Ожидаемо. Говорил же, всё и так было похоже на то, что Прядко собирался договориться и прекратить вражду. Иначе бы он не вёл себя так беззубо и не упустил идеальный шанс для масштабного ответного удара. Да, он определённо не был готов к тому, что я буду сжигать деньги лишь бы разорить его. Но граф мог попытаться предпринять более смелые шаги, но не сделал этого. Теперь-то уже поздно что-то делать. Бездействие или действие приведут лишь к ухудшению ситуацию. Поэтому пускай я ничего не делал эти два дня, но дела у Прядко шли всё хуже и хуже.
Ладно, как говорят в некоторых провинциях Империи, если гора не идёт к Магомету, то Магомет идёт к горе.
Журналисты вцепились в род Прядко и не собирались успокаиваться. Такая популярная тема, каждый пытался вызнать что-то новое в этом деле и сорвать куш. Вот и меня начали просить дать пару комментариев в виду того, что граф обвиняет меня в каких-то преступлениях и даже подал в суд. Было бы грешно не воспользоваться данной ситуацией и не спровоцировать графа или его жену на более активные действия.
Договорился с одним журналистом и вот мы сидим в моей квартире. Он задаёт вопросы, а я отвечаю на них.
— Александр, граф Вячеслав Игнатьевич Прядко обвиняет вас в рейдерском захвате нескольких его предприятий, — начал журналист. — Вам есть что сказать в ответ на эти обвинения?
— В последнее время у графа дела идут плохо, акции его активов резко упали в цене, некоторые партнёры начали разрывать с ним отношения, — стал я неспешно и в подробностях отвечать. — Когда у кого-то в большом бизнесе начинаются такие проблемы он становиться целью для других бизнесменов, которые хотят урвать свой кусок пирога. Я вполне законно приобрёл доли в различных предприятиях, связанных с Прядко и только. Это мало похоже на рейдерство, которое является силовым поглощением предприятия против воли его собственников.
— Но в итоге несколько перехваченных у Прядко предприятий были разорены, вы не смогли получить прибыль и только зря выкинули деньги на ветер. Это выглядит слишком странно.
— Какую-то прибыль я всё равно получил, в моей собственности оказались несколько ценных активов и уже совсем скоро они будут приносить мне стабильную прибыль. Что же касается случаев банкротства некоторых предприятий, то тут мы с графом просто упёрлись, не желая отдавать контроль над ними одному из нас. Такое иногда случается. Могу лишь отметить, что Прядко очень настойчивый человек с твёрдым характером раз был готов пойти на подобное. Это вызывает уважение.
— И так, вы хотели заполучить в свои руки активы по дешёвым ценам. Однако в последние дни вы прекратили скупать предприятия и заведения графа Прядко. Почему же?
— Вы правильно заметили, что из-за банкротства некоторых предприятий я потерял определённое количество денег. По итогу мною был потрачен весь бюджет, который был заготовлен для приобретения новых активов. У меня, конечно, есть ещё свободные средства, но боюсь наше с графом противостояние приведём к тому, что мои расходы наконец-то превысят потенциальную прибыль. Поэтому я отступил и теперь уже другие бизнесмены занимаются тем, что выкупают оставшиеся у Прядко активы. На них он, кстати, в суд почему-то не подаёт.
— То есть всё дело просто в том, что у вас кончились деньги и всё?
— Всё так. Нет никакого заговора, каких-то схем или ещё чего-то в этом роде. Да, благодаря одному «Ланселоту» я получаю огромную прибыль. Но большая её часть уходит на разработку новых проектов и мои личные исследования. Поэтому стараюсь приобретать только те предприятия, что резко упали в цене, но могут в дальнейшем приносить очень хороший доход.
— Это многое проясняет. Хорошо, тогда последний вопрос. Кое-кто утверждает, что это вы причастны к недавнему нападению на сына графа и специально изувечили его.
— А зачем мне это? Месть за то, что я не получил некоторые активы графа? Умоляю вас! Прядко практически разорён, в течении нескольких дней у него ничего не останется. Зачем что-то делать с тем, кто уже находится на самом дне? Ничего, пускай его утешит жена и сын. Или, наверное, правильнее будет сказать дочь, учитывая недавний инцидент?
Вы правильно угадали — ради последней фразы я и решился на это интервью. Эта насмешка должна сильно задеть графа, который, по сути, потерял обоих сыновей и у него теперь нет наследника. А уж мать кастрата должна быть в бешенстве. Теперь её вообще ничто не сдерживает, она определённо нападёт на меня, пускай и чужими руками.
Мой расчёт был абсолютно верен.
На следующий день я прогуливался по Питеру, искал место для нашего с Екатериной первого официального свидания. А что такого? Она практически живёт со мной, её родичи это спокойно воспринимают и не пытаются прервать наши набирающие силу отношения. Поэтому я решил, что пора. Всё равно всё идёт именно к этому, так почему не сделать всё правильно?
Покинув очередной ресторан, я шёл по тротуару, сверяясь с картой в смартфоне, когда прозвучал сигнал тревоги:
— Вправо, мастер!