Мрачные нотки собственничества в его тоне заставили меня задрожать по совершенно другой причине. Это был страх и нечто гораздо более опасное. Возбуждение. Я была напугана и возбуждена, поняла я с отстраненной ясностью.
Качая головой, я облизала пересохшие губы. Это была нервная привычка, но его взгляд тут же упал на мой рот.
— Нет, я не твоя.
— Моя. Не заставляй меня доказывать тебе это здесь и сейчас, я жестокий учитель, – пробормотал он, прислоняясь своим лбом к моему. — Знаешь, раньше у меня не было никого, кто принадлежал бы мне. У меня никогда не было ничего своего. Это отвлекает сильнее, чем я мог себе представить.
Мне казалось, что его горячее дыхание плавит мою кожу. От него приятно пахло, хотя я не должна была так считать. Запах масла, как будто он испачкал руки бензином и не помыл их, сигарет и чего-то сладкого и мускусного. Ничто из этого не было чем-то захватывающим. И все же я поймала себя на том, что втягиваю в себя его аромат огромными, паническими глотками. Он был опасностью и грехом. Всем тем, от чего я пряталась всю свою жизнь, и какая-то извращенная часть меня хотела сказать ему, чтобы он взял то, чего жаждет. Сжег меня и оставил след, чтобы все увидели.
Но логическая часть моего мозга, ощущающая силу хищника, который сейчас перебирал мои волосы, вдыхая меня так же глубоко, как я вдыхала его, кричала, чтобы я бежала.
Я подняла на него глаза.
— Николай... – начала я и осеклась, когда его темно-серые глаза уставились на меня.
— Да,
Однако я не стала продолжать. Вместо этого я резко подняла правую руку вверх. Хотя у меня не было ножа, металлическая бутылка с водой все еще была при мне. Закругленный конец врезался ему в висок, и я отклонилась в сторону. Он разразился проклятиями, когда его тело дернулось, и я рванула от него.
Я бежала изо всех сил. Я была в хорошей физической форме, тренировалась и занималась смертельно опасным видом спорта.
Я успела пересечь половину зала, прежде чем он поймал меня.
Его руки обхватили меня за талию, разворачивая к себе, а затем мы упали. Я приземлилась достаточно сильно, чтобы у меня выбило воздух из легких, и Николай свалился сверху всем весом.
Он оседлал меня, его бедра уперлись в мою талию. Он поднял мои запястья над головой, так что оказался лицом к лицу со мной.
— Это было не очень вежливо, София. Я ожидал лучших манер от такой маленькой принцессы мафии, как ты.
Кровь стекала по его виску и капала мне на щеку. Я закрутила голову, извиваясь в его руках, как животное, на секунду мной овладел страх.
Николай удивленно рассмеялся, наблюдая за моими неконтролируемыми движениями.
— Ну и ну, ты совсем не такая, как я ожидал, София. Только не говори мне, что под внешностью хорошей девочки скрывается что-то дикое? Что-то, что жаждет вырваться наружу.
Я уставилась на него, мои руки обессилели от борьбы с его превосходящей силой. Моя грудь тяжело вздымалась и опускалась, пока я задыхалась от страха и изнеможения. Он наблюдал за мной с чем-то похожим на очарование. Я была измазана в крови от капель с его подбородка. Мои волосы растрепались, а кожа горела.
— Восхитительно, – пробормотал он, одной рукой удерживая обе мои, а другой осторожно проводя по на моей красной щеке.
— Что ты делаешь? – спросила я, наблюдая за тем, как он методично рисует на моей щеке.
— Убеждаюсь, что ты помнишь, кому принадлежишь. Уверен, что твой надзиратель появится в любой момент. Анджело, не так ли? – непринужденно спросил Николай.
Было что-то жуткое в том, что он знал имя моего телохранителя. Как долго он следил за мной?
— Но поскольку сейчас не время создавать проблемы между нашими семьями, я, пожалуй, пойду.
Меня охватило облегчение.
Николай закончил рисовать на моей щеке, и, прежде чем я успела остановить его, сунул свой испачканный кровью палец мне в рот. Меня чуть не вырвало от металлического привкуса. Я попыталась отвернуться, но он схватил меня за подбородок и притянул мое лицо к своему.
— Не слишком радуйся, София. Это лишь кратковременная передышка. Ты принадлежишь мне. Я выиграл тебя. Я владею тобой... и я заберу тебя, когда придет время. А до тех пор продолжай мечтать обо мне, и я буду делать то же самое.
Он наклонился и прижался своими губами к моим, прежде чем я разгадала его намерения. Мой шокированный вздох открыл ему доступ, и он, не теряя времени, скользнул языком мне в рот. Его кровь смешалась между нами, и я почувствовала ужасный жар, не имеющий ничего общего со страхом. Его поцелуй был наглым, таким же мрачно-восхитительным, как и он сам.
Мой первый поцелуй.
Я чуть не выгнулась ему навстречу. Я почти потянулась к нему и притянула ближе, теряясь в ощущении его тела надо мной, мой плотский инстинкт побуждал меня к действию, невзирая на опасность.
— Вот так, София. Не лги больше, что ты тоже этого не чувствуешь, – пробормотал он мне в губы.