— И где ты её нашла? — спросил он, теперь уже рассматривая для сравнения обе фотографии.
— В проулке на Бей-Меджи, я вышла из клуба с запасного выхода, услышала стоны и увидела её там. Она говорила сбивчиво, и, кажется, находилась в бреду. Её что-то очень сильно пугало, а вернее кто-то, потому что она повторяла «они придут, они найдут».
— Возможно, это были похитители, она как-то сбежала от них, — предположил Декс.
— Я подумала так же. Кстати, она была беременна когда пропала? — решила уточнить я, этот факт.
— Кажется, нет, по крайней мере, её подруги, что заявили о пропаже, мне ничего такого не говорили.
— Но она была беременна, и, судя по ее же словам, говорила что ребенок скоро должен родиться, и они его заберут.
Декс полистал несколько листков с записями, наверное освежая в памяти данные.
— Это странно, она пропала чуть больше трех месяцев назад, а это значит у нее уже тогда должно было быть где-то пять-шесть месяцев, у моей кузины на этом сроке был большой живот. Подруги мне непременно об этом бы упомянули, — логически стал рассуждать Декс.
— Ты прав, Декс, это уже достаточно большой срок, и живот сто процентов виден. И будь это моя подруга, я бы предупредила об этом.
Моя беременность прошла гораздо быстрее, чем у большинства женщин, но на пятом месяце он был круглым и достаточно сильно выпирал из-под рубашки. Конечно, об этом никто не знал, даже врачи, что проводили, можно сказать, детальное обследование, когда меня нашли без сознания на лавке, в парке. Дмитрий полностью восстановил мое тело после родов.
— Если тебе это так интересно, можешь позвонить и поговорить с кем-то из ее знакомых, а я закрываю это дело за смертью фигурантки. Так как она уже больше не без вести пропавшая, у меня кроме неё еще их куча, — отозвался мужчина.
— Да, хочу, у меня пока есть свободное время. И, можно сказать, это дело задело меня за живое.
Декс отдал мне немного численных материалов по этой девушке, позже я связалась с одной из подруг Линды и рассказала ей о том, что произошло вчера, а так же ещё несколько вопросов, что волновали меня. Оказалось, что у Линды тут не было родных, одна бабушка, которая жила в другом штате, и они сами позвонят ей и сообщат.
А еще оказалось, что в бумагах дела нет ошибки, никто не знал, что она была беременна. Но по словам подруг у неё парня не было уже достаточно давно. Вот именно это и не давало мне покоя.
Ближе к вечеру мне позвонила Сидни — наш патологоанатом, и я спустилась вниз, желая узнать, что же она мне сообщит. Вообще-то, я довольно часто там бывала по рабочим вопросам.
— Знаешь, Роуз, ты дала довольно интересную клиентку, мое время прошло достаточно занимательно. — заявила Сидни.
Она была среднего роста со светлыми волосами, стриженными под ежика.
— И что же ты такого нашла? — ее слова меня заинтриговали.
— Очень интересные вещи. Начнем с того, что твоя девочка умерла от страха — что-то так сильно напугало её, что сердце не выдержало. Это была у нас первая, ну или основная причина, которую я указала в документах. Вторая: у девушки истощен организм, есть странное повреждение внутренних органов, не смертельных, конечно. Ребенок задохнулся в её утробе, его я извлекла. Здоровый, доношенный, но, увы. И, да, еще есть странность: эта девушка была очень плодовитая, матка изношена, она выносила и родила по меньшей мере шесть-семь детей. И причем сразу одного за другим, без перерыва, думаю, именно это и стало причиной ее истощения.
Все это заставило меня поразиться, как такое вообще возможно.
— Сидни, быть такого не может, прошло всего три месяца с того дня, как она пропала. — ответила я.
— Возможно, ошибка в документах, так как тело врать не может. Оно говорит мне все как есть, что с ним делали, — заявила Сидни, тоже чувствуя несостыковку.
— Тогда получается, что она должна была провести там, где была, пять лет. Но, поверь, ошибки нет, я сегодня разговаривала с Дексом и с подругами Линды. С того момента, как она пропала, прошло три месяца и десять дней.
— Ну, может она родила их ещё до того, как пропала.
— Нет, подруги говорят, что у неё не было детей.
— Тогда я просто не знаю, что тебе на это сказать, подобное просто невозможно.
Я вышла с мыслями, что это дело стало дурно попахивать. И невозможное, по словам Сидни, было вполне возможно, если иметь технологию, что использовал Дмитрий на мне.
Но это же бред, зачем ему и его расе делать это с Линдой?
Он бы не стал так поступать, они ведь мирная раса. Но выводы указывали мне только на это, для прочих это было просто странно. Выяснить это я сама никак не могла, потому что не знаю, где сейчас Дмитрий, а значит придется просто забыть об этом странном деле. Кроме того, мне никто не даст вести расследование, так как девушка погибла по естественным причинам.
***
— Роуз, не веди себя как капризный ребенок: “не хочу, не буду”, — заявила подруга. — Которого заставляют есть кашу, Адриан не каша, скорее фуа гра.
— А мне она не нравится на вкус, — отозвалась я.
Мы сидели у меня в квартире и пили вино.
— Много ты понимаешь в деликатесах, но ты ведь поняла, о чем я говорю.