Читаем Желтый мокасин для любовника. Веселые рассказы полностью

– Да-а, бывают с мужьями недоразумения в отелях! – выразительно декламирует жена, и я чувствую дыхание бури. – Мой вот тоже. Уехал в командировку. И пропал. Мобильный не отвечает. Я звоню ему в номер. А там коммутатор. Девушка такая милая на рецепции. Я ей: соедините с мистером таким-то. А она: – Извините, но его нет. Они с женой только что гулять ушли…»

– Ну чего ты опять! – покрылся пятнами мужик. – Я же объяснял! Одноместных номеров не было, поэтому я взял двойной. А девушка решила, что раз двойной – значит, я с женой…

– Ага. И раз номер двойной, то ты у нее перед глазами, очевидно, и раздвоился. На мужскую и женскую половину. Адама и Еву…

Я поняла, что не во всем был прав наш русский классик. Все несчастные семьи несчастливы одинаково…

Меня зовут Herr Вася

Пошла я тут в Вене на курсы начального немецкого. Группа самая интернациональная – точный срез, кто сегодня приезжает в Европу. Трое парней из Сирии, двое из Ирана, один из Ливии. Две турчанки – солидная матрона в платке и молоденькая большеглазая красотка в джинсах. Смешливая толстенькая испанка. Галантный итальянец. И мы с дальнобойщиком Васей, приехавшим из нефтяного далекого городка.

Вася – приземистый, крепкий, ясноглазый – сразу доверительно мне сообщил:

– Я учиться не буду! Мне бы только справку! Для годовой визы. Женился я тут!

– На австрийке?

– Нет, на нашей. На бывшей нашей. Она тут уже лет 10 живет. Так шпрехает!

– Ну, так и ты шпрехай!

Вася вздохнул. И видно – затосковал.

Урок 1

На уроке выяснилось, что он не знает никакого языка. Совсем. И когда учительница попросила написать на доске свои имена, «Василий» вывел по русски.

– Напишите латиницей! – по-английски просит преподаватель.

– Че ей надо? – громко через весь стол переспрашивает меня Вася.

– Имя надо написать – как в загранпаспорте.

– А! – Вася идет к вешалке, достает из кармана паспорт, становится к доске и старательно переписывает из него имя.

На уроке нас просят представиться, а потом сказать преподавателю, как зовут соседа. Вася ни спросить, ни запомнить имя сидящего рядом ливанца не может никак.

– А этот – кто? – спрашивает он меня через стол, тыча в ливанца пальцем, как в неодушевленный предмет. Промучавшись так полтора часа, на перемене Вася бросается ко мне как к родной.

– Нет, ты посмотри! Засрали страну! – трагически восклицает он, как только мы выходим в коридор. Я вздрагиваю и невольно оглядываюсь.

– Кто – засрали? В каком смысле – засрали? – спрашиваю. – Вроде кругом чистенько. И на улицах тоже…

– Да нет! Чернотой этой засрали! Кругом же одни арабы! – и Вася широко повел рукой по тусующейся в коридоре разноплеменной толпе. – Развели тут, понимаешь… Плюнуть некуда!

– Вася! – испуганно говорю я. – Тут не принято так выражаться!

– Да я же, Натаха, только тебе! Как своей! Мы же белые люди!

На уроке выяснилось: парень из Ливана – студент-журналист, сириец – горный инженер, учившийся в Лондоне, ливиец – приглашенный на работу айтишник, еще один – дипломат. Турчанка – владелица частного детского сада в Вене. Все они старательно учат новые слова. Но белый человек Вася упорно спрашивает меня через стол:

– Слышь, че она хочет? Как зовут? Но я же уже ей сказал, как меня зовут. На немецком? Блин.. Мало мы их в 45-ом…

– Ва-ся!!!!

– Ну ладно, Натаха, все, молчу! Как это… ихь бин… Херр Вася… Что?! Не так? Херр Мухин? Я?! Хер? Тьфу! Хорошо, пацаны-дальнобойщики не слышат.

Урок 2

Проходим профессии и частицы als и bei. Надо сказать, к примеру: я работаю als (как) журналист. Или я работаю bei (в) «Комсомольская правда».

Вася не очень понимает, о чем речь. Педагог поясняет: ты – LKW-fahrer. (Дальнобойщик по-нашему – поясняю я.) Ну? Кто ты, Вася, по профессии?

