Читаем Жуткие артефакты. История громких преступлений, рассказанная в 100 предметах убийств полностью

Писатель называет этих падальщиков охотниками за реликвиями. Как ни кощунственно это звучит, но между жуткими артефактами murderabilia и традиционными мощами святых есть связь, потому что первые в самом реальном смысле являются оборотной стороной вторых – их тенью. Если кость пальца, скажем, преподобного Сергия воплощает тайну христианской благодати, то прядь волос Чарльза Мэнсона – наоборот: тайну беспримесного, непостижимого зла. Для тех, кто жаждал заполучить артефакты из сарая Дирингов и яблоневого сада, это были зловещие аналоги кусочков Креста Господня, которым поклоняются верующие, – предметами, наделенными нечистой силой.

Когда мрачных реликвий не было на месте преступления, посетители часто забирали с собой другие сувениры. Так, с появлением фотографии стали популярны открытки с места преступления. Весной 1908 года на ферме Белль Ганнесс, известной как Леди Синяя Борода, обнаружили дюжину расчлененных трупов. В течение нескольких дней тысячи туристов съехались к усадьбе, где предприимчивые лоточники продавали сувенирные открытки с изображениями эксгумированных останков ее жертв. Два десятилетия спустя на месте катастрофы в школе небольшого фермерского поселка Бат, штат Мичиган, где местный сумасшедший в 1927 году взорвал начальную школу и убил 38 детей, собралось столько зевак, что один журналист назвал деревню «Меккой для нездорового любопытства». Местный фотограф, желая нажиться на дурной славе родного города, печатал и продавал фотооткрытки с изображением резни, в том числе одну, на которой была изображена вереница укутанных одеялами маленьких тел, выкопанных из-под обломков.

Коллекционеры столь жутких сувениров далеко не единственные люди, которых привлекают «предметы убийства». Во второй половине XIX века в Соединенных Штатах получили распространение «десятицентовые музеи», привлекавшие посетителей всем, чем только можно: от двухголовых животных до деформированных человеческих плодов и жутких артефактов печально известных преступлений. Среди «20 000 чудесных предметов», выставленных в одном из таких музеев, была, например, правая рука Антуана Пробста, ампутированная после его казни. Даже почтенный Ф. Т. Барнум вступил в игру, купив одежду Альберта Хикса – отъявленного негодяя, который зарезал всю команду шлюпа, плывшего в Вирджинию, и был повешен в 1860 году – и выставив ее в своем бродвейском музее.

Эта традиция продолжается и по сей день. На выставке, организованной Лондонским музеем в 2016 году, были представлены десятки предметов из легендарной коллекции Скотланд-Ярда (в народе известной как «Черный музей»). Среди них медицинский чемоданчик 1890-х годов, принадлежавший серийному отравителю и подозреваемому Джеку-потрошителю доктору Томасу Ниллу Криму; лопата, которую использовал доктор Хоули Харви Криппен, когда хоронил останки своей зарезанной жены в подвале их дома в 1910 году; резиновый фартук и перчатки Джона Джорджа Хэйга, британского «убийцы с ванной кислоты», который в 1940-х годах убил шесть человек и растворил их тела в бочке с серной кислотой. Музей в Эдинбурге предлагает посетителям рассмотреть особенно жуткую реликвию: футляр для визитной карточки, сделанный из человеческой кожи. Он принадлежал Уильяму Берку, серийному убийце XIX века, который вместе с напарником Уильямом Хэром продавал трупы своих жертв местному анатому для препарирования.


Номерной знак «машины смерти» Бонни и Клайда


Зловещий смысл некоторых предметов в этой книге – например, топора Лиззи Борден и пистолета Люгера, которым пользовался массовый убийца Говард Унру, – очевиден. Другие предметы – лестница, использовавшаяся при похищении ребенка Линдберга, распятие Августы Гейн – являются предметами повседневного обихода, которые приобрели зловещий смысл из-за ассоциации с известными убийствами. В нашу эпоху, одержимую преступлениями, поклонники жанра могут коллекционировать различные жуткие товары: старые постеры фильмов категории B, фигурки серийных убийц, футболки и кружки с изображениями любимых маньяков-убийц. В этой книге артефакты служат своеобразным трамплином для исторического исследования самых сенсационных преступлений как в США, так и за рубежом, которые привлекали внимание общественности на протяжении двух столетий.

#1 Надгробие Наоми Уайз

Убийство «Оми» Уайз (1808)


(1808 г.)

Наоми Уайз уже давно нет в живых, но ее трагическая история увековечена в одной из самых известных народных песен Америки.


