Читаем Земля Ханаанская. Родина иудаизма и христианства полностью

Ахав пытался вернуть территорию, утрачен­ную при Ваасе. Войска Израиля и Иуды, объеди­нившись, напали на сирийские позиции у Рамофа Галаадского, примерно в 30 милях юго-восточнее Афека. Израильтяне могли выиграть сражение, если бы не случайная стрела, смертельно ранив­шая Ахава. Битва была прервана, и большая часть земель восточнее Галилейского моря оста­лась сирийской.

Смерть Ахава явилась сигналом к перевороту (что часто случается после смерти любого силь­ного правителя). Моав тотчас же поднял восста­ние. Расположенный восточнее Мертвого моря, он был завоеван Давидом и оставался в руках Израиля после разделения царства в период прав­ления Ровоама. Моаву почти удалось завоевать свободу при губительном царствовании Вааса, но Амврий вновь подчинил его себе. К концу правления Ахава царем Моава был Меса (Меша). Однажды он уже возглавлял безуспешный мятеж против Израиля, а как только умер Ахав, попы­тался сделать это еще раз.

Ахазия, сын Ахава и Иезавели, унаследовал трон в качестве третьего члена династии Амврия, но он был болен и долго не прожил. После него в 849 г. до н. э. на престоле оказался его младший брат Иорам. Новый царь сразу же попытался подавить мятеж моавитян. В союзе с все еще верным Иосафатом, царем Иудейским, он повел свою армию вокруг южной оконечности Мертвого моря на север в Моав. Нам неизвестны детали, но поход этот провалился, и Моав заполучил сомнительную свободу.

Меса (Меша) отметил свою победу надписью на куске черного базальта высотой три с половиной и шириной два фута. Ценность этой надписи в том, что она сохранилась и известна как Моавитский камень. Его нашел в развалинах столицы царя Месы в Дивоне, примерно в 12 милях к востоку от Мертвого моря, немецкий миссионер Ф.А. Клейн. Надпись сделана на древнееврейском языке, это самая древняя длинная надпись подобного письма из дошедших до нас, и ее язык весьма в духе Биб­лии, за исключением того, что Кемош — моавит­ский бог, а не Яхве, который сначала гневается на свой народ, а потом жалеет и спасает его.

Несмотря на смерть Ахава и успешный мятеж Моава, у Иезавели, теперь царицы-матери, были кое-какие поводы и для радости. Ее сын Иорам, полностью ей подчинявшийся, стал царем Изра­иля. Дочь ее Аталия (Гофолия) вышла замуж за сына Иосафата, царя Иудейского (тоже по име­ни Иорам).

Иосафат скончался в 849 г. до н. э. сразу же после прерванного наступления на Моав. И у Иезавели, таким образом, был теперь сын, пра­вящий Израилем, и зять, правящий Иудой. Рели­гиозный культ Тира, преобладавший в Израиле, проникал теперь и в Иуду. Иорам сопротивлял­ся его проникновению, но в 842 г. до н. э. он умер, и править стал его сын Ахазия. Ахазия находил­ся полностью под влиянием своей матери Аталии, так что у Иезавели сын царствовал в Израиле, а внук был царем Иудейским, и оба были сторон­никами тирского культа.

Яхвизм оказался теперь в величайшей опаснос­ти. Израильский глава яхвистской партии пропо­ведников Илия умер, но его место занял Елисей, другая сильная личность, о котором рассказывали легенды. Елисей подготовил заговор. Необходимо было только найти подходящего исполнителя. Им мог стать какой-нибудь военачальник с подчинявшимися ему войсками — за короткую историю Из­раиля военачальники дважды свергали правитель­ство. Естественно, это должен быть высокий во­енный чин с яхвистскими взглядами.

В 842 г. до н. э. война с Сирией продолжа­лась, и Рамоф Галаадский, где погиб Ахав, все еще оставался яблоком раздора. В ходе сражений там был ранен Иорам, царь Израиля, и он оста­вил боевые позиции, чтобы восстановить силы в царской резиденции Изреели, что в 20 милях к западу и в 12 милях от Самарии. Там его посе­тил племянник Ахазия, царь Иудейский, чтобы засвидетельствовать ему свое почтение как род­ственнику и союзнику.

Израильская армия осталась под командовани­ем военачальника Ииуя, и это был шанс для Ели­сея. Ииуй то ли был яхвистом по убеждениям, то ли хотел им стать ради власти. Когда армия ос­талась под контролем Ииуя, он пошел на сделку с партией проповедников.

Ииуй с помощью армии провозгласил себя ца­рем, а затем быстрым маршем двинулся на запад к Изреели. Авантюра увенчалась успехом, он взял город и уничтожил всех мужчин из царского дома Амврия. Он убил не только Иорама Израильского, но и Ахазию, царя Иудейского. После этого он при­казал убить и царицу-мать Иезавель.

Так полной катастрофой закончилось правле­ние третьей израильской династии. Она включа­ла в себя четырех царей, из которых двое, Амврий и Ахав, были сильными и способными, и продержалась тридцать четыре года. С Ииуя на­чалась четвертая израильская династия.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
MMIX - Год Быка
MMIX - Год Быка

Новое историко-психологическое и литературно-философское исследование символики главной книги Михаила Афанасьевича Булгакова позволило выявить, как минимум, пять сквозных слоев скрытого подтекста, не считая оригинальной историософской модели и девяти ключей-методов, зашифрованных Автором в Романе «Мастер и Маргарита».Выявленная взаимосвязь образов, сюжета, символики и идей Романа с книгами Нового Завета и историей рождения христианства настолько глубоки и масштабны, что речь фактически идёт о новом открытии Романа не только для литературоведения, но и для современной философии.Впервые исследование было опубликовано как электронная рукопись в блоге, «живом журнале»: http://oohoo.livejournal.com/, что определило особенности стиля книги.(с) Р.Романов, 2008-2009

Роман Романов , Роман Романович Романов

История / Литературоведение / Политика / Философия / Прочая научная литература / Психология