Т
о, что у меня забурлило в животе, определенно не имело никакого отношения к лимонаду. Я преисполнилась уверенности: полковник Аэтос намекнул, что убьет нас при первой же возможности.– Хорошо, что у нас нет тайн, – ответил ему Ксейден.
Улыбка Аэтоса вдруг стала более мягкой, такой, которую я помнила с детства, и это превращение выглядело жутковато.
– Будь осторожна с теми, с кем делишься своими военными историями, Вайолет. Мне бы не хотелось, чтобы твоя мать потеряла одну из своих дочерей.
Какого хрена? Энергия уже потрескивала в кончиках моих пальцев. Аэтос еще мгновение смотрел на меня, убеждаясь, что я верно поняла его мысль, затем повернулся и без лишних слов ушел из ротонды. Варриш последовал за ним.
– Он только что тебе угрожал, – прорычал Ксейден, и его тени выползли из-за окружавших нас колонн.
– И Мире.
Если я расскажу кому-нибудь о том, что произошло на самом деле, Аэтос нацелится и на нее. Что же. Сообщение принято. Сила бурлила в моих венах, ища выхода. Гнев только подстегивал энергию, которая стремительно набирала мощь, грозя разорвать меня на части.
Я позволила ему обхватить мою ладонь, сосредоточившись на том, чтобы сдержать молнию, и мы вышли во двор. Но чем сильнее я старалась усмирить силу, тем жарче она становилась, и как только мы оказались под темным небом, я вырвала руку у Ксейдена, а сила вырвалась из меня, ошпаривая каждый нерв.
Молния озарила ночное небо, поразив точку во дворе примерно в сорока футах от нас. Во все стороны полетел гравий.
– Блядь!
Ксейден сплел из теней щит и швырнул его, чтобы поймать камни, прежде чем они успеют попасть в кого-нибудь из курсантов.
– Видимо, алкоголь не ослабляет твою печать, – медленно произнес он. – Но есть и хорошая новость – здесь все из камня.
– Простите! – закричала я разбегающимся кадетам, кривясь от стыда, – что за неуправляемое дерьмо, а? – Забудь о моей защите. Квадрант нуждается в защите
Командирам крыльев всегда предоставляли возможность выбрать место службы. Раньше.
– К сожалению, другого выбора уже не было. Я буду в Сэмарре. Сегодня я потратил почти весь день на упаковку и отправку большей части своих вещей.
Это самый восточный форпост Южного крыла, где пересекаются границы провинций Кровла и Брайевик, и до него день полета.
– У них будет всего несколько часов вместе. После длинного перелета.
– Да. Сгаэль очень злится.
– Пожалуй, Тэйрн тоже.
Я потянулась к Андарне – на случай, если она еще не заснула.
Андарна уже должна была погрузиться в Сон-без-сновидений. Я до сих пор не знала, что именно это значит, а Тэйрн не очень-то стремился отвечать на вопросы о секретах воспитания драконов, но он настаивал, что сон в течение следующих двух месяцев очень важен для роста и развития Андарны. Я не могла не задаться вопросом: а вдруг это просто хитрый способ избежать большей части мерзкого, угрюмого подросткового периода у драконов.
Как по команде, Андарна ответила, зевая:
– У нас будет всего несколько часов, чтобы… – прошептала я, отводя взгляд от напряженного лица Ксейдена. – Ну, знаешь. Чтобы передать информацию. Друг другу.
Теперь двор напоминал мне бальный зал – все разумные существа покинули вечеринку, остались лишь вусмерть пьяные и принявшие неверные решения. Как, нахер, мы с Ксейденом собираемся исправить то, что есть – или чего нет – между нами, если у нас не будет для этого времени?
– Почти уверен, что именно так и задумано. Они будут разделять нас как можно дольше и как можно чаще. Нам придется максимально использовать то время, которое мы получим.
– Сегодня я не так сильно тебя ненавижу, – шепнула я.
– Это из-за алкоголя. Не волнуйся, завтра ты снова будешь меня презирать.
Ксейден протянул руку, и я не отступила, когда он обнял меня за плечи.