По неведомой мне причине огромное количество людей до сих пор убеждены, что необычайная судьба моей сестры обусловлена удивительными обстоятельствами её рождения. Как живой свидетель события, хочу раз и навсегда развеять нелепые слухи о якобы имевших место светопреставлениях и небесных знамениях того памятного дня.
Моя благородная мать никогда не любила Лот-Алхави, а потому уехала из столицы в Галан Май задолго до родов. А когда до срока оставалось не больше 30 дней, туда же приехали и мы с отцом. Отец исключительно ради того, чтобы провести время наедине с мамой, я же еще и затем, чтоб повидаться с дядями-тетями и их семьями. Все Джэрэт'лиги собрались тем летом в Галан Май в ожидании рождения принцессы.
Последний день Даэмли выдался солнечным и ясным. Как сейчас помню, схватки начались во время завтрака, а уже после обеда мать благополучно произвела на свет здоровую девочку. Очень скоро отец вынес показать нам её, завернутую в чистую пеленку. И скажу вам честно, она ничем не отличалась от прочих новорожденных — красный морщинистый паучок с тоненькими ручками и ножками. Красавицей она казалась лишь отцу да матери, как мои собственные дети — нам с Императрицей.
Праздник, устроенный по поводу рождения Алинн действительно вышел запоминающимся, но в основном количеством уничтоженных запасов знаменитого галанского вина.
Не было ни громов, ни чудесного сияния в небесах, ни даже лунного затмения. Просто сестра моя Алинн родилась от великой любви у людей, в чьих достоинствах никто и никогда не сомневался. Если народная молва и летописные страницы без устали славят доблесть и мужество короля Мэя, если по сей день, слагаются песни о бесстрашии королевы Хелит, то, скажите мне на милость, почему их родная кровь и плоть — Алинн, унаследовав немеркнущую славу предков, не может её приумножить делами и свершениями своими? Кому, как ни внучке Финигаса, дочери Мэйтианна и Хелит, отважиться пересечь океан и дерзновенно открыть новую землю, которую мы все зовем ныне Благословенным Краем? Я не вижу причин отказывать моей прекрасной и неистовой сестре в праве быть самой собой.
И что бы там не говорили, будто Алинн родители любили больше, чем меня, это — ложь! Столько любви, сколько познал я, не получал никто. Даже сейчас, когда ни Мэя, ни Хелит уже нет с нами, я ощущаю их нежность и заботу всем сердцем. И мне не стыдно признаться, что порой до слез я тоскую по ласковым рукам мамы, её чудным нездешним песням, и так отчаянно мне иногда не хватает мудрого и честного совета отца, его спокойной уверенности и бесконечной самоотдачи. А еще мне так хочется верить, что где-то в более счастливых мирах мои родители по-прежнему вместе…