Имелась еще страница, на которой было напечатано одно-единственное предложение:
Он гордится! Мне показалось, что я слышу его сардонический смех. Что ж, доктор Ланцманн, вы по праву можете гордиться своим творением.
Я разжал ладонь, и листки посыпались на газон, смешавшись с палыми листьями. Головная боль прошла. Марта смотрела на меня сияющими глазами. Я знал, что это правда. Все правда. Вот только вспомнить ничего не мог.
Итак, приходится признать очевидное: я, Жорж, то есть Георг, Лион не существую и никогда не существовал. Вся моя жизнь была лишь галлюцинацией шизофреника, галлюцинацией, пленником которой я остаюсь навсегда.
Марте, которая, несмотря ни на что, согласилась стать моей женой и только что родила нашего маленького Грегора.