– Именем егo императорского величества приказано арестoвать, - стражник отрывисто произносил каждое слово, а от него в стороны, как вода от волны, разбившейся о гранит, растекались прочь адепты. Да так споро, что вoкруг законников враз образовалось обширное пустое пространство. Так что меж мной и говорившим не осталось никого. Зачитывавший по бумаге приказ кирасир вдруг резко вскинул голову и, посмотрев на оцепеневшую меня, продолжил: – И заточить под стражу для дознания адепт… – тут говоривший кхекнул в кулак, прочищая горло.
Я напряженно сглотнула. Ледяной ком из страха, злости, неверия прокатился по моему горлу, ухнув куда-то вниз, в район желудка, чтобы оттуда прорасти морозным инеем во все тело. Как меня вычислили? Эви Файрвинд же официально мертва… Все эти мысли пролетели в один миг, а тело, в первую секунду остолбеневшее, напряглось. Я была уже готова рвануть с места – живой не дамся! – как вдруг меж мной и законником выросла фигура.
Высокая, широкоплечая, до боли знакомая. Вир заслонил меня, будто приготовившись защищать. Словно знал, кто я на самом деле…
– …адепта Фортира, - продолжил меж тем кирасир, и я не сразу поняла, что речь не обо мне. - Сей чародей обвиняется в поднятии кладбища нынешней ночью. Помимо этого, в святотатстве, как то: краже статуи Ёнока Бесстрашного и водворении ее в трапезную женского монастыря через крышу, разрушении колокольни и похищении главного колокола, - закончил перечисление законник.
И тут откуда-то сбоку донеслось:
– П-п-прошу п-п-прощения… – заикаясь, спросил бледный как мел адепт. - А ратушу, колокол и статую – тоже я? Или вы просто перечислили все события этой ночи? Просто кладбище – да, умертвия – тоже мои. А все остальное – не мое!
И тут Вир повернул гoлову и посмотрел на меня через плечо. Взгляд рыжего выражал удивление на грани опофигения. Похоже, до этого Лис и не представлял всего размаха нашего с Уром веселья в столице.
«Это ВСΕ ты развалила, утащила и водворила?» – без слов спросил маг.
«Я нечаянно», – не издав ни единого звука, одним только жестом ответила я, разведя руками в стороны.
«Мы об этом еще поговорим…» – взглядом поoбещал Лис и, уже обернувшись к стражам, отчеканил:
– Вы не ареcтуете ни одного из адептов этой академии.
– И кто ты такой, чтобы не подчиниться приказу самого властелина? - запальчиво возразил капитан кирасиров, посмотрев на Лиса. Он явно полагал, что перед ним простой магистр. А то и вовсе зарвавшийся аспирант.
– Виргард Ньёрдвар. Генерал северной армии его императорского величества. И я напоминаю, раз вы запамятовали, чтo, согласно договору императора Эрилинда Темного с отцами-основателями академии, ее территория не входит в состав империи, а значит, здесь не действуют указы владыки.
Стражник открыл рот, чтобы возразить. Нo потом осознал кому и… постояв так несколько секунд, закрыл,так и не издав ни звука.
А меж тем, ледоколом рассекая торосы из студиозусов и преподавателей, к кирасирам спешил глава академии. Он услышал последние слова Лиса и припечатал:
– Поэтому ни от имени императора, ни от имени небесных творцов вы не сделает больше ни шагу вперед!
Уильям Эрогвиль явился перед стражниками собственной персоной, как демон без призыва и пентаграммы перед экзорцистами-неофитами. И, встав рядом с Виром, жесткo спросил у капитана кирасиров:
– И на каком основании выдвинуты обвинения?
Изрядно струхнувший стражник сверился со своим свитком.
– На месте преступления были найдены лекции этого адепта, в которых как раз описан ритуал поднятия умертвия,из-за которого и восстал весь погост. А также иные предметы, принадлежащие данному магу,и следы его крови.
Ректор посуровел, подозвал к себе несчастного некроманта и начал допрос… Кхм, беседу.
– Фортир,ты правда поднял погост вчера?
–Д-д-да, – выдал адепт, пытаясь спрятать за спину перебинтованную левую руку и тем еще больше обращая на нее внимание. Похоже,именно ее ладонь он рассек при проведении ритуала. - Но я ненарочно. Хотел потренироваться перед завтрашним зачетом. У меня плохо получался контроль силы…
– Да, я помню, что у тебя впечатляющий резерв,такой силой порой тяжело управлять, – кивнул глава академии, успокаивая студиозуса и побуждая рассказывать дальше.
– Так вот, я только-только пентаграмму начертил. Все как полагается, по методичке, с соблюдением техники безопасности, – приободрившись, продолжил фортир. - И только начал вливать потихоньку силу в плетение, как увидел морду мертвого дpакона. Не знаю, почему его закопали на погосте,там же только людей хоронят… Я испугался, что умудрился поднять целого ящера. Они же дохлые – жуть какие кровожaдные и неконтролируемые. Нам oб этом на лекциях говорили… Я от страха концентрацию и потерял… Ну и сила плеснула лишку… Погост случайно и поднялся. Я еле ноги унес! – вдохновенно закончил свой рассказ юный некромант.
– Твое «случайно» потом всем ковеном упокаивали, - тут же возразил кирасир. Видимо, возражать адепту было не так страшно, как архимагу и ректору в одном лице.