«…
И никакая логика не могла победить силу этих слов. Они откликались у него в душе необъяснимым теплом и трепетом.
Когда он найдёт её — а он найдёт её обязательно — он всю душу из неё вытрясет вместе со всеми её секретами! Он заставит её рассказать абсолютно всё, потому что между ними не должно быть секретов! Не после того, через что он с ней прошёл.
Виго медленно стянул с пальца помолвочное кольцо, сложил его в чистый конверт и запер в столе.
Он не будет счастлив с Элизабет. Теперь уж точно. Он понял это сейчас, когда Эмбер исчезла из особняка.
Его ум проиграл битву его сердцу.
Он ещё раз перечитал письмо. А затем спрятал его во внутренний карман сюртука, взял исследование графа Вальярдо, дневник матери и поехал в Дом Искусства. И всю дорогу думал над письмом Эмбер.
Что она имела в виду? Какое зло отец мог причинить её семье? Чёрт! Он так ничего о ней и не узнал! Кто её родители? Они были эйфайрами, и отец отправил их в приют? Или?
Сказалась бессонная ночь, и он плохо соображал несмотря даже на чашку крепкого кофе. Всё смешалось в голове, и не давала сосредоточиться злость на Эмбер за то, что она сбежала, и на себя, что он был таким болваном и ей поверил. Мейстер Фернандо нашёл на столе в её комнате открытые браслеты из ониксида.
От этой мысли внутри всё сжалось.
Всё это сводило его с ума. Но Виго понимал, что сейчас важно довести его расследование до конца и открыть все загадки. Он не знал почему, но это была какая-то внутренняя уверенность, словно кто — то его подгонял, заставляя понукать Мануэля, чтобы тот понукал лошадь.
У Дома Искусств он выскочил из коляски почти на ходу. И, стремительно войдя в кабинет герцога Дельгадо, даже опустил половину обычных приветствий и вопросов о здоровье, сразу перейдя к делу.
— Так вы нашли бумаги? — герцог немало удивился. — И где же?
— В Ордене Санта Требол, — ответил Виго, раскладывая бумаги на столе.
Он кратко изложил герцогу суть бумаг Вальярдо и добавил:
— Я не успел прочесть только дневник, но уже и из этих бумаг, как видите, многое ясно. А что содержит вторая часть?
Герцог достал из сейфа толстую папку с исследованиями графа Вальярдо и положил рядом. Из листов торчало множество разноцветных матерчатых закладок, отмечавших наиболее важные места в документе.
— Вы же читали утренние газеты? — спросил герцог и, открыв документ на одной из закладок, указал пальцем на строчки. — Вот предсказание о том, что Бог Нруку откроет подземные врата в день, когда наступит мгла. Что мгла поглотит солнце и предшествовать этому будут различные катаклизмы.
— Да — да, это повторяется и в третьей части, немного в другом контексте, — ответил Виго, пробегая глазами документ. — Судя по этому документу, произойдёт несколько землетрясений, и эпицентром каждого будет храм Лучезарной богини Эйф — аль. Что вы знаете об этих храмах?
— Их множество на континенте, но больших и самых значимых, тех, которые сохранились, пожалуй… минутку… я тут подготовил…
Герцог открыл шкаф, вытащил из горы тубусов один и извлёк из него карту. Он разложил её на столе и взялся за карандаш.
— Эту карту я составил по бумагам графа Вальярдо. Вот эти точки — это мелкие храмы богини, а кружочки — это наиболее значимые. В пророчестве говорится о землетрясениях, которые должны произойти одно за другим. Смотрите сюда, — герцог указал на первый кружок, — это город Теолькун, где оно случилось вчера. Потом смотрите, следующее будет здесь, это Куалькан, затем Чиатлан, Икуаль, и последнее должно случиться здесь в Акадии. И оно будет самым разрушительным.
— Почему вы так решили? — спросил Виго, глядя на карту.