Было обращено также внимание и на то, что некоторые мифико-географические имена, связанные с Черным морем, как, например, Боспор, Фасис, Эя, халибы, Колхида, не имели сначала твердой локализации и постепенно отступали к востоку от Пропонтиды, у берегов которой следует, вероятно, искать их первоначальное местопребывание. Стефан Византийский и Гезихий (s. v.) сохранили происходящее из неизвестного источника известие, в соответствие которому имя Борисфен, прежде чем стать именем р. Днепра, было первоначальным наименованием Геллеспонта. Это перенесение географических имен на север должно было сопутствовать милетской колонизации, которая началась вряд ли позже второй половины VII столетия до н. э. Истр, как мы знаем, известен уже Гесиоду, а основание Ольвии при устье Буга античная традиция[1]
относит к 647 г. до н. э.Исследование сицилийских и южноиталийских греческих поселений и их некрополей показало, что традиционные даты, будучи относительно правильны, удревняют в общем на несколько десятилетий сицилийскую и великогреческую колонизацию. Вероятно, то же надо признать и в отношении северочерноморских колоний: археологические данные позволяют датировать основание древнейших из них рубежом VII-VI столетий до н. э. Что же касается упомянутого ранее Танаиса, то умолчание о нем Геродота служит весьма вероятным указанием на его более позднее возникновение, хотя торговлю с местными жителями греки вели на Меотвде задолго до начала существования постоянного эмпория. Не позволяет значительно удревнять успешное проникновение греков в Черное море и еще одно обстоятельство, внимание на которое было обращено лишь в недавнее время: существование временами довольно сильного течения в Константинопольском проливе в направлении от Черного моря к Мраморному не могло не препятствовать древним легким судам проникать из Пропонтиды в Эвксин. Это обстоятельство, несомненно, породило прочно установившееся в древности мнение о существовании течения из Меотиды в Понт и из Понта в Эгейское море.[2]
Первоначальные плавания в черноморском бассейне вызывали лишь достаточно смутные представления о размерах водных пространств, их берегах и прилегающих к берегам странах. Даже Геродоту, писавшему в эпоху весьма развитых отношений Аттики и греческих городов Малой Азии с Северным Причерноморьем, далеко не все еще представляется ясным и хотя бы приблизительно точным. Устье р. Истра, по его мнению, расположено напротив Синопы (II, 34), а Мертида кажется ему лишь немногим менее Понта (IV, 86). Для впадавших в Черное море северных рек у греков сначала наиболее употребительным было наименование Фасис, которое мы вправе угадывать и в имени Гипанис, прилагавшемся к Бугу и к Кубани, и в первоначальном наименовании p. Дона, породившем впоследствии недоразумение с границей между Европой и Азией у Гекатея Милетского,[3]
отразившееся у Эсхила[4] и отмеченное Геродотом (IV, 45). Истоки большинства этих северных рек оставались неизвестными грекам на протяжении всей древности и первоначально угадывались смутно в Рипейских горах.Такого же рода, если не еще более смутные, представления о западноевропейском севере были получены греками в результате плаваний и колонизации халкидян, фокейцев и милетян в западносредиземноморских водах. Подобно тому, как в культурных слоях восточносицилийских поселений встречаются предметы, возникшие не без влияния культуры позднеминойского Крита, так и в легендах, легших в основу описаний западных странствий Одиссея, могут быть угаданы догреческие штрихи. Таково, по-видимому, прежде всего имя острова Тринакрии (Тринакии), которое греческая мифологическая традиция связала с именем сикульского царя Трииака[5]
или с аналогичным наименованием сикульского города,[6] упорно отождествляемого" по крайней мере начиная с Фукидида (VI, 2,2) с о. Сицилией.Одиссея знает также и самое имя сикулов (XX, 383;-XXIV, 211) и локализует их при этом как будто не на острове, о котором в этой связи в поэме нет речи, а на материке в Италии. Плавания греков вдоль берегов Южной Франции и в глубину Адриатического моря (следует думать, что первоначально Адриатическим называлась именно северная часть этого моря, тогда как его южная часть удерживала за собой наименование Ионического моря, или залива)[7]
также способствовали обогащению знаний о Европейском Севере.Лучших из лучших призывает Ладожский РљРЅСЏР·ь в свою дружину. Р
Владимира Алексеевна Кириллова , Дмитрий Сергеевич Ермаков , Игорь Михайлович Распопов , Ольга Григорьева , Эстрильда Михайловна Горелова , Юрий Павлович Плашевский
Фантастика / Геология и география / Проза / Историческая проза / Славянское фэнтези / Социально-психологическая фантастика / Фэнтези