Мы собрались на удивление быстро, всего час прошел с просьбы Игоря. Потом я выпила один из флакончиков с эликсиром счастья, и наша троица успешно добралась до дома Галины Кирилловны. На взгляд Натальи я только махнула рукой, мол, так надо. Мы зашли в дом.
В увитом ветвями коридоре прыгало уже три попугайчика. Майор Свистов к своему несчастию не успокоился, а после выхода из состояния статуи вычислил машину Марии Дормидонтовны и нагрянул с «визитом невежливости». Увы, прерывание задушевной беседы двух соскучившихся друг по другу старушек привело к видоизменению майора.
Мы этого не знали, поэтому даже умилились новому волнистому попугайчику, который переливисто свистел и старательно махал сломанной веткой. Старушки пообещали отпустить его через недельку… если не забудут, поэтому Свистов и старался привлечь наше внимание. Однако сестренки забыли оставить ему человеческую речь, теперь два других попугайчика могли безнаказанно обзывать майора, а тот только отсвистывался в ответ.
Переливчато так отсвистывался, как будто полицейским свистком.
— Крутая дверь, такую и динамитом не сразу возьмешь, — восхитилась Наталья, когда увидела вход в квартиру Галины Кирилловны.
— Старушенция спецом такую хрень замутила, чтобы нежданчиков отшугнуть, — сказал Игорь и позвонил в дверь.
Снова раздались переливы «Подмосковных вечеров». На этот раз из пасти льва не вышло ни одного слова, а дверь тихо отворилась. На пороге сидел и умывался белый кот в маленьких роговых очках. Он сверкнул стеклами на пришедших, потом встал на задние лапы и махнул передней, приглашая следовать за собой. Аккуратно переступая, кот дошел до комнаты и сделал тот приглашающий жест, который в совершенстве отточен у швейцаров.
Наталья удивленно округлила глаза. Она только начала привыкать к той мысли, что в мире творится настоящее волшебство. Конечно, волшебники живут рядом с нами, но упорно скрываются и прячутся.
Расскажи вам, что тихий сосед — великий колдун, который творит черные дела и успешно прячется под личиной смирного алкоголика, ни за что же не поверите. А если вдруг повезет, и увидите чудеса, то вас ожидает заклятие Забвения.
Адская штука — подменяет память и вам кажется, что вы ничего сверхъестественного не видели, а занимались обыденными делами. Но подсознание такое хитрое устройство, что оно запоминает те места, которые вы забыли из-за заклятия Забвения, и от этого возникает до сих пор неизведанное и неизученное чувство дежавю.
У вас не было дежавю?
Значит, вам ещё не повезло встретить волшебника…
Было?
Значит, посчастливилось.
Две старушки, мирно пьющие чай за столом, словно сошли с лубочной картинки. Кофточки, домашние халаты, толстые коричневые чулки и тряпочные тапки — ни за что не скажешь, что они могут колдовать и проклинать. Они обе с интересом посмотрели на вошедшую Наталью, та во все глаза уставилась на них. Кот тактично удалился на кухню, где послышался звук открывающегося холодильника.
— Откель вы такую красавицу писаную взяли-то? — спросила Мария Дормидонтовна при виде прически Натальи и её боевой раскраски.
— Я у неё ночевала, ну и рассказала, что к чему, — я опустила голову. — Зато Наташа обещала нас провести на вечеринку.
— Да? И туда такую пустят? — Галина Кирилловна склонила голову к плечу.
— Там в основном такие и проходят, — выступила вперед Наталья. — Меня Наташа зовут, а вас как? Скажите, а вам ученицы не требуются? Я могла бы днем стрижки делать, а по вечерам волшебству обучаться.
Старушки переглянулись между собой. Галина Кирилловна поманила Наталью и целую минуту рассматривала её ладошки.
— Меня зовут Галина Кирилловна, а сестренку Мария Дормидонтовна. Не смотри так — мы двоюродные. И нет, девочка, ты нам не подходишь. Не обижайся, не надувай губки, не надо. В тебе нет ни капли магии, поэтому, сколько бы мы не учили — никакого толка не выйдет. Такое у девяноста процентов людей, так что ты не одна такая. Вон у Олеси есть знак Эстифалиуса, и это значит, что в ней есть чуть-чуть магии, но мы бы тоже её не взяли в обучение — она сможет только делать зелья и эликсиры, а заклинания ни за что не получатся, — развела руками Галина Кирилловна.
— Да что у вас за заклинания? Белиберда какая-то, которая противоречит сама себе. Черный снег, бегущая черепаха, да я такое тоннами могу выдавать, — хмыкнула я. Мне почему-то показалось обидным, что меня тоже не возьмут в обучение. — И что за знак этого самого Эстифи… Эстифу… Эстифулуса? Вы до сих пор не рассказали.