— Морана никогда не обманывает — вмешался Прошка — Дело в том, что часть души все равно остается в теле после смерти ее тела. Хозяин…старый хозяин, когда жил в Египте, исследовал проблему души. И если бы ты, новый хозяин, почитал его книги, то мог бы узнать, что из себя представляет душа. В лабораторных записях и в колдовской книге этого нет. Вкратце я тебе расскажу: душа состоит из двух частей. Ка и Ба. Когда человек умирает, Ка покидает тело, и отправляется или в загробный мир, или бродит по Земле, ожидая свое Ба. Ба после смерти впадает в летаргический сон, оставаясь в теле умершего. Но потом тоже выходит, и бродит по миру, пока не встречает свое Ка. Тогда они соединяются, образуя Ах, чистый дух, и этот дух отправляется в загробный мир, который у нас здесь называется Навь. Ка и Ба — двойники, дубли. Один отвечает за эмоции и чувства — это Ба, другой — за жизненную энергию. Как только Ка покинул тело — все, тело лишено жизненной энергии, а значит не существует личности. И если в этот момент колдун подселил в тело чужую душу — Ба могло застрять в теле и остаться там до тех пор, пока его не изгонят. А вот Ка Вари теперь бродит, или летает, или висит — в Нави. И ждет, когда его оттуда выдернут. И поместят в Хат, телесную оболочку, чтобы Ка воссоединилось с Ба.
— Вот это накрутили! — с досадой сплюнул я — Ка…Ба…черт подери! Ладно, я понял — дубль-душа Вари в самом деле осталась в ее теле, и теперь этот чертов колдун трахает мою девушку, и устраивает с ней групповухи! И она все понимает и осознает, и ничего поделать не может! Ну какая же мстительная тварь! Ну как мне хочется свернуть ему башку!
— Вообще-то не надо было лезть к нему, да еще и переть на него дуром! — ткнул грязными пальцем в мою открытую рану Прошка — Хозяин, ты еще легко отделался. А вот представь, если бы на месте Вари оказался ты…
— Не надо грязи! — рявкнул я вслух, забыв, где нахожусь — Извращенцы проклятые!
— Мы просто объяснили — с нотками веселья в голосе пояснил Минька — Радуйся, что сам сумел уйти. А уж с Варей ты как-нибудь разберешься. И с колдуном. Кстати, может тебе попробовать заключить с ним соглашение? Ну…выплатить штраф за нападение! Договориться, что отслужишь?
— Ага…обслужишь! Под столом! — зло бросил я, и снова едва не застонал, представив эту картину — моя Варя, и…
— Ну тогда может тебе просто забыть Варю, и жить, как жил? Обставив себя защитными барьерами. Чтобы колдун не добрался! — предложил Прошка — Что, женщин мало? Да ты любую можешь себе взять! Любую! И они будут только рады доставить тебе удовольствие! Ты же колдун, ты любую можешь в себя влюбить! Понимаешь? Ты высший. Ты можешь все. И никто не сможет тебя остановить. Никто! Кроме другого колдуна.
— Бес…ты такой бес! — горько хмыкнул я — хватит этой чуши. Читаю дальше.
«У нас с ней впереди много лет интересной, насыщенной приключениями жизни. Обещаю тебе это. А когда она мне надоест, и я захочу нового тела — что-нибудь придумаю. Изысканные страдания! Бесконечную боль! А может просто продам ее в какой-нибудь африканский бордель. К тому времени она будет счастлива общению с множеством рослым черных парней. Я ее к этому приучу.»
Извращенец проклятый! Ну сука, попадись ты мне! От бессилия и ярости меня просто распирало, даже руки тряслись от ненависти.
«На этом я заканчиваю мое письмо, и к тому времени как ты его дочитаешь, все будет готово. Тебя ждут очень интересные приключения! Прощай, мой юный друг. Мы с тобой еще увидимся…надеюсь. А если не увидимся — вспомни перед смертью свою подружку. Ей нравится быть моей секс-рабыней, и страдая, а возможно и умирая, ты будешь думать о том, что с ней сейчас происходит, и представлять картины, одна красочнее другой
Прощай. Твой враг»
В ярости я разорвал письмо пополам, потом еще пополам, еще!
И тут жахнуло. Так жахнуло, что я ослеп, оглох, потерял все чувства, превратившись в маленькую, очень маленькую песчинку, которая падала, неслась с огромной высоты…куда-то. Куда — я не знаю. Чернота, и впереди — белое пятнышко, будто открытая дверь тоннеля. И ощущение падения, когда сердца поднимается к глотке, когда вот-вот ты выблюешь все, что сегодня принимал на завтрак. Не люблю качели и всякие центрифуги — именно из-за этого ощущения. Меня в летчики точно не возьмут.
И тут сознание погасло.
Сколько я пробыл в беспамятстве — не знаю. Может секунду. А может час. Или день. Очнулся я от того, что меня кто-то укусил. Больно, просто-таки зверски! Какая-то тварь воткнула мне жало прямо в щеку!
Жахнул рукой по щеке, что-то хрустнуло, я открыл глаза и сквозь слезы уставился на ладонь, по которой расплывались красно-бурые потеки. Потом эта бурая жижа собралась в капельки и дождем стекла прямо на красноватую, пыльную землю.
Жарко, очень жарко. И в голове звенящая пустота. Где я?
Поднимаюсь — медленно-медленно, вначале встаю на колени, потом кряхтя — на ноги. Смотрю по сторонам. Степь. Степь?! Нет, это не похоже на степь, которую я знаю! Земля — красная! Растения…растения непохожие на степные! Деревья — зонтиками!