Еще вчера Джейн обиделась бы, услышав подобное «доброе напутствие», но сегодня ей было понятно, что Крэйг неспроста хочет от нее избавиться.
– Спасибо за билет, Крэйг. Надеюсь, с вами все будет в порядке.
– Будет, если вы улетите. Пока, Джейн Кампин, – улыбнулся Крэйг. – И передайте своему парню, что он – идиот.
Джейн хотела поинтересоваться, что Крэйг имел в виду, но он круто развернулся и двинулся к выходу. Недоуменно пожав плечами, Джейн направилась в зал регистрации, где уже выстроилась очередь, напоминающая разноцветного китайского змея. Присоединившись к пестрой очереди, Джейн изо всех сил пыталась радоваться возвращению домой, но почему-то вместо вполне понятой радости испытывала жуткое, ничем не обоснованное беспокойство. Мысль о родных стенах сменялась мыслью о Крэйге, которому грозит опасность. И эта мысль, вопреки всем законам логики, заставляла Джейн чувствовать себя предательницей.
Господи, да я же его едва знаю! – увещевала себя Джейн. Он втянул меня в какую-то странную историю, из-за него я чуть не стала жертвой двоих взломщиков! Я даже не знаю, что сейчас чувствует Лиси, которая по моей вине участвует в дурацком розыгрыше! И, несмотря на все это, я хочу остаться?! Бред какой-то…
С каждой минутой беспокойство росло, и Джейн чувствовала: если она ничего сейчас не сделает, будет винить себя до конца жизни. Она должна догнать Крэйга, спросить, не нужна ли ему помощь. В конце концов, это будет гораздо человечнее, чем улететь, оставив человека в беде…
Ладно, решила Джейн. Я только догоню его и спрошу. Только догоню и спрошу, а потом, если он пошлет меня ко всем чертям, вернусь обратно, встану в эту очередь и с чистой совестью полечу домой.
Она выскочила из очереди, как скомканная бумажка, выпущенная из рогатки, и помчалась к выходу. Распахнув стеклянную дверь, Джейн выбежала из здания аэропорта и начала оглядываться по сторонам. Крэйга нигде не было, и до нее потихоньку начала доходить вся глупость совершенного ею поступка.
Что на меня нашло? – озираясь по сторонам, спрашивала себя Джейн. Какого, спрашивается, черта я мчалась сюда как ненормальная? Может, и хорошо, что я не встретилась с Крэйгом… Он точно решил бы, что я ненормальная. И чем бы я смогла ему помочь? Если я о чем-то и имею представление, то о жизни бабочек, ну уж никак не о жизни преступного мира…
Поругав себя за глупость, Джейн решила вернуться в зал регистрации, но тут из-за стеклянных дверей вышли два подозрительных типа, чьи голоса показались Джейн до боли знакомыми. Они прошли мимо окаменевшей девушки, не обратив на нее никакого внимания.
– И куда, по-твоему, он делся?! – недовольно поинтересовался у своего спутника худой невысокий парень.
– Откуда я знаю, Фрик? У меня, вообще-то, зрение хуже твоего, – ответил приятелю высокий крепкий мужчина с маленькими акульими глазками.
– Я тебе скажу, что у тебя хуже! – перешел на визг Фрик. – Мозги – это точно. У тебя мозги – как у тех баранов, из которых местные делают свою жрачку…
– Ну хватит, Фрик. Чего ты всех собак на меня вешаешь?
– Заткнись, Бинки. Не буди во мне зверя. Лучше давай подумаем, куда направился наш проворный дружок…
Сомнений не было – это были они! Те двое, что сегодня перерыли весь номер в поисках Крэйга! Визгливый голос Фрика и глухой – Бинки Джейн отличила бы от сотни других голосов…
Судя по разговору, они искали Крэйга, исчезнувшего в неизвестном направлении. Что ей делать? Идти за этими ребятами, чтобы снова блуждать по улицам Марракеша? Или вернуться в зал регистрации, чтобы спокойно улететь домой? Джейн несколько секунд колебалась, но нечто иррациональное, что посетило ее еще в здании аэропорта, взяло свое, и она, стараясь не привлекать к себе внимания, решила проследить за сомнительной парочкой.
Пристроившись за туристом в цветастой рубашке, точь-в-точь такой же, что была на приятеле, с которым ее пыталась свести Лиси, Джейн пыталась понять, какого черта ей все это понадобилось. «Рубашку» изрядно шатало, казалось, парень перебрал еще в аэропорту, поэтому Джейн пришлось приложить немало усилий, чтобы не выскользнуть из спасительной тени туриста.
Что она делает? Зачем она преследует этих типов? Чего она этим добьется? Эти мысли донимали Джейн, кружились в голове, как мухи над банкой с вареньем. Джейн совершенно себя не понимала. Но все равно продолжала идти, выделывая хитрые «па», чтобы не быть замеченной.
Парняге в цветастой рубашке, очевидно, надоело прикрывать Джейн, и он свернул в другую сторону. В этот миг Джейн показалось, что она стоит в одиночестве на бейсбольном поле, где со всех сторон на нее вылупилась изумленная публика, пришедшая посмотреть матч. Ей казалось, вот-вот Фрик и Бинки обернутся, поймут, что она следит за ними, и сразу догадаются, что она – та самая женщина, присутствие которой Фрик обнаружил в номере.