Самой старой формой литературы в жанре тру-крайм являются, как их называют фольклористы, «баллады об убийствах», – жанр, возникший в Средние века, когда в этих распеваемых или декларируемых стихах распространялись новости о шокирующих убийствах среди неграмотного крестьянства.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Открытый заговор
Открытый заговор

Работа «Открытый Заговор» принадлежит перу известного английского писателя Герберта Уэллса, широко известного в России в качестве автора научно-фантастических романов «Машина времени», «Человек-невидимка», «Война миров» и другие. Помимо этого, Уэллс работал в жанрах бытового романа, детской, научно-популярной литературы и публицистики. «Открытый Заговор» – редкий для английского писателя жанр, который можно назвать политическим. Предлагаемую работу можно даже назвать манифестом, содержащим призыв к человечеству переустроить мир на новых началах.«Открытый Заговор» ранее не переводился на русский язык и в нашей стране не издавался. Первая версия этой работы увидела свет в 1928 году. Несколько раз произведение перерабатывалось и переиздавалось. Настоящая книга является переводом с издания 1933 года. Суть предлагаемого Уэллсом переустройства мира – в демонтаже суверенных государств и создании вместо них Мирового государства, возглавляемого Мировым правительством. Некоторые позиции программы «Открытого Заговора» выглядят утопичными, но, вместе с тем, целый ряд положений программы уже воплощен в жизнь, а какие-то находятся в стадии реализации. Несмотря на то что работа писалась около 90 лет назад, она помогает лучше понять суть процессов, происходящих сегодня в мире.

Герберт Джордж Уэллс , Герберт Уэллс

Государство и право / Политика / Зарубежная публицистика / Документальное
Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст
Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст

В этой книге исследователи из США, Франции, Германии и Великобритании рассматривают ГУЛАГ как особый исторический и культурный феномен. Советская лагерная система предстает в большом разнообразии ее конкретных проявлений и сопоставляется с подобными системами разных стран и эпох – от Индии и Африки в XIX столетии до Германии и Северной Кореи в XX веке. Читатели смогут ознакомиться с историями заключенных и охранников, узнают, как была организована система распределения продовольствия, окунутся в визуальную историю лагерей и убедятся в том, что ГУЛАГ имеет не только глубокие исторические истоки и множественные типологические параллели, но и долгосрочные последствия. Помещая советскую лагерную систему в широкий исторический, географический и культурный контекст, авторы этой книги представляют русскому читателю новый, сторонний взгляд на множество социальных, юридических, нравственных и иных явлений советской жизни, тем самым открывая новые горизонты для осмысления истории XX века.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов , Сборник статей

Альтернативные науки и научные теории / Зарубежная публицистика / Документальное
Логика чудес. Осмысление событий редких, очень редких и редких до невозможности
Логика чудес. Осмысление событий редких, очень редких и редких до невозможности

Мы живем в мире гораздо более турбулентном, чем нам хотелось бы думать, но наука, которую мы применяем для анализа экономических, финансовых и статистических процессов или явлений, по большей части игнорирует важную хаотическую составляющую природы мироздания. Нам нужно привыкнуть к мысли, что чрезвычайно маловероятные события — тоже часть естественного порядка вещей. Выдающийся венгерский математик и психолог Ласло Мерё объясняет, как сосуществуют два мира, «дикий» и «тихий» (которые он называет Диконией и Тихонией), и показывает, что в них действуют разные законы. Он утверждает, что, хотя Вселенная, в которой мы живем, по сути своей дика, нам выгоднее считать, что она подчиняется законам Тихонии. Это представление может стать самоисполняющимся пророчеством и создать посреди чрезвычайно бурного моря островок предсказуемости. Делая обзор с зыбких границ между экономикой и теорией сложности, Мерё предлагает распространить область применения точных наук на то, что до этого считалось не поддающимся научному анализу: те непредсказуемые, неповторимые, в высшей степени маловероятные явления, которые мы обычно называем чудесами.Если вы примете приглашение Ласло Мерё, вы попадете в мир, в котором чудеса — это норма, а предсказуемое живет бок о бок с непредсказуемым. Попутно он раскрывает секреты математики фондовых рынков и объясняет живо, но математически точно причины биржевых крахов и землетрясений, а также рассказывает, почему в «черных лебедях» следует видеть не только бедствия, но и возможности.(Альберт-Ласло Барабаши, физик, мировой эксперт по теории сетей)

Ласло Мерё

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Зарубежная публицистика / Документальное