И вот пещера кончилась, пара подъёмов, после которых облака уже под нами, снова открытое пространство, очередная поляна со сталактитами.
— Бенедикта! — Ору в голос.
Устал, выбился из сил. А тело больше не жарит, и кожа не зудит, просто ощущение такое, что выгораю изнутри. Если не распадаюсь. Пить хочется. А вместо воды здесь жижа мерзкая, да кровь течёт ручьями да водопадами.
—
— Выкладывай!
—
Так вот как её зовут.
—
—
—
—
—
— С кем это ты разговариваешь? — Встревает Рыжая, глядя с подозрением. Впервые оценил, какие у неё красивые зелёные глаза.
— Сам с собой, Алиса.
— Откуда… — ахнула Рыжая, встав в ступор.
Треск со сталактита запорол момент. И мы двинули дальше, как положено. Бенедикта продолжила уговаривать меня бросить подругу и завернуть, где не положено. Там подхватят до финального уровня, как раз к той самой Дэйне, которая, похоже, и держит у себя нашу Миюки.
Репитеры вроде вычислили, что это за Дэйна такая. Взбесившийся алгоритм, захвативший тут всё.
Пошёл уровень с механическими препятствиями и противными ловушками. Ямы с шипами, пилы, катающиеся поперёк, маятники с лезвиями, ссыпающиеся ступеньки и парящие платформы.
Напряг такой, что хоть вой. Под конец я чуть не потерял ногу. Ранение вышло лёгким, но неприятным. Пришлось абстрагироваться.
Рыжая наоборот, показала себя с лучшей стороны. В процессе заявила на радостях:
— Вспомнила! Я ж гимнасткой была, на перекладине выступала. Олимпийское серебро два раза брала.
— Горжусь тобой, — посмеиваюсь горько, вылезая из ямы.
На отдельной площадке первый уродец в этой зоне. И сразу босс. Жук двухметровый бронированный с пилами, штырями и зубами, размером с бивни. Перемолол всех, кто к нему прибежал до нас. У него рядом и конвейер, куда он все части тел и скидывает, а на ленте в вагонетках всё уносится вверх. С конвейера льётся, как из ведра. И похоже, на первые этапы и попадает кровь.
Тварь оказалась очень резвая, и попытки Алисы помочь мне отвлечением на себя чуть не закончились трагично. Стал удары его блокировать своим обрубком и чуть сам не попался, когда он лезвие выбросил снизу. Так бы и состриг мне пятки. Подпрыгнул и сверху на него упал. Вогнал в панцирь меч, тварь заверещала и сбросила меня. Вторую попытку уже не дала совершить, постоянно штыри вверх выставляя.
Подловив его с этим, швырнул несколько шариков в момент его наступления и сковал одну ногу. По инерции жук повернулся ко мне боком. И я спокойно швырнул в него ещё несколько шариков, сковывая две ноги. Тварь заработала своими штырями, как крыльями, не давая кинуть ещё и запрыгнуть на него сверху.
Зашипел на него, тот пасть раскрыл в ответ угрожающе. Куда я закинул последний шарик. И башку разорвало.
Уходить не стал сразу, выковырял из твари пару штырей, пока она не испарилась.
— Бросил бы ты уже своё барахло, — критикует Алиса, глядя на всё это дело.
Ага. Барахло пригодилось дальше, когда, поднявшись на очередное плато, где уже не так жарко, нас встретила поляна злобных растений. Мелочёвка с корнями и лозой, что щупальцами, которые лезут во все щели — это ещё ерунда. Ходящие трёхметровые розы с бутонами в человеческий рост, впечатлили побольше. Жертву заглатывают, имеют и попутно переваривают медленно.
Вот суки! Разозлился настолько, что стал уже в жиже зелёной купаться, изрубая всё в салат. И высвобождая всех попавшихся. Некоторые уже до скелетов переваренные ещё шевелятся. И от этого жуть накатывает такая, что до трясучки.
Увлёкся расправой так, что Алису упустил из виду. И её чуть не разорвали. В итоге пришлось мне помогать ей, всё из щелей вытаскивать. Родней бабы у меня, похоже, ещё не было.
Лес начался с невысокими деревьями, каменная земля мхом обросла, помягче идти стало, кронами всё небо закрыло, лианами подозрительными оплело. Кусты тоже доверия не внушают, стоит подойти, листья угрожающе дрожать начинают.
Вскоре появились зомбаки только уже подкреплённые деревянными костылями и лианами. Более сильные, но я натренировался так, что легко с ними справлялся. Алиса с копьём от жука тоже приспособилась, и мне стало даже спокойнее.
Помогали, отвлекая на себя нечисть, и люди, которые раз в несколько минут появлялись, обгоняя и уносясь дальше. Были и прошаренные хитрецы, которые пытались за спиной прятаться.
А один старый пердун даже попытался Рыжей прикрыться. За что я его в обрыв на облако выкинул.