Он отвернулся, пряча улыбку. Девочку воспитывали в монастыре, известном строгими правилами. Даже в сопровождающие ей выделили священника. Понятно, что она волнуется из-за предстоящей брачной ночи.
— Знаю, — твердо сказал он и положил на ее тарелку ароматную котлетку. — Поешь, силы тебе понадобятся.
Эврика благодарно кивнула и, отломив вилкой кусок, с опаской понюхала его и отправила в рот. Прожевав, застонала от удовольствия и мигом умяла котлету целиком. Валд подвинул к ней блюдо с закусками, подал бокал вина, и она осушила его до дна.
— Это лучшее, что я когда-либо пробовала, — пробормотала она. — Значит, у тебя уже есть план?
— План? Нет, я предпочитаю импровизировать, — улыбнулся он и, заправив прядь волос ей за ушко, погладил длинную шею.
— Ладно, — серьезно кивнула Эврика и, посмотрев на него доверчивыми глазами олененка, облизнула пухлые губки, красные от вина. — Скажешь, что мне делать. Я полностью в твоем распоряжении.
Валд выдохнул и, поерзав, незаметно поправил ставшие тесными брюки. Брак — это великолепно!
В зале, только недавно полнившемся смехом и криками, повисла тишина.
Отец тяжело поднялся со своего места, опираясь на плечи матери и тети Энни, посмотрел на невесту, потом на него. Все притихли, ожидая слов капитана. Валд до сих пор был в ярости из-за выходки отца: он опозорил его будущую жену, чтобы задеть Алистера. Но сейчас, когда Валд посмотрел на отца, злость притупилась, уступив место острой горечи. За последние месяцы капитан Рутгер совсем постарел: две косы побелели и истончились, кожа стала серой и морщинистой, как кора камнелома.
Валд встал, потянул за руку молодую жену, помогая ей подняться. Отец пристально смотрел на него, и Валд понимал все без слов. От их союза зависел мир между экипажами, и он был намерен стать образцовым мужем. Кажется, это будет не так и сложно.
— Будьте счастливы, — выдохнул отец и осушил поданный ему кубок. Капли красного вина стекли по седой бороде. — Хватит лапать невесту, младший. Жена, отведи ее в спальню, пока мой сын не разложил ее прямо на свадебном столе.
Дружный хохот прокатился по залу, тетя Энни и мама помогли отцу сесть и увели Эврику. Валд представил, как они зажигают свечи по всей спальне, усаживают девушку на большую кровать, расчесывают длинные густые волосы, которые можно намотать на кулак… Он едва выждал несколько минут и тоже поднялся.
— За невесту, — провозгласил он тост, подняв кубок, — которую я собираюсь сделать своей женой немедля.
— Девка что надо, — сказал Магнус, опрокинув кубок. Он вытер губы рукавом, развязно улыбнулся. Покачнулся слегка, как будто уже успел напиться, но глаза, такие же яркие, как у Валда, оставались трезвыми. Двоюродный брат, а похож на него больше, чем родной: светлые волосы, синие глаза. Разве что ростом Магнус пониже, в тетку Энни, и характером гаже — это уж непонятно в кого. — Чистенькая, тоненькая, сисечки тугие, как яблочки, — продолжил Магнус. — Если понадобится помощь — зови.
— Справлюсь, — ответил Валд и поймал суровый взгляд Ампера, который, кажется, единственный не одобрял эту свадьбу. Странно. После помолвки брат ходил, как в воду опущенный и теперь, по идее, должен радоваться…
— А может, пусть Ампер будет первым, — предложил Магнус, хихикнув. — Сначала ведь он был ее женихом. Кварги только руку ему откусили или кое-что еще? А, Лора? Если что — только скажи, и я…
Ампер резко вскочил с места и попытался вмазать Магнусу по роже здоровой рукой, но тот легко уклонился, и удар по инерции пришелся в плечо толстого Буя. Тот облился вином и несколько мгновений осмысливал произошедшее. За это время самые сообразительные успели сорваться с мест и удрать подальше. А потом Буй встал, опрокинул стол и, зарычав, повернулся к Амперу.
Валд вышел из зала, где, судя по доносившимся крикам и грохоту, стремительно разгоралась драка, и поднялся по лестнице, перепрыгивая ступеньки. Он столкнулся с тетей Энни и матерью у дверей спальни.
— Давай покажи, кто здесь настоящий мужчина, — напутствовала тетка.
— Не спеши, — посоветовала мать, пригладив ему растрепавшиеся волосы. — Будь поласковее. Эва — хорошая девочка, вы сможете быть счастливы, если постараетесь найти подход друг к другу…
— Разберусь, — отрезал он и, протиснувшись между ними, вошел в спальню.
— Вынесешь потом простыню! — выкрикнула ему вслед тетка, и Валд, захлопнув дверь, прислонился к ней спиной.
Его жена сидела на краешке кровати, глядя на него с йежной улыбкой. Темные волосы шелком струились по белой ткани свадебного одеяния, щеки разрумянились то ли от вина, то ли от того, что должно было произойти, глаза сияли.
— Наконец-то мы одни, — выдохнула она.
— О да, — согласился Валд и подошел к ней ближе.