В них живет дух Кэрсталя. А в Кэрстале, увы, нет места для кого-то вроде Киары Блэр. В её доме хозяином стал кузен, которого привечали недалекие людишки. Заурядный сорокалетний торгаш из глубинки — это им по нраву, не то что столичная стерва-некромантка. Чужачка, нежеланная, неприятная и жуткая. Нелюдь, неблагая тварь, темная ведьма…
Бегло проглядев остальные конверты и не найдя ничего интересного, Киара приоткрыла дверь комнаты и, высунувшись в коридор, подозрительно принюхалась. В воздухе витал сшибающий с ног цветочно-мускусный аромат: не иначе как к «ворожее белой магии» явилась очередная легковерная дамочка. Сама Зейра, щадя не по-людски чувствительное обоняние подруги, такими вонючими духами не поливалась.
Двери в конце коридора распахнулись, выпуская наружу ту самую дурнопахнущую особу: то была старательно молодящаяся дамочка, разодетая в пух и прах и почему-то решительно устремившаяся к Киаре.
— Госпожа магиня! — радостно возопила дамочка. — Темной вам ночи! Вашей матушке зять не нужен?!
Госпожа магиня на это некультурно открыла рот и, проклиная собственный сверхчувствительный нос, постаралась не дышать слишком глубоко.
— М-моей матушке уже… четверть века как ничего не нужно, — наконец, кое-как проговорила она.
— Ах, милочка, это всё частности! Поглядите на себя, вы же буквально созданы для моего старшенького! — торжественно объявила дамочка, обмахиваясь искусно украшенным веером — в последний раз такую штуку Киара видела на парадном портрете своей бабушки. Ну да ничего удивительного, мода в столице меняется стремительно и внезапно — стоит супруге императора, эксцентричной леди Корнелии, в очередной раз поэкспериментировать с гардеробом.
— Кто, эта, что ли? — вслед за дамочкой явилась и «ворожея», чтоб её протащило через все семь кругов Инферно. — Сынульку-то пожалей, Милена! Некромантка она!
— Ну-у… у каждого свои недостатки…
— Не тронь чужую невестку! Её леди Фалько застолбила. Для своего, хе-хе, младшенького.
Если некромантство госпожу Милену не особо впечатлило, то аргумент с леди Фалько оказался прямо-таки убийственным. И то сказать — нет ничего страшнее, чем генерал Имперской армии, возжелавшая себе невестку.
— И чего ты ей нагадала? Развеселую свадебную гулянку? — сварливо поинтересовалась Киара, возвращаясь в комнату. — А что ж не рокового мужика?
— Да на кой он Милене? — отмахнулась Зейра, оживленно семеня следом за ней. — Дамочка трижды замужем побывала, ей те мужики уже до фонаря. Теперь, понимаешь, внуков подавай. А тут такое дело: три сына — и все неженатые! Может, сходишь, за старшенького-то?
— За человечишку? Фу, ещё чего. Я пойду строго за архимага.
— Откуда такой снобизм?!
Киара невозмутимо пожала плечами и плюхнулась обратно на кровать, подтягивая к себе свернувшегося в гигантский клубок кота. Господин Энобус был явственно недоволен, но Киаре, как любимому рабу, дозволялись любые вольности.
— И вовсе не снобизм, а практические соображения.
— Ну-ну, — хмыкнула Зейра, растянувшись на животе рядом с ней и принимаясь наглаживать кота. — Так, говоришь, проблемы на работе?
— Заткнись, а? — Киара одарила её негодующим взглядом. — Не ты ли мне эти проблемы обеспечила? Теперь Бездна знает сколько выслушивать издёвки Дальгора и таскать за собой долбаного боевика!
— Женщина, я обеспечила тебе заработок в размере полугодового оклада! — неподдельно оскорбилась подруга. — Пострадаешь за гонорар, не переломишься. И сынишку огненной светлости всласть попортишь, я ж тебя знаю.
Разумеется, Зейра, пока она спала, уже успела куда-то слинять и всё разнюхать, не дожидаясь подробного рассказа. И чьего сынишку Киаре подсунули, и насколько он в её вкусе. С талантами этой бывалой проходимки Яллес следовало не обжуливать всяких Милен, а помышлять шпионажем на побегушках у лорда-канцлера. Не больше и не меньше.
— Не интересуюсь мужчинами младше сорока.
(Вполне интересуется, как выяснилось.)
— То-то у тебя глазки загорелись! — Зейра хитро улыбнулась и погрозила пальцем. — Ходят слухи, на ваш бурный романчик уже ставки делают. Ой, да что там, я сама поставила аж два золотых, так что… — Тут она села на кровати, картинно взмахнула руками и замогильным голосом провыла: — Убоись же моего третьего глаза, дерзкая магиня! Ибо зрю я! Зрю разгульную свадьбу и дюжину кошек!
Порадовало, что хоть не дюжину детишек.
— Славненько. А теперь, о ворожея, я хочу узреть, что у нас на ужин! — не осталась в долгу Киара. — И нечего с такой укоризной глядеть, я вчера готовила. Сегодня твоя очередь добывать еду.
Ворча и причитая об ущемлении тонкой провидческой души, Зейра мимоходом дернула её за разлохматившуюся косу и всё же ушла. К счастью, не на кухню, а в таверну госпожи Брайд, за готовым ужином. Ибо готовить в их доме умела только Киара — Бусик был слегка не по этой части, а уж в цепких ручонках горе-ворожеи даже омлет мог превратиться в смертельную отраву.
Вставать всё ещё не хотелось, однако впереди неизбежно маячили слепки с рунами — не просто так же Киара умыкнула их из участка?