– А? Натаха, что она хочет?

– Профессия!

– А! Счас! Вот, этот. LKV. Фарер. Их бин.

– А где ты работаешь?

– Что?

Я открыла уже рот, но преподаватель погрозила мне пальцем. Сам дойдешь – быстрее поймешь.

– Ну, Васья! Ты работаешь где…?

Вася задумывается. Потом говорит.

– Их бин Василий.

– Да нет, не имя! Вот, надо сказать, как здесь! – показывает учителка на доску: «Их арбайте bei…» Васья! Ну? Где?

– Василий! – говорит Вася.

Учителка идет пятнами.

– Васья! Внимание! Я работаю учительницей на этих курсах. А ты работаешь где?

– А! Понял! Вот! BEI Василий!

Учительница натянуто улыбается.

– Не надо имя! – говорит.

– Что, имя не называть? – переспрашивает меня Вася.

– Нет! – говорю. И учительница опять мне грозит.

– Наташа работает в газете, Хасан работает в Симонс-компани, а ты, Вася, работаешь – bei?

Вася краснеет. Пыхтит. И молчит. Спасительный звонок снимает неловкость.

– Все-таки она какая-то… туповатая, – говорит мне Вася на перемене. – Чего она хотела-то?

– Узнать, где ты работаешь.

– Ну? Я ей двадцать раз немецким языком сказал: я работаю в фирме Василий. Я так свою компанию назвал. Купил одну старую фуру. Назвал – Василий! А учителка говорит – имя называть нельзя, а где работаешь, скажи. Ну, не тупость?

И ведь нечего возразить.

***

На перемене.

– У них здесь мужики любят на наших дурочках жениться.

– Почему же на дурочках?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй
Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй

«Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй» — это очень веселая книга, содержащая цвет зарубежной и отечественной юмористической прозы 19–21 века.Тут есть замечательные произведения, созданные такими «королями смеха» как Аркадий Аверченко, Саша Черный, Влас Дорошевич, Антон Чехов, Илья Ильф, Джером Клапка Джером, О. Генри и др.◦Не менее веселыми и задорными, нежели у классиков, являются включенные в книгу рассказы современных авторов — Михаила Блехмана и Семена Каминского. Также в сборник вошли смешные истории от «серьезных» писателей, к примеру Федора Достоевского и Леонида Андреева, чьи юмористические произведения остались практически неизвестны современному читателю.Тематика книги очень разнообразна: она включает массу комических случаев, приключившихся с деятелями культуры и журналистами, детишками и барышнями, бандитами, военными и бизнесменами, а также с простыми скромными обывателями. Читатель вволю посмеется над потешными инструкциями и советами, обучающими его искусству рекламы, пения и воспитанию подрастающего поколения.

Вацлав Вацлавович Воровский , Всеволод Михайлович Гаршин , Ефим Давидович Зозуля , Михаил Блехман , Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин

Проза / Классическая проза / Юмор / Юмористическая проза / Прочий юмор
Мои эстрадости
Мои эстрадости

«Меня когда-то спросили: "Чем характеризуется успех эстрадного концерта и филармонического, и в чем их различие?" Я ответил: "Успех филармонического – когда в зале мёртвая тишина, она же – является провалом эстрадного". Эстрада требует реакции зрителей, смеха, аплодисментов. Нет, зал может быть заполнен и тишиной, но она, эта тишина, должна быть кричащей. Артист эстрады, в отличие от артистов театра и кино, должен уметь общаться с залом и обладать талантом импровизации, он обязан с первой же минуты "взять" зал и "держать" его до конца выступления.Истинная Эстрада обязана удивлять: парадоксальным мышлением, концентрированным сюжетом, острой репризой, неожиданным финалом. Когда я впервые попал на семинар эстрадных драматургов, мне, молодому, голубоглазому и наивному, втолковывали: "Вас с детства учат: сойдя с тротуара, посмотри налево, а дойдя до середины улицы – направо. Вы так и делаете, ступая на мостовую, смотрите налево, а вас вдруг сбивает машина справа, – это и есть закон эстрады: неожиданность!" Очень образное и точное объяснение! Через несколько лет уже я сам, проводя семинары, когда хотел кого-то похвалить, говорил: "У него мозги набекрень!" Это значило, что он видит Мир по-своему, оригинально, не как все…»

Александр Семёнович Каневский

Юмористические стихи, басни / Юмор / Юмористические стихи