- Что, если он решит уехать? - упорствовала Ханна. - Кнокс может быть очень убедительным, когда того хочет. Тебе это хорошо известно.
Алисия повернулась, и на ее лице появилось озорное выражение.
- Неужели?
- Очевидно, да. И то, что он отец Лорина, - тому доказательство, раздраженно ответила Ханна.
Алисия рассмеялась.
- Ханна! - воскликнула она. - Ты что, такого низкого мнения обо мне?
- Эх! Мне кажется, что ты думаешь, будто бы знаешь, что у вас было с этим хитрецом-торговцем.
- Да, знаю. А за год, который он прожил с нами, появились прекрасные возможности улучшить наше положение. Это был первый год, когда клан совершенно рассчитался с долгами.
- И вы бегали вокруг с выпученными глазами, ничего не делая?
- Он привлекателен. Даже ты должна понимать это.
- Это кому как, - Ханна фыркнула. - Видела я его вчера - такой же, как и все в его возрасте.
Ханна поправила складку на перчатке Алисии.
- Ты ведь не дашь ему забрать Лорина? Он забил парнишке голову всякой ерундой насчет золота и золотодобытчиков. Они превратят Астрид в большую грязную яму, ни к чему не пригодную. Толку будет меньше, чем от кассий.
- Я думаю, Лорин не захочет уехать. Он не видел отца уже семь лет.
- Еще одна глупость. - Ханна встала и пошла к дверям, но остановилась и вернулась. - Ты знаешь, какое имя Лорин выберет завтра?
Алисия улыбнулась и утвердительно кивнула.
- Максим, как звали моего отца.
- Хорошо, отличный выбор, - Ханна весело улыбнулась. - Старик всегда любил его больше всех. Последние годы он был счастлив с ним, они всегда были вместе.
Певец, подыгрывавший себе на старинной гитаре, выступал перед зрителями, собравшимися в столовой палатке. Он исполнял песню о любви, одну из баллад Рима Вандерера, которого все здесь любили.
Илия, прибежавшая к своим школьным друзьям, услышала лишь последние слова.
Илия с друзьями вышла на ночной воздух. За спиной послышались аплодисменты зрителей, одобрявших песню. В воздухе было полно ароматов, и возбужденные голоса сливались со звуками музыки небольшого ансамбля. Продавцы зазывали прохожих, рекламируя свои товары, а покупатели спорили и торговались, стараясь подешевле купить то, что было привезено из города или с других планет. Ярмарка опьяняла: свет и тень, цвет и звук, верх и низ, твердое и мягкое - все смешалось и вращалось, словно в калейдоскопе. Это было весело и заразительно.
Но не для Илии. Она гуляла с другими подростками из клана Винтер между залитыми светом рядами, когда столкнулась с Эриком и его друзьями, покупающими мороженое. Она тщательно избегала его с того дня, когда клан Сандерсов прибыл на Поворотную и когда она слышала разговор, открывший истинные чувства Эрика к ней. Сейчас, даже в своей новой одежде, она боялась увидеть его.
Две группы молодых людей смешались, обмениваясь приветствиями. Илия хотела спрятаться в тени, но кто-то положил ей руку на плечо. Она повернула голову и увидела симпатичное лицо с копной светлых волос. Один вьющийся локон свисал на лоб. Парень улыбался ей, и глаза его сияли.
- Э-эрик? - запнулась она.
- Куда ты идешь? - спросил он, глядя на девушку, и взор его лучился смехом. - Я все время искал тебя.
- Да? - Илия ушла в себя, чувствуя себя в глупом положении. - Я была занята, ты же знаешь. Загоняла скот.
Она говорила, пытаясь выглядеть несколько равнодушной.
- Кассий загнали уже несколько дней тому назад, - сказал Эрик, обнимая ее за плечи.
Она успокоилась, чувствуя тепло своего друга.
- Ты пряталась от меня?
Он явно прощупывал почву.
- Нет, вовсе нет.
Он скептически посмотрел на нее, но по-прежнему улыбался.
- Я ждал тебя, - прошептал он ей на ухо.
- Я тоже ждала, - уверила она его.
Они нежно поцеловались. Все недоразумения тут же пропали, и они, смеясь, вернулись к своей компании.
Для Илии эта ночь осталась наиболее памятной, может быть, потому, что она была последней, проведенной с Эриком. Пища тогда казалась самой вкусной, запахи самыми необыкновенными, пейзажи - самыми замечательными. Даже слова Ральфа не могли омрачить ее счастья, когда они с Эриком гуляли по ярмарке, держась за руки.
Небо посветлело, и ночь открытия праздника закончилась. Эрик с Илией ушли от друзей и стояли в тени около ее палатки. Он держал ее одной рукой, а второй рукой откинул прядь волос с ее лица. Его глаза улыбались.