Читаем Женщина-лисица. Человек в зоологическом саду полностью

Мистер Тэбрик долго сидел с ней, но вдруг она навострила ушки и вскочила на ноги; обернувшись, он увидел, что к ним приближается Сильвия. Она очень ласково его приветствовала, но по всему чувствовалось, что она куда-то торопится; и действительно, через несколько секунд она снова отправилась в путь в том направлении, откуда только что пришла. На этот раз с ней отправилась и Эстер. Когда они отошли на расстояние трех-четырех дюймов от норы, лисенок стал отставать от матери, постоянно останавливаясь и оглядываясь назад, и наконец, круто повернув, со всех ног бросился обратно к своему дому. Но мамашу не так-то легко было провести, она сейчас же догнала дочь и, схватив зубами за шиворот, потащила за собой.

Мистер Тэбрик, видя такое их необычное поведение, заговорил с Сильвией и сказал, что возьмет на руки Эстер и понесет ее, если только Сильвия покажет ему дорогу После некоторого колебания Сильвия отдала ему Эстер, и они тронулись в путь.

Сильвия бежала впереди, а мистер Тэбрик шел за ней следом, неся на руках Эстер. Лисенок визжал, бился и всячески старался вырваться. Один раз Эстер даже укусила его, но теперь мистер Тэбрик уже не удивлялся таким выходкам и знал, как на них реагировать. Меры борьбы он применял приблизительно такие же, как и во всех тех случаях, когда кто-нибудь позволяет себе проявлять скверный нрав; а в таких случаях рекомендуется платить той же монетой. Мистер Тэбрик потряс Эстер и дал ей хорошего шлепка, после чего она надулась, но кусаться перестала.

Так они прошли больше мили, обогнули дом мистера Тэбрика, пересекли большую дорогу и свернули в небольшой лесок, к которому прилегали стоявшие под паром поля. Стало уже так темно, что мистер Тэбрик с большим трудом мог идти следом за своей лисой, тем более что она, сокращая дорогу, часто выбирала совершенно непроходимые для него места.

Наконец они подошли к новой лисьей норе, и при слабом мерцании звезд мистер Тэбрик различил силуэты остальных лисят, игравших в тени кустов.

Несмотря на усталость, он чувствовал себя теперь вполне счастливым и тихо смеялся от радости. Он опустился на землю, а его лиса подошла к нему и, положив передние лапы ему на плечи, стала лизать его. Он сейчас же поцеловал ее в морду и, завернув в свой пиджак, прижал к груди, смеясь и плача от восторга.

Все муки ревности, пережитые прошлой ночью, были забыты. Вся безнадежность грусти, царившая в его душе еще сегодня утром, и ужасный осадок виденного им сна исчезли бесследно. Что из того, что они лисицы? Мистер Тэбрик понял, что он все-таки может быть счастлив с ними. Ночь была теплая, и он так и остался в лесу до утра. Сперва, пользуясь темнотой, он играл с лисятами в прятки, но потом потерял Сильвию, долго не мог ее найти и вдруг почувствовал, что лисята надоели ему своей шумной возней, растянулся на земле и почти сразу заснул.

На рассвете мистер Тэбрик проснулся, потому что один из лисят, играя, стал трепать его за шнурки. Сев, он увидел, что двое других дерутся, стоя на задних лапах неподалеку от него. Остальные двое играют в прятки вокруг большого дерева. Как только он пошевелился, Анжелика бросила его шнурки и со всех ног кинулась к нему, чтобы поцеловать его и поприветствовать с добрым утром. Слегка сконфуженная его необычайной нежностью, она тотчас же отскочила и стала застенчиво теребить кончик его пиджака.

Этот момент пробуждения был одним из счастливейших в жизни мистера Тэбрика. Свежая утренняя прохлада, благоухание зарождающегося дня, первые лучи солнца, скользнувшие по верхушкам деревьев, неожиданно вспорхнувшая птичка — все это приводило его в неописуемый восторг. Даже резкий запах лисенка, которого он обнимал, казался ему восхитительным.

В ту минуту все установленные людьми законы и обычаи представлялись ему ненужными и глупыми; он поспешил оправдать перед собой эту новую точку зрения и сказал:

— Я с радостью променял бы всю мою прежнюю жизнь на счастье, которое испытываю теперь. Но я до сих пор сохраняю почти все нелепые представления, присущие людям. Животные счастливее их, и я сделаю все, чтобы заслужить такое счастье!

Он долго наблюдал за веселой игрой лисят и любовался, как они, пользуясь тем, что один из них зазевался, мягко и бесшумно стелясь по земле, подкрадывались к нему и неожиданно на него наскакивали, радуясь его испугу. Мистеру Тэбрику пришла в голову мысль, что лисята невинны, чисты как снег и безгрешны, потому что Бог создал их такими, как они есть, и они не могли нарушить ни одной из Его заповедей. И тут он заключил, что люди грешны потому, что не могут быть такими же, как животные.

