– Я ненавижу вулканы.
Зофья выпрямилась в предвкушении. Закономерность в ее голове наконец обрела окончательную форму.
– Каждая из гексограмм состоит из сплошных и прерывистых линий. Если вместо сплошных линий подставить нули, а вместо прерывистых – единицы, мы получим последовательность нулей и единиц. Это похоже на двоичную систему исчисления.
– Но это не говорит ничего о сокровище, – сказал Тристан.
– Вот тут ты не прав. В древности люди были просто одержимы числами, – задумчиво сказал Энрике. – Это видно даже по произведениям искусства тех времен. И это наводит меня на мысль, что с этой диаграммой не все так просто. Может, это вовсе не странная система исчисления. Хмм…
Энрике наклонил голову и указал на символы в углах пластины.
– Северин, можешь отредактировать изображение и соединить угловые символы?
Северин изменил мнемо-голограмму, отделив углы от пластины, уменьшив диаграмму «И цзин» и поместив угловые символы рядом друг с другом.
– Другое дело, – сказал Энрике. – Теперь мне все ясно. Северин, помести их в квадрат и измени порядок. Поверни первый символ горизонтально, соедини со вторым символом, третий должен остаться внизу, а четвертый передвинь влево.
Северин последовал инструкции, и, когда он закончил, перед ними появился новый символ:
– Глаз Гора, – выдохнул Энрике.
Зофью захлестнула зависть.
– Как… – выдавила она. – Как ты это увидел?
– Так же, как ты увидела числа и линии, – самодовольно ответил Энрике. – Признайся, ты впечатлена.
Зофья скрестила руки на груди.
– Нет.
– Я ослепляю тебя своим блестящим умом.
В поисках помощи Зофья повернулась к Лайле.
– Пусть он перестанет.
Энрике картинно поклонился и снова указал на изображение.
– Глаз Гора также известен как Уаджет. Это древний египетский символ царской власти и защиты. Со временем большинство Глаз Гора было утеряно…
– Нет, – возразил Северин. – Не утеряно.
– Что, если все Глаза действительно были уничтожены? – спросила Лайла.
– Это секретная информация, которой владеет лишь правительство и сам Орден, – сказал Северин. – Я думаю, один из Глаз Гора указывал на нечто, что несло угрозу всей наполеоновской артиллерии. Наполеон не мог потерять все свое оружие.
– А другая теория? – спросила Лайла.
– Наполеону не нравилось, как Глаза Гора на него смотрели, и поэтому он приказал их уничтожить, – сказал Тристан.
Энрике засмеялся.
– Но почему на диаграмме «И цзин» изображен Глаз Гора? – продолжила Зофья. – Если это действительно последовательность нулей и единиц – что Глаз может в ней видеть?
Энрике замер.
– Видеть, – его глаза широко раскрылись. – Ноль и единица… и виденье. Зофья, ты – гений.
Она лишь пожала плечами.
– Я знаю.
Энрике потянулся за Библией, которую он оставил на кофейном столике, и начал торопливо листать страницы.
– Я читал это раньше для перевода, над которым я работаю, но математическая связь Зофии просто идеальна. А, вот оно. Бытие 11:4–9, также известное как глава о Вавилонской башне. Мы все ее знаем. Это этиологическая повесть, призванная объяснить не только наличие множества разных языков, но и появление силы Творения в нашем мире. Вкратце: люди решили построить башню до самого неба, Богу это не понравилось, и он создал новые языки, чтобы люди перестали понимать друг друга и не смогли закончить строительство, – сказал он перед тем, как зачитать вслух, – …и люди больше не могли строить город. Посему имя ему – Вавилон, ибо там Господь смешал языки всего мира и оттуда рассеял их по земле. Но был Он восхищен мастерством своих творений, а потому рассеял обломки башни по миру, и каждый камень, отмеченный Его прикосновением, отныне нес на себе крупицу божественной силы создавать все из ничего.
Все из ничего.
Зофья слышала эту фразу раньше…
–
– Ноль, – сказала Зофья.
– Таким образом, движение от нуля до одного и есть божественная сила, ведь что-то появляется из ничего. Вавилонские Фрагменты считаются носителями божественной силы. Они оживляют предметы, исключая только воскрешение мертвых и создание живых существ, – сказал Энрике.
Зофья заметила, как улыбка начала сползать с лица Лайлы. Продолжая сидеть в кресле, Энрике подался вперед, его глаза сияли.
– Если я угадал значение диаграммы, то при чем тут Глаз Гора?
Лайла шумно выдохнула.
– Ты говорил, что Глаз Гора указал на что-то… и что бы это ни было, оно оказалось достаточно опасным, чтобы Наполеон позаботился об уничтожении всех Глаз. Что может быть настолько опасным, чтобы угрожать целой империи? Что-то связанное с божественной силой? Мне в голову приходит только одна вещь.