Читаем Жил на свете Али полностью

Выйдем, наконец!

В Кофейне.

Каапитан Али и его Пес

во все кофейни соваали свой нос,

видели там множество всяческих людей,

но нигде не встретили

знакомой своей.

- О-го-го-го - промолвил утомленный Пес.

Зебру не нашли.

И повесил нос.

- В самый раз теперь бы мне куда то сесть

и хотя б кусочек чего-то поесть.

- А что бы, к примеру, ты захотел?

- Да я бы охотно свининки поел.

- Еще что придумал? Может отбивную?

- Ну, косточку можно, совсем небольшую.

- Не подают здесь мясного нисколько.

- А что подают?

- Пирожные только.

Ну, пряники,

печенье,

бисквиты

и крем...

- Неохотно, скажу ваам, я все это ем...

но это уж лучше,

чем совсем ничего...

Пусть мне подадут пирожных

штук сто.

- СТО ШТК ПИРОЖНЫХ??!

Даа в уме ли ты?

- Думаю, хватит.

Другие бы псы

есть бы их не стали.

Эта нам не в радость...

Но уж так и быть - съем я эту гадость.

- КЕЛЬНЕР!!! - Али гаркнул.

- Слушаю ваас, что?

- Подайте пирожных немедленно

СТО!

И пусть их все съест.

Итак, решено!

Но, если оставит хоть только одно

- пускай пеняет потом на себя.

Он не забудет этого дня.

Кельнер принес три полных подноса.

(Пирожные пышные, достают до носа).

И еще один принес он опять,

вежливо спросив: "Куда все подать?"

- Вот туда, под стол!

крикнул громко Али,

таак что даже люди

со стульев привстали.

Тотаумфацки,

как-будто пол жизни не ел,

с жадным аппетитом

за еду засел.

Сначала съел пять,

съел десять уже

пирожных песочных

миндальных, безе.

И двадцать,

и тридцать

уже доедает...

"И как только места

в желудке хватает?"

подумал тут Али.

А Пес все доедает,

уже пятьдесят,

уже шестьдесят...

Все люди на Пса с удивлением глядят.

"Наверное лопнет..." - встревожился Али.

Псу же еще пирожных подали

и он доедает... девяносто второе...

Еще съел... три.

"Что это такое?

Что это за чудо?

Как бы бедняге не было худо?"

Тотаумфацки, меж тем, все бледнел и бледнел,

но пирожные все же по-прежднему ел.

"Съем сколько влезет,

раз кормят бесплатно..."

думал, хотя

все уж лезет обратно.

"Осталось одно лишь..."

- подумал, бледнея,

и понял, что больше

не одолеет.

- Что же не ешь ты? - спросил его Али.

- Я не... могу...

- Люди, вы видали?

Такое пирожное,

с чудным сладким кремом!

- Но я... не могу...

- может хочешь с джемом?

- Нет, нет, не могу,

не могу больше я...

- Придется ведь снова

наказать тебя.

- Пусть буду наказан. Я заслужил.

И зачем я так много

пирожных просил?...

А все моя жадность.

Какой я глупец...

Но вдруг Капитан закричал:

- Наконец!

И побежал быстро к дверям.

Полоски знакомые замелькали там

и вот уже Зебра,

осторожно ступая,

в кофейню заходит.

- Зебра дорогая! Тебя я сегодня

целый день ищу!

Ну, а я по городу целый день хожу

в поисках пирожных.

- Пирожных? Зачем?

- Я сама пирожных никогда не ем.

Но сегодня для этого есть свои причины.

- Вероятно, это чьи-то именины?

- Сегодня у сыночка

будет день рождения.

Пирожные нужны мне для угощения.

День рождения Зебренка.

С днем рождения поздравить

милого Зебренка

пришел Зайчик,

Тигренок,

три Медвежонка,

Жираафа вся в пятнах,

два козлика белых.

два малых Слоненка.

Уж очень несмелых,

Два Бегемотика,

братик и сестренка,

а также Страусенок

и мама Страусенка.

Сначала именинника

дружно поздравляли,

а потом все в игры

разные играли.