Наконец он поднялся на ноги и, захлебываясь от счастья, направился домой, но вдруг остановился, потому что в его мозгу зародился новый, ужасный вопрос «Что их ожидает?»

Эта мысль повергла его в холодный ужас, и он оцепенел, словно увидел перед собой змею. Наконец, встряхнув головой, он почти бегом бросился домой, но невольно все думал о том, что же будет с его лисой и ее детьми.

Перейти на страницу:

Все книги серии Post Factum

Солдат всегда солдат. Хроника страсти
Солдат всегда солдат. Хроника страсти

«Солдат всегда солдат» — самый знаменитый роман английского писателя Форда Мэдокса Форда (1873–1939), чьи произведения, пользующиеся широкой и заслуженной популярностью у него на родине и безусловно принадлежащие к заметным явлениям европейской культуры 20-го столетия, оставались до сих пор неизвестны российским читателям.Таких, как Форд, никогда не будет много. Такие, как Форд, — всегда редкость. В головах у большинства из нас, собратьев-писателей, слишком много каши, — она мешает нам ясно видеть перспективу. Часто мы пишем ради выгоды, славы или денег. …у многих из нас просто не хватает моральной стойкости, которая неотделима от нелегкой писательской судьбы.Форду выдержки было не занимать. Он ясно понимал, что выбирает человек, решая стать писателем… Форд — настоящий аристократ. Профессиональный писатель, не запятнавший себя ни словом, подлинный мастер, он всегда держался твердо, умел отличить истинно значимое от ложного, мелкого… Форд Мэдокс Форд — богач. Втайне мы все желали бы стать такими богачами. Его богатство — добротная работа и самоуважение…Шервуд АндерсенПосле Генри Джеймса это сегодня самый сильный романист, да и в мастерстве ему, пожалуй, нет равных. Мир, увы, слишком занят петушиным боем коммунизма и фашизма, чтобы прислушаться к философии этого английского тори. А зря — Форду одинаково претит и политика консерваторов, и любая другая доктрина.Грэм ГринБольше всего к Форду применимо слово «широта». Он любил повторять: гений — это гениальная память. У него самого память была необъятная. Никто так не восхищался писателями старшего поколения и не открыл столько молодых талантов, как он. И ведь он до конца оставался неуемным энтузиастом и искателем. Он был фанатично, по гроб жизни, предан искусству: так умеют только англичане — безоглядно, весело. Казалось, сердцу его тесно в грудной клетке: всё в нем выпирало наружу — стойкость, широта, щедрость.Роберт Лоуэлл

Форд Мэдокс Форд

Классическая проза / Проза
Южный ветер
Южный ветер

«Южный ветер» (1917) — самая знаменитая книга английского писателя Нормана Дугласа (1868–1952), выдержавшая более РґРІСѓС… десятков переизданий у себя на СЂРѕРґРёРЅРµ и переведенная на многие языки, впервые издается в Р оссии. Действие романа РїСЂРѕРёСЃС…РѕРґРёС' на вымышленном острове Непенте, название которого означает лекарство, избавляющее РѕС' боли и страданий или «блаженство», однако именно здесь героев ждут непростые испытания……У Дугласа настолько оригинальный склад мысли, что, читая «Южный ветер», ты нет-нет да похвалишь автора за точно найденную форму выражения вещей весьма тонких, едва уловимых.…Ведь на самом деле лишь ничтожнейшая часть того, что РјС‹ называем «сутью вещей», попадает на страницы романов, а главное обычно остается «за кадром». Р

Анна Чиж-Литаш , Даша Благова , Жанна Гречуха , Лорд Дансени , Норман Дуглас

Фантастика / Классическая проза / Научная Фантастика / Фэнтези / Современная проза
Вели мне жить
Вели мне жить

