Внизу, еще теплый труп Бетховена. И все. В руке, полотенце, которым он неуклюже пользовался вместо перчаток. Он вспомнил про муху, выражение лица приобрело довольный характер: «А ловко я эту тварь прихлопнул» — и ему сразу стало как-то легче.
«Придется поесть в другом месте», — решил он для себя. — «Молодец, Чичи, ловко со всем этим управилась».
Он тщательно протер гладкие поверхности. Еще раз окинул взглядом место своего пребывания и, ничего не взяв себе даже на память, покинул это неприятный дом с размазанной на трупе мухой.
За несколько часов до убийства мухи, в этой же комнате ничего не предвещало появление трупа и описываемых событий.
Гражданин Бетхович Самуил Израилевич сценический и эстрадный псевдоним «Самый русский шансонье — Михаил Шимутинский» в неформальных кругах своих почитателей откликавшийся на имя «Бетховен» из-за зеркального окна второго этажа, с интересом наблюдал за тем, как к его, еще недостроенному громадному дому, подъехала неброская машина. Из нее выпрыгнула молодая особа и направилась к металлической двери, штурмуя неприступную твердыню огороженного забором дома.
Самуил Израилевич залился мелко дребезжащим счастливым смехом. Пока она шла по мощенному итальянской плиткой двору, он успел рассмотреть ее и очень развеселился от того, как она была хороша.
Девица не смотря на то, что ее сопровождал сухощавый мужчина в кроссовках и спортивном костюме вела себя довольно уверенно и свободно.
Лет двадцати-двадцати пяти. На голове легкомысленная прическа из шикарных волос была заколота разными приспособлениями, на манер японских гейш… Коротенькая чуть прикрывающая лобок кожаная юбка и такая же кофта. Всё это туго обтягивало все прелести дискотечно-ресторанной дивы. Причина ее прибытие в этот дом была проста, и незатейлива…
Старому и похотливому козлу захотелось разнузданного, но дешевого разврата. Для остроты впечатлений кроме битвы с бригадой строителей ему хотелось испробовать опытного в деле сексуальных излишеств молодого тела. Он его заказал перед возвращением в США в системе быстро развивающегося сектора оказания интимных услуг.
До отлета самолета было еще семнадцать часов. Есть время за «дешевые бабки, круто развлечься».
В Москву или иначе на периферию, он ездил «рубить капусту», т. е. зарабатывать деньги на попсово-ларечном блатном романсе. Но постоянно жить, вместе с большой семьей предпочитал за океаном.
Деньги после визгливой базарной торговли были уплачены вперед с учетом двух часов пятнадцати минут беспрерывной, сексуальной эксплуатации. Минуты им были выторгованы в качестве премиальных, как крупному оптовому покупателю. Плечистый сутенер, несмотря на развитую мускулатуру и узкий лоб, плюнул и чтобы не слушать этот сорочий гвалт, согласился.
Бетховен, понаблюдав за бесплатным видом из окна, обернулся. Потер руки, облизал толстые сальные губы и глянул на часы. Приблизился, сопя и громко топая своими плоскостопными ступнями к сидящей на клеенке (он ее предварительно расстелил на разложенном диване), красивой и вызывающей секс-диве и затараторил:
— Ты уж постарайся… Как тебя зовут… Наташа? Красивое и очень необычное имя. А если ты от души постараешься… То уж и я тебя не обижу, колбаски вкусной на дорожку отрежу… Любишь колбаску? Вижу, вижу, что любишь… Конфет дорогих отсыплю. У меня вкусные конфеты, «Молочный ирис» называются…
Он торопливо бубнил текст, успевал сверяться с тем, что показывали часы, при этом грубо тиская проститутку. Путаясь в собственных пальцах он пытался снять то немногое из одежды, что было на ней.
— Ты уж помоги мне раздеться, а то видишь, возбудился я крепко… Пальцы-то так и прыгают так и скачут… Да и «молодца» моего приголубь, а то с моей старой шваброй… Видишь… Болтается без дела туда-сюда… Совсем грустный стал, и видать от робости съеженный весь…
Путана стала раздевать старого Сатира с отвислым брюхом пытаясь не задохнуться от запаха псины исходивший от клиента. А он заходился от бурно закипающих в крови гормонов счастья, радости и щенящего восторга.
— Какой ты сильный и красивый, — ворковала она, травмируя изнеженные ладони о его волосатую грудь и спину. Потом достала из пакета принесённый магнитофон, включила спокойную мелодию. Начала пританцовывать перед ним, распуская длинные, волнистые волосы. — Ложись на живот, мой рыцарь я тебе сделаю специальный тайский массаж. После него ты станешь смелым и стойким, как солдатик в одной сказке.
Он млел от такого обращения. С эрекцией правда, по-прежнему была беда, но он надеялся на то, что попал в руки настоящей специалистке своего, вернее — его дела. Он ждал и верил, что сегодня все будет хорошо, тем более деньжищи отвалил, немерянные. Поэтому торопливо мешком повалился на свой необъятный живот, ожидая продолжения удачно купленных дивных наслаждений.
Жрица телесных наслаждений уселась на бедра клиента и стала массировать ему спину, царапая руки о жесткую и ржавую растительность. После, достав из своих роскошных волос длинную тонкую заколку, окончательно распустила волосы.