В салочки,

в скакалочки,

в "Чур, лови меня".

В мячики,

в классики

и в "ищу тебя".

В чехарду

и в цепи,

в почту

и в серсо,

в разбойников,

в солдатиков

и даже в домино.

Когда веселье было в разгаре

увидели гости:

Зебра

с капитаном в паре

подъезжают наа дрожках.

С покупками оба.

Кто это такой?

Что за особа?

Усы какие!

И что там за пес?

Все задают за вопросом

вопрос.

Мгновенье - и в комнату

входят трое.

- Внимание, дети,

минуту покоя

- говорит Зебра,

поднимая трость.

- Знакомьтесь, дети,

Али-наш гость.

А пса капитана

Тотаумфацким зовут.

Представить себе, что творилось тут

даже невозможно. Гостей окружили,

Звери Капитана дружно подхватили

и кверху кидать от радости стали:

"Полетай немножко, дорогой наш Али!"

Капитан вниманием тронут был до слез.

- Дорогие детки, верный друг мой Пес,

тоже очень любит

взлетать высоко.

Мне уже хватит - подбросьте его.

Миг - и Тотаумфацки

взлетает орлом.

Ушки прижал и машет хвостом.

И при этом воет

громко и протяжно.

"Летатьь хорошо, только очень важно,

чтоб звери случайно

не расступились,

и кости мои

об пол не разбились.

Ах, почему же

сковал меня страх?

Мне так и чудится страшное

Т-Р-Р-Р-РАХ!

и я лежу

весь разбитый ужасно..."

Так подумал Пес

и вовсе наапрасно.

Ничего не случилось - целехонек он.

Отвесил зверям он глубокий поклон

и произнес такие вот речи:

- Я очень ценю тепло вашей встречи.

Вот, вчера, я помню,

в Министерстве вечер,

где в честь мою был устроен прием.

На вечере этом, на пышном банкете

я был отношением ко мне восхищен.

Явств было столько,

что есть можно год.

На этом приеме, тоже так вот

кверху меня с восторгом бросали.

- Помилуй, когда??? - у Пса спросил Али.

- Когда?... Да... вчера... Вчера было дело...

- Послушай, мой друг, врать не надоело?

Ну-ка, зверюшки, снова качать

начните хвастливое это отродье,

чтоб перестало

вконец "заливать"

Его Собачье Высокородье.

И худо пришлось бы

собаке совсем,

если б не Зебра,

сказавшая всем,

что чай уже подан,

пирожные тоже.

Услышав "ПИРОЖНЫЕ",

Пес вскрикнул: "О, Боже!"

и тут же исчез.

Каждый зверь, между тем,

на стульчик залез

и уселся удобно за чайным столом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чудаки
Чудаки

Каждое произведение Крашевского, прекрасного рассказчика, колоритного бытописателя и исторического романиста представляет живую, высокоправдивую характеристику, живописную летопись той поры, из которой оно было взято. Как самый внимательный, неусыпный наблюдатель, необыкновенно добросовестный при этом, Крашевский следил за жизнью решительно всех слоев общества, за его насущными потребностями, за идеями, волнующими его в данный момент, за направлением, в нем преобладающим.Чудные, роскошные картины природы, полные истинной поэзии, хватающие за сердце сцены с бездной трагизма придают романам и повестям Крашевского еще больше прелести и увлекательности.Крашевский положил начало польскому роману и таким образом бесспорно является его воссоздателем. В области романа он решительно не имел себе соперников в польской литературе.Крашевский писал просто, необыкновенно доступно, и это, независимо от его выдающегося таланта, приобрело ему огромный круг читателей и польских, и иностранных.В шестой том Собрания сочинений вошли повести `Последний из Секиринских`, `Уляна`, `Осторожнеес огнем` и романы `Болеславцы` и `Чудаки`.

Александр Сергеевич Смирнов , Аскольд Павлович Якубовский , Борис Афанасьевич Комар , Максим Горький , Олег Евгеньевич Григорьев , Юзеф Игнаций Крашевский

Проза для детей / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия / Детская литература