Тихон, пока Пётр Петрович свою речь держал, чай маленькими глоточками пил да довольно покряхтывал, мол, вкусно очень и пользительно, а затем перевернул кружку вверх дном и сказал:
– Ой, и куда это всё подевалось? – и сам засмеялся своей же шутке. – Ладно, шучу я, очень вкусный у вас чай, Пётр Петрович, получился. Пил бы его да пил, но грехи наши не позволяют. Придётся дальше бежать, но вы обещали поведать, что это за чудо дивное – то, что вы самоваром назвали. Да и название-то прямо сказочное получилось. Вот к скатерти-самобранке да ковру-самолёту с сапогами-самоходами теперь и ваш самовар добавить следует. – И он вопросительно на хозяина посмотрел.