Читаем Женщины викторианской Англии: от идеала до порока полностью

Капоры, головные уборы с высокой тульей и широкими полями изготавливали из соломы. В Англии соломенными шляпками прославились графства Бердфордшир, Хертфордшир и Бэкингемшир, но разборчивые модницы предпочитали итальянскую соломку из Тоскани. Другими материалами служили китовый ус, тростник, конский волос и щепки деревьев светлых пород. К 1850-м годам капоры становились все причудливее: длинные ленты спадали на плечи, под подбородком завязывался пышный бант, лицо утопало в кружевных оборках. Все вместе создавало впечатление маленькой клумбы вокруг лица. Украшения, такие как ленты, перья, кисейные и шелковые оборки, можно было без труда отпороть и прикрепить на новый капор, если старый трескался. Во время балов капоры сменялись вариациями на тему тюрбанов и беретов, пришедших с Востока.

Во второй половине XIX века это ленточно-кружевное великолепие уступило место маленьким и изящным шляпкам, которые перекочевали ближе ко лбу, иногда опускаясь так низко, что практически касались бровей. Уменьшение их размеров объяснялось тем, что в моду вошли парасоли, и шляпы стали выполнять чисто декоративную функцию. Их по-прежнему украшали искусственными цветами, перьями, а держались они за счет тонкой шелковой ленты. В отличие от чепцов эта лента проходила не под подбородком, а сзади по затылку под поднятой вверх прической. Такие шляпы практически не скрывали прическу: они располагались на макушке, немного съезжая на лоб, а роскошные волосы (или шиньон) виднелись сзади, собранные на затылке в тяжелые туго завитые локоны или сложные пучки.




Фасоны 1870-х




Фасоны 1880-х




Фасоны 1890-х


В 1870-е и 1880-е годы шляпки были на пике моды. Очень высокие шляпы середины 1880-х годов стали известны как «трехэтажные шляпы» или «цветочные горшки». Они забрались на самый верх прически и располагались там, как вишенка на торте или замковая башня. Популярными материалами, наравне с вездесущей соломой, стали плюш и бархат.

Часто в качестве основного элемента шляпки выступало большое страусиное перо, выкрашенное в светлые оттенки, или пара голубиных крыльев, а то и целое чучело птицы. Перья всегда считались признаком богатства и экономической стабильности, ведь такое украшение могли позволить себе немногие. Помимо шляп они служили материалом для вееров, муфт и боа. За перья экзотических птиц платились огромные деньги: великолепные «пернатые» шляпы в конце XIX века могли стоить до 100 фунтов. Тем не менее, даже в XIX веке англичан заботила экология: в конце 1880-х годов Общество по сохранению птиц встало на защиту пернатых к вящей досаде модниц, утверждавших, что страусам совсем не больно, когда из них выдирают перья.

Перчатки

Перчатки на тонкой женской ручке — дань не только моде, но и этикету. «Советы по этикету», изданные в 1837 году, давали рекомендации относительно перчаток как мужчинам, так и женщинам. На балу «мужчина должен избегать снимать перчатки, даже если в помещении жарко. Конечно, не случится ничего предосудительного, если он ее снимет, но лучше не рисковать показаться грубым и не предлагать даме голую руку». Оба пола должны были носить перчатки в церкви и театре, но дамам следовало снимать перчатки во время приема пищи, «если только их руки не настолько ужасны, чтобы скрывать их от чужих глаз». При этом появляться в публичных местах без перчаток означало бы расписаться в своем дурном вкусе. Справочники по этикету были наполнены информацией не только о том, когда следует носить перчатки, но и какие перчатки надевать по определенному поводу. Например, если дама предпочитает цветные перчатки, они должны гармонировать с платьем, а ярких расцветок следовало избегать. Перчатки застегивались на пуговицы, которые не полагалось расстегивать без нужды. «Но мама, а если руки вспотеют? — Настоящие леди не потеют!».

