Обычно со словом «бунт» ассоциируют «нет», а не «да»; к бунту больше подходит «непокорность», а не «послушание», «сомнение», а не «доверие». Но это всего лишь стандартные ассоциации. Бунт, о котором я говорю, – это «нет» прошлому – всему суеверному, всему, что вредит человечеству и мешает росту человеческого сознания, всему, что превратило этот мир в ад. Но это не главная часть бунта.
Главная часть – это слово «да». «Да» новому мужчине, «да» новой женщине, новым взаимоотношениям в любви, новому миру без разделений, без наций, без религий; «да» всему человечеству как одной семье. «Да» миру во всем мире, любви, радости – которые для меня и есть основные компоненты религиозности. «Да» миру, наполненному песнями и музыкой, танцами и творчеством.
Слово «нет» занимает здесь мало места. Это как снос старого дома, в котором опасно жить, и он может рухнуть в любой момент – конечно, он может еще постоять, но лучше снести его, чтобы никто не пострадал. Роль слова «нет» – это как работа скульптора, который срезает с камня лишние куски – вот что делает «нет».
Роль слова «да» – это творение прекрасного Гаутама Будды или Иисуса Христа. Чтобы что-то создать, нужно что-то разрушить – выдернув сорняки, можно посадить розы. Доля «нет» в таком количестве необходима. Оно служит «да».
Ты говоришь: «Одно из самых прекрасных и расслабляющих мест, которые я знаю, – это пространство слова „да“». Но вы не должны забывать, что «да» не может существовать без «нет», которое прокладывает ему дорогу. Это диалектика жизни: чтобы что-то построить, нужно что-то разрушить. Невозможно ничего создать, не разрушив что-то.
Я слышал историю про одну старую церковь…