Свой единственный, но широко известный во всём мире роман «Вели мне жить», знаменитая американская поэтесса Хильда Дулитл (1886–1961) писала на протяжении всей своей жизни. Однако русский читатель, впервые открыв перевод «мадригала» (таково авторское определение жанра), с удивлением узнает героев, знакомых ему по много раз издававшейся у нас книге Ричарда Олдингтона «Смерть героя». То же время, те же события, судьба молодого поколения, получившего название «потерянного», но только — с иной, женской точки зрения.О романе:Мне посчастливилось видеть прекрасное вместе с X. Д. — это совершенно уникальный опыт. Человек бескомпромиссный и притом совершенно непредвзятый в вопросах искусства, она обладает гениальным даром вживания в предмет. Она всегда настроена на высокую волну и никогда не тратится на соображения низшего порядка, не ищет в шедеврах изъяна. Она ловит с полуслова, откликается так стремительно, сопереживает настроению художника с такой силой, что произведение искусства преображается на твоих глазах… Поэзия X. Д. — это выражение страстного созерцания красоты…Ричард Олдингтон «Жить ради жизни» (1941 г.)Самое поразительное качество поэзии X. Д. — её стихийность… Она воплощает собой гибкий, строптивый, феерический дух природы, для которого человеческое начало — лишь одна из ипостасей. Поэзия её сродни мировосприятию наших исконных предков-индейцев, нежели елизаветинских или викторианских поэтов… Привычка быть в тени уберегла X. Д. от вредной публичности, особенно на первом этапе творчества. Поэтому в её послужном списке нет раздела «Произведения ранних лет»: с самых первых шагов она заявила о себе как сложившийся зрелый поэт.Хэрриет Монро «Поэты и их творчество» (1926 г.)Я счастлив и горд тем, что мои скромные поэтические опусы снова стоят рядом с поэзией X. Д. — нашей благосклонной Музы, нашей путеводной звезды, вершины наших творческих порывов… Когда-то мы безоговорочно нарекли её этими званиями, и сегодня она соответствует им как никогда!Форд Мэдокс Форд «Предисловие к Антологии имажизма» (1930 г.)

Хильда Дулитл

Проза / Классическая проза
Женщина-лисица. Человек в зоологическом саду
Женщина-лисица. Человек в зоологическом саду

В этой книге впервые публикуются две повести английского писателя Дэвида Гарнетта (1892–1981). Современному российскому читателю будет интересно и полезно пополнить свою литературную коллекцию «превращений», добавив к апулеевскому «Золотому ослу», «Собачьему сердцу» Булгакова и «Превращению» Кафки гарнеттовских «Женщину-лисицу» и историю человека, заключившего себя в клетку лондонского зоопарка.Первая из этих небольших по объему повестей сразу же по выходе в свет была отмечена двумя престижными литературными премиями, а вторая экранизирована.Я получила настоящее удовольствие… от вашей «Женщины — лисицы», о чем и спешу вам сообщить. Читала, как завороженная, не отрываясь, хотя заранее знала, чем все кончится. По-моему, это успех. Очень заманчиво выглядит ваше желание скрестить современный юмор со стилем восемнадцатого века. Впрочем, даже интереснее другое — ваш талант рассказчика. Каждую минуту что-то происходит, и что поразительно, — без всякой натуги, живо и непринужденно, а вообще все очень похоже на Дефо. Видно, что сюжетов вам не занимать. Это для нас, старой писательской гвардии, самое трудное — необходимость сочинять истории, а у вас они выходят сами собой…Из письма Вирджинии Вулф Дэвиду Гарнетту (1922 г.)О том, как это написано, говорить не буду. По-моему, написано здорово: что называется, ни убавить, ни прибавить. Вещь поразительная: она точно выстроена от начала до конца. В ней есть чистота и логика нового творения — я бы сказал, нового биологического вида, неведомо как оказавшегося на воле. Она и впрямь как шустрый, чудной пушистый зверек, живой и прыгучий. Рядом с «Лисицей» большинство рассказов выглядят бледно — эдакими заводными механическими игрушками.Из статьи Герберта Уэллса (1923 г.)Огромное спасибо за повесть Д[эвида]. На редкость удачная вещь — я и не припомню ничего подобного за последнее время. По-моему, суть человеческой психологии и поведение зверя схвачены очень точно. В своем роде шедевр — читать местами грустно, местами смешно, при этом нет ни одной (насколько могу судить) неверной ноты в интонации, стиле, замысле. Словом, безукоризненно выстроенная повесть — поздравьте от меня Дэвида.Из письма Джозефа Конрада Эдварду Гарнетту (1922 г.)

Дэвид Гарнетт

Проза / Классическая проза

Похожие книги

Сочинения
Сочинения

Иммануил Кант – самый влиятельный философ Европы, создатель грандиозной метафизической системы, основоположник немецкой классической философии.Книга содержит три фундаментальные работы Канта, затрагивающие философскую, эстетическую и нравственную проблематику.В «Критике способности суждения» Кант разрабатывает вопросы, посвященные сущности искусства, исследует темы прекрасного и возвышенного, изучает феномен творческой деятельности.«Критика чистого разума» является основополагающей работой Канта, ставшей поворотным событием в истории философской мысли.Труд «Основы метафизики нравственности» включает исследование, посвященное основным вопросам этики.Знакомство с наследием Канта является общеобязательным для людей, осваивающих гуманитарные, обществоведческие и технические специальности.

Иммануил Кант

Философия / Проза / Классическая проза ХIX века / Русская классическая проза / Прочая справочная литература / Образование и наука / Словари и Энциклопедии