К середине XIX века в Европе и Англии образовались промышленные центры, специализировавшиеся на производстве перчаток. Они находились в Вудстоке, Лимерике, Ворчестере, Данди и Джерси, однако особенно ценились перчатки из Франции: они считались более эластичными по сравнению с английскими. Материалами для перчаток служили хлопок, шелк и камвольная шерсть, их ткали, плели или вязали. Над улучшением внешнего вида и удобства перчаток постоянно работали: например, в середине 1846 года впервые были запатентованы перчатки с эластичным запястьем. Как гласит закон рынка, спрос определяет предложение, и в середине XIX века один за другим появляются мастерские и магазины, предлагающие полный ассортимент перчаток. Обычно перчатки продавались среди прочих галантерейных товаров, но с 1860-х годов под них начинает выделяться особый отдел в магазине.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Освобождение животных
Освобождение животных

Освобождение животных – это освобождение людей.Питер Сингер – один из самых авторитетных философов современности и человек, который первым в мире заговорил об этичном отношении к животным. Его книга «Освобождение животных» вышла в 1975 году, совершив переворот в умах миллионов людей по всему миру. Спустя 45 лет она не утратила актуальности. Журнал Time включил ее в список ста важнейших научно-популярных книг последнего столетия.Отношения человека с животными строятся на предрассудках. Те же самые предрассудки заставляют людей смотреть свысока на представителей другого пола или расы. Беда в том, что животные не могут протестовать против жестокого обращения. Рассказывая об ужасах промышленного животноводства и эксплуатации лабораторных животных в коммерческих и научных целях, Питер Сингер разоблачает этическую слепоту общества и предлагает разумные и гуманные решения этой моральной, социальной и экологической проблемы.«Книга «Освобождение животных» поднимает этические вопросы, над которыми должен задуматься каждый. Возможно, не все примут идеи Сингера. Но, учитывая ту огромную власть, которой человечество обладает над всеми другими животными, наша этическая обязанность – тщательно обсудить проблему», – Юваль Ной Харари

Питер Сингер , Юваль Ной Харари

Документальная литература / Обществознание, социология / Прочая старинная литература / Зарубежная публицистика / Древние книги
Сила есть Право
Сила есть Право

«Сила есть Право» — из разряда тех работ, которые, пользуясь литературными штампами, «широко известны в узких кругах». Написанная в конце XIX века, в наше время она получила второе рождение, когда в 1984 была издана американским радикальным издательством LOOMPANICS UNLIMITED (которое сегодня, судя по всему, перешло в разряд полумажорных и предпочитает не вспоминать об этом проекте), и с тех пор занимает твёрдые позиции в этих самых «узких кругах». Каждый не лишённый разума человек, причисляющий себя к маргинальным кругам (политическим, религиозным или интеллектуальным), если не читал эту работу, то, по крайней мере, слышал о ней или встречал её упоминания в других работах, вышедших из-под пера радикалов или экстремистов. Дальше маргиналов «Сила есть Право» никогда не поднималась и, скорее всего, никогда уже не поднимется — несмотря на явную очевидность и неоспоримость своего содержания — СИЛА ЕСТЬ ПРАВО, — книга Рагнара Редбёрда совершенно неприемлема на уровне, отстоящем даже на самую малость от маргинального.

Рагнар Редбёрд

Документальная литература / Документальная литература / Прочая документальная литература / Документальное
Немецкая осень
Немецкая осень

Стиг Дагерман (1923 –1954) — автор романов, пьес, стихов и рассказов, кумир целого поколения скандинавов. Его романы «Змея» (1945) и «Остров обреченных» (1946) сделали молодого писателя знаковой фигурой литературной Швеции. Однако Дагерман всю жизнь работал и как журналист, создавая статьи, репортажи, рецензии и стихи на злобу дня для синдикалистской газеты «Рабочий». В 1946 году газета «Экспрессен» предложила Дагерману поехать в Германию и написать путевые заметки о послевоенной жизни страны. Они вызвали такой интерес, что уже в 1947 году были изданы отдельной книгой. Настоящее издание дополнено несколькими программными текстами Стига Дагермана военного и послевоенного времени.

Стиг Дагерман

Документальная литература / Зарубежная классическая проза / Классическая проза ХX века / Проза о войне / Зарубежная классика