— Я пока еще не глухой, — резко ответил Хендрик, который всегда гордился своим тонким слухом. — Врач сказал, что можно подержать руки в горячей воде во время умывания. — Видя, что Франческа не успокоилась и собирается задать очередной вопрос, Хендрик решил прекратить эту мучительную для него процедуру, тем более, что он знал, как можно заставить дочь замолчать. — Ко мне сегодня заходил Питер ван Дорн и просил моего разрешения ухаживать за тобой в качестве жениха.
Лишь на мгновение пальцы Франчески, завязывавшие узел, застыли в воздухе. Других признаков волнения отец не заметил.
— Что ты ему ответил? — спросила она ровным голосом.
— Я ответил ему то, что и остальным, но он с этим не согласился.
— И что же?
— Почему-то он уверен, что ты не будешь возражать против его ухаживаний. Он не торопится со свадьбой. Для него очень важно, чтобы ты закончила обучение.
— Три года — это долгий срок. Многое может измениться. Ты знаешь, что я хочу съездить в Италию. Мне необходимо увидеть шедевры, созданные в эпоху Ренессанса, и поработать на родине их создателей.
— Питер ни к чему тебя не принуждает. Он только просит разрешения видеться с тобой во время обучения.
Франческа некоторое время помолчала, заканчивая перевязку. Затем она согласно кивнула головой.
— Я с радостью буду с ним встречаться в Делфте, но не как с женихом. Если он это поймет, то все в порядке.
— Мне поговорить с ним или ты это сделаешь сама?
— Я сама с ним поговорю. Да, я должна тебе тоже кое-что сказать. — Она на мгновение задумалась. — У нас с Людольфом произошел странный разговор. — Он чувствует себя не только твоим покровителем, но и опекуном всей нашей семьи.
— Он никогда мне об этом не говорил раньше.
— И мне тоже. Его благие намерения относятся к тебе, отец.
— Очень мило с его стороны. Людольф очень заботливый человек.
Взор Хендрика затуманился и он снова с ужасом подумал о необходимости занимать деньги. Нет, такого унижения ему просто не вынести. Ведь он представился как человек среднего достатка, преуспевающий художник, привыкший получать хорошую цену за свои картины. Людольф заплатил за портрет Франчески огромные деньги, а затем купил еще несколько картин по цене, на которую не могли рассчитывать даже художники, гораздо более известные, чем Хендрик. Он знал, что если придет к своему покровителю и станет униженно просить у него денег, признавшись в собственной глупости, то не только уронит себя в глазах Людольфа, но и принизит свое искусство. Этот гордец больше никогда не купит у него ни одной картины.
На другой день, возвращаясь домой, Хендрик остановился на мосту через Амстел и стал смотреть на воду, сверкающим потоком бежавшую под ним. Мысль о самоубийстве уже несколько раз приходила ему в голову. Вот и сейчас, охваченный черной меланхолией, Хендрик подумал, что, возможно, для него это самый достойный выход из той страшной беды, в которую он попал по непростительной глупости и легкомыслию. Он задумчиво облокотился на перила моста. За весь день никто, кроме Питера, не дал ему ни единого стивера. Можно было попросить денег у Янетье, но он хорошо помнил разговор с ее мужем Джованни. Этот человек не потерпит, чтобы данное ему слово было нарушено, а сама Янетье денежными вопросами не занималась. Не мог Хендрик обратиться и к геру Корверу, хорошо зная, что его богатый сосед относится с осуждением к азартным играм. Хендрик изо всех сил сжал перила. Как хорошо оказаться в холодное воде, которая унесет все его несчастья. Он вспомнил, как в молодости свалился темной ночью в канал, но выжил, да еще нашел полный золота кошелек. Однако такая удача не приходит дважды. Как бы пригодились эти деньги ему и его дочерям! Дочери! Страшная мысль промелькнула в мозгу Хендрика. Боже мой, ведь если он покончит с собой, то все долги перейдут его девочкам! Содрогнувшись от этой мысли, Хендрик решительно отошел от перил.
— Соленая сельдь! Лучшая в Амстердаме! — расхваливал свой товар торговец, несущий небольшой бочонок с мелкими серебристыми рыбками. Хендрик развязал кошелек и купил шесть рыбок. Забросив голову назад, он брал за хвост рыбок и ел это нехитрое блюдо с огромным удовольствием. Соленая рыба, приправленная специями, вызвала сильную жажду. Стремительной походкой Хендрик направился к ближайшей таверне, где занялся утолением жажды, в результате чего все его невзгоды отошли куда-то далеко, как будто их поглотили воды Амстела.
Франческа думала, что Питер снова придет к ним, чтобы выслушать ее решение. Но его все не было. Не появлялся он и в доме ван Девентера. Когда он представил заказчику план сада, там было предусмотрено все до мельчайших подробностей. Для каждой клумбы и каждого деревца предназначено свое, особое место.