Читаем Живые и мертвые полностью

Пия оторвала взгляд от кольца и продолжила по возможности компактно укладывать разложенные стопками на кровати вещи в два чемодана. Толстые свитера и куртки им не понадобятся. Вместо этого побольше летней одежды. Футболки, шорты, купальники. Она была рада тому, что может сбежать от зимы и рождественских праздников, которые не особенно любила, и позагорать на палубе круизного корабля, почитать и просто полентяйничать в полной мере. Кристоф, правда, будет довольно занят, но ему тоже полагается свободное время, да и ночи будут принадлежать им одним. Может быть, она пошлет открытки родителям, сестре и брату – да, прежде всего ему и его заносчивой жене – и сообщит, что вышла замуж. У нее в ушах все еще звучал неодобрительный комментарий ее невестки Сильвии, когда та узнала о ее разводе с Хеннингом. «Женщину за тридцать скорее убьет ударом молнии, чем она найдет нового мужа», – предрекла она.

И в самом деле, однажды июньским утром шесть лет тому назад Пию сразил удар молнии в вольере для слонов Опель-зоопарка. Там она впервые встретилась с доктором Кристофом Зандером, директором этого учреждения, и они влюбились друг в друга с первого взгляда. Четыре года они жили вместе в поместье Биркенхоф в Унтерлидербахе и довольно скоро пришли к заключению, что хотели бы прожить так до конца жизни.

Внизу раздались трели мобильного телефона, лежавшего на кухонном столе. Пия сбежала по лестнице вниз, вошла в кухню и перед тем, как ответить, посмотрела на дисплей.

– Я в отпуске, – сказала она. – Считай, что уже уехала.

– «Считай» – это довольно неопределенно, – ответил Оливер фон Боденштайн, ее шеф, у которого иногда проявлялась раздражающая окружающих привычка тщательно подбирать слова. – Мне действительно очень жаль, что я тебя побеспокоил, но у меня проблема.

– Что случилось?

– У нас труп. Совсем недалеко от тебя, – продолжал Боденштайн. – У меня сейчас срочное дело, Джем в отъезде, а Катрин заболела. Может, ты могла бы быстро подъехать туда и уладить формальности? Крёгер и его команда уже выехали. Как только я здесь закончу, сразу приеду и сменю тебя.

Пия быстро прокрутила в голове весь перечень дел. Она укладывалась в свой график. Все, что касалось ее трехнедельного отсутствия, она уже организовала. Уложить чемоданы было делом получаса. Боденштайн не обратился бы к ней, если бы действительно срочно не нуждался в ее помощи. На пару часов она могла бы отлучиться без ущерба для себя.

– О’кей, – ответила она. – Куда ехать?

– Спасибо, Пия, очень выручила. – В голосе Боденштайна она уловила нотку облегчения. – В Нидерхёхстштадт. Там лучше всего с Хауптштрассе свернуть в Штайнбах. Примерно метров через восемьсот вправо уходит полевая дорога. Езжай по ней. Коллеги уже на месте.

– Все ясно. – Пия выключила телефон, сняла с пальца обручальное кольцо и положила его в ящик кухонного стола. – «Увидимся позже».

Часто Пия не имела ни малейшего представления, что ждет ее на месте обнаружения трупа. Дежурный комиссар полицейского участка проинформировал ее о теле женщины в Нидерхёхстштадте, когда Пия сообщила, что едет. Вскоре после выезда из населенного пункта она свернула направо на асфальтированную полевую дорогу и еще издалека увидела несколько патрульных автомобилей и аварийно-спасательную машину. Подъехав ближе, она узнала голубой автобус марки «Фольксваген», принадлежащий экспертному отделу. Рядом стояла пара гражданских авто. Пия припарковалась на небольшом участке, покрытом травой, перед зарослями кустарника, взяла с заднего сиденья свой бежевый пуховик и вышла из машины.

– Доброе утро, фрау Кирххоф, – поприветствовал ее молодой коллега из Службы охраны порядка, стоявший у ограждения. – Вниз по дороге. За кустами – направо.

– Доброе утро и спасибо, – ответила Пия и пошла по дороге, которую ей указали. Кусты в открытом поле образовывали густые заросли. Пия повернула за угол и сразу наткнулась на главного комиссара уголовной полиции Кристиана Крёгера, шефа экспертного отдела из 11-го Комиссариата Хофхайма.

