Степка независимо поглядывал по сторонам и думал о последних словах майора: «Борьба предстоит еще долгая».

На душе было легко и хорошо. Он нашел свое место в этой борьбе, и его желание казаться взрослым осуществилось. Не оттого, что он важно курил и давился дымом или, как попугай, ругался, а оттого, что, как взрослый, помогал общему делу и с ним считались, его уважали и он был нужен.

Все складывалось прекрасно. Мишке он несет замечательное знакомство, от которого может зависеть дальнейшая судьба друга. Он шел, раздумывая о своем будущем и о будущем своих друзей. Он верил в победу, знал, что она не за горами и что жизнь пойдет по-прежнему, и даже еще полнее и интереснее.

«А что, если и мне все-таки стать моряком?» – озабоченно думал Степка.


Примечания

С. 12. Си́верский (Си́верская) – городской поселок с железнодорожной станцией в Гатчинском районе Ленинградской области. В собирательном смысле дачный район, традиционное место отдыха жителей Ленинграда-Петербурга.

С. 19. Зени́тка – зенитное орудие (разг.), артиллерийское орудие, предназначенное для поражения воздушных целей.

С. 22. НКВД – Народный комиссариат внутренних дел, центральный орган государственного управления СССР по борьбе с преступностью и поддержанию общественного порядка в 1934–1946 гг. Здание НКВД, или, как его называли ленинградцы, «Большой дом», – построено в 1931–1932 гг. по инициативе С. М. Кирова на Литейном проспекте, д. 4.

Водонапорная башня. – Имеется в виду водонапорная башня старейшей Главной водонапорной станции Санкт-Петербурга. Ныне в ней размещается Музей воды.

ГЭС – государственная электрическая станция.

Купола Смольного. – Имеется в виду собор Воскресения Словущего Новодевичьего Смольного монастыря.

С. 23. Управхоз – управляющий хозяйством.

С. 24. МПВО – местная противовоздушная оборона, составная часть ПВО, задачей которой было предупреждение населения об угрозе нападения с воздуха; маскировка населенных пунктов и объектов народного хозяйства; ликвидация последствий авиаударов; подготовка бомбо– и газоубежищ; оказание первой медицинской помощи пострадавшим; поддержание общественного порядка и обеспечение соблюдения режима, установленного властями.

С. 24. …щелкал метроном по радио… – Метроном – прибор с маятником, отмечающий равномерными ударами короткие промежутки времени. В блокадном Ленинграде метроном отмерял время воздушной тревоги (быстрый темп – тревога, медленный – отбой) и транслировался по всему городу через радиосеть.

С. 27. «Зажигалка» – зажигательная бомба (разг.).

С. 40. Кировский завод (Путиловский завод, «Красный путиловец») – старейший металлургический завод, ныне одно из крупнейших в нашей стране предприятий по производству металлургической и машиностроительной продукции.

С. 42. Электроток – Ленинградское объединение государственных электростанций «Электроток» (теперь «Ленэнерго»). С 1928 г. «Электроток» располагался в казармах Павловского полка на Марсовом поле.

Перейти на страницу:

Все книги серии Тарантул

Похожие книги

Дублинцы
Дублинцы

Джеймс Джойс – великий ирландский писатель, классик и одновременно разрушитель классики с ее канонами, человек, которому более, чем кому-либо, обязаны своим рождением новые литературные школы и направления XX века. В историю мировой литературы он вошел как автор романа «Улисс», ставшего одной из величайших книг за всю историю литературы. В настоящем томе представлена вся проза писателя, предшествующая этому великому роману, в лучших на сегодняшний день переводах: сборник рассказов «Дублинцы», роман «Портрет художника в юности», а также так называемая «виртуальная» проза Джойса, ранние пробы пера будущего гения, не опубликованные при жизни произведения, таящие в себе семена грядущих шедевров. Книга станет прекрасным подарком для всех ценителей творчества Джеймса Джойса.

Джеймс Джойс

Классическая проза ХX века