В технологических, общественных, даже политических дискуссиях сегодня нет, наверное, чаще употребляемого термина, чем «инновация». Правительства многих стран (и России в том числе) принимают разнообразные документы и программы, стремясь обрести «инновационность». Последняя объявляется обязательным условием достижения важнейших целей, среди которых повышение эффективности и конкурентоспособности национальных экономик, укрепление здоровья и рост уровня жизни населения. Поэтому неудивительно, что в одной из самых авторитетных конференций по инновациям приняли участие более девятисот ведущих специалистов из США и других стран [От других «технологических» мероприятий, в которых мне приходилось участвовать в последние годы, конференция отличалась двумя особенностями. Во-первых, некоторые участники носили галстуки-бабочки – наверное, сказалась-таки академическая среда МТИ. Во-вторых, с первой и до последней минуты безукоризненно работал беспроводной доступ в Интернет, причем на скоростях 15–20 Мбит/с!], а открывали ее президент МТИ Сюзан Хокфилд [Единственная пока женщина среди шестнадцати человек, занимавших этот пост за 150 лет существования МТИ (избрана в 2002 году)] (Susan Hockfield) и Джейсон Понтин (Jason Pontin), главный редактор и издатель Technology Review, знаменитого журнала о технологиях, выходящего с начала 1800-х.
Но что же такое инновация? Целый ряд выступлений был посвящен этому, казалось бы, нетрудному вопросу. Знаменитые инноваторы, в том числе Филлип Шарп (Phillip A. Sharp, нобелевский лауреат 1993 года в области медицины, сооснователь и научный советник компании, разрабатывающей средства для РНК-интерференционной терапии, представленный как «пионер исследований в этой области» [Отметим, что Нобелевскую премию за работы по РНК-интерференции – естественному механизму подавления экспрессии некоторых генов – только что получили Эндрю Файр (Andrew Fire) и Крейг Мелло (Craig Mello)]), Йер Голдфингер (Yair Goldfinger), сооснователь ICQ, создавший первую систему моментальных сообщений (instant messaging), Джей Уокер (Jay Walker), создатель Priceline.com, владелец более чем 250 патентов и автор тысячи с лишним приложений для Интернета, сотовых телефонов, сетевых казино, – все эти люди сошлись на том, что точного определения инноваций не существует. Уокер даже припомнил по этому поводу популярную в США шутку одного американского судьи: «Я не знаю, что такое порнография, но когда я ее вижу, то понимаю, что имелось в виду» – остается только заменить в этой фразе слово «порнография» на «инновация».
Преодолевая сложности в определениях, участники главной сессии [Ее провела еще одна знаменитая женщина-инноватор Падмашри Уорриор (Padmasree Warrior), CTO компании Motorola] пришли к ряду интересных выводов. Так, всем известно, что даже успешный ученый-прикладник не всегда становится инноватором. Однако в выступлении «глобального лидера» IBM по консультационной практике в сфере стратегий и изменений Марка Чэпмена (Mark Chapman, Global Leader, Strategy & Change Practice) прозвучало куда более неожиданное утверждение – доля ученых среди инноваторов вообще не так уж велика. Например, недавно проведенный IBM опрос главных управляющих (CEO) шестисот с лишним компаний во всем мире показал, что две из каждых трех инновационных идей рождаются вне пределов сферы НИОКР (R&D).
Подобающее внимание было уделено наиболее перспективным сегодня областям технологий. Тема нанотехнологий была представлена на конференции в непривычном (пока?) аспекте «нанотоксичности»: на специальном заседании обсуждалась проблематика безопасности наноматериалов, все шире проникающих, например, в индустрию косметики. Лидеры отрасли очень хотели бы избежать конфронтации с обществом, подобной той, с которой столкнулись разработчики ГМ-продуктов (первой ласточкой можно считать историю с немецким чистящим средством Magic Nano в марте этого года – его аэрозольный вариант иногда вызывал затруднения дыхания; впрочем, позже выяснилось, что настоящего «нано» в этом веществе не было).