– Пия! – воскликнул с удивлением Крёгер. – Что ты здесь делаешь? У тебя ведь…

– …отпуск, – перебила она его с улыбкой. – Оливер попросил меня начать здесь работу. Он сейчас приедет, и тогда я свободна. Что у нас здесь?

– Неприятная история, – ответил Крёгер. – Убита женщина. Выстрелом в голову. Средь бела дня и менее чем в километре от полицейского участка в Эшборне.

– Когда это случилось? – поинтересовалась Пия.

– Известно довольно точно – около девяти утра, – сказал Крёгер. – Один велосипедист видел, как она упала. На ровном месте. Выстрела он не слышал. Но судмедэксперт считает, что в нее стреляли с некоторого расстояния.

– Разве Хеннинг уже здесь? Я не видела его автомобиль.

– Нет, к счастью, приехал другой. С тех пор как твой экс-супруг стал шефом, у него больше нет времени для выездов. – Крёгер ухмыльнулся. – О чем я не очень сожалею.

Перейти на страницу:

Все книги серии Оливер фон Боденштайн и Пиа Кирххоф

Ненавистная фрау
Ненавистная фрау

Воскресным августовским утром главный комиссар полиции Хофхайма Оливер фон Боденштайн и его помощница Пия Кирххоф получили на руки сразу два самоубийства. Но лишь одно из них оказалось настоящим: у себя в саду застрелился главный прокурор Франкфурта. А вот молодая красавица Изабель Керстнер умерла не сама, хотя, казалось, все указывало на то, что она бросилась вниз со смотровой башни. По данным экспертизы, перед этим ей ввели смертельную дозу средства для усыпления лошадей. А поскольку Изабель работала в конно-спортивном комплексе, Боденштайн и Кирххоф первым делом поехали туда. Там выяснилось, что погибшую все либо боялись, либо ненавидели. Беспринципная интриганка, Изабель нажила себе множество врагов, и расправиться с ней мог кто угодно. Но никто не мог и представить, какая длинная цепочка преступлений потянется за смертью женщины, которая никого не любила…

Heлe Нойхаус , Неле Нойхаус

Детективы / Прочие Детективы
Глубокие раны
Глубокие раны

Убийство? Скорее казнь… Пожилой мужчина был поставлен на колени, а затем застрелен в затылок. Давид Гольдберг, бизнесмен, государственный деятель и меценат, проживавший в США, но часто приезжавший на свою родину, в Германию… Кому понадобилось убивать его, да еще таким способом? Но вот странность: при вскрытии на его руке была обнаружена особая татуировка — такую делали только членам СС. Еврей — в СС? Невероятно… А затем точно так же убивают двоих его ровесников, также некогда связанных с нацистами. Главный комиссар полиции Хофхайма Оливер фон Боденштайн и его помощница Пия Кирххоф, расследуя это тройное дело, приходят к выводу: все трое убитых тесно связаны с богатым семейством Кальтензее, поскольку при жизни были близкими друзьями его главы — Веры Кальтензее. Но по мере того как движется расследование, становится ясно: почти все люди, вовлеченные в эту запутанную историю, совсем не те, за кого себя выдают…

Heлe Нойхаус , Неле Нойхаус

Детективы / Классические детективы / Криминальные детективы

Похожие книги

Сценарии судьбы Тонечки Морозовой
Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

Насте семнадцать, она трепетная и требовательная, и к тому же будущая актриса. У нее есть мать Тонечка, из которой, по мнению дочери, ничего не вышло. Есть еще бабушка, почему-то ненавидящая Настиного покойного отца – гениального писателя! Что же за тайны у матери с бабушкой?Тонечка – любящая и любимая жена, дочь и мать. А еще она известный сценарист и может быть рядом со своим мужем-режиссером всегда и везде. Однажды они отправляются в прекрасный старинный город. Ее муж Александр должен встретиться с давним другом, которого Тонечка не знает. Кто такой этот Кондрат Ермолаев? Муж говорит – повар, а похоже, что бандит…Когда вся жизнь переменилась, Тонечка – деловая, бодрая и жизнерадостная сценаристка, и ее приемный сын Родион – страшный разгильдяй и недотепа, но еще и художник, оказываются вдвоем в милом городе Дождеве. Однажды утром этот новый, еще не до конца обжитый, странный мир переворачивается – погибает соседка, пожилая особа, которую все за глаза звали «старой княгиней»…

Татьяна Витальевна Устинова

Детективы
1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Кожевников , Вадим Михайлович Кожевников

Шпионский детектив / Проза / Проза о войне / Детективы / Исторический детектив