Джефф Нун
Валерий Сегаль
Роман Баяна Ширянова – наиболее скандальное литературное произведение русского Интернета в 1998 году. Заявленный на литературный конкурс АРТ – ТЕНЕТА – 97, он вызвал бурную полемику и протесты ряда участников, не желавших выступать в одном конкурсе с произведением, столь откровенно описывающим будни наркоманов. Присуждение же этому роману первого места в конкурсе, сделанное авторитетным литературным жюри во главе с Борисом Стругацким, еще более усилило скандал, вызвав многочисленные статьи и интерьвью в сетевой прессе."Низший пилотаж" – роман с первитином. Он же винт – могущественный психостимулятор, успешно конкурировавший с молекулами ДНК в крови постсоветской богемной и прочей деклассированной молодежи.Главный наркотик начала девяностых – беспрецедентно доступный и дешевый (в своей весовой категории, разумеется, – трава не в счет). К середине девяностых был потеснен близнецами-братьями героином и кокаином, но в памяти народной по-прежнему живее многих живых, благо "винтовая тусовка" – хочется сказать "винтовой этнос", до такой степени препарат повлиял на психику и физиологию своих приверженцев – успела обзавестись своим фольклором."Низший пилотаж" – энциклопедия винтового сленга, кумарных притч, стремных примет и торчковых мудростей."Низший пилотаж" – история поколения, полная неоновых картинок "из жизни" и надрывных нецензурных разговоров.Стиль Баяна Ширянова сочетает ледяную патетику в духе Берроуза с трезвой журналистской ироничностью; интонации истерики, исповедального монолога, физиологического очерка, анекдота и сенсационного репортажа сплавлены в романе без видимых швов. Этакая пристрастная беспристрастность, тоскующая ненависть, понятная любому, кто "соскочил".
Баян Ширянов
Томпсон
Это — книга, по которой был снят культовейший фильм девяностых — фильм, заложивший основу целого модного течения — т.н. «героинового шика», правившего несколько лет назад и подиумами, и экранами, и студиями звукозаписи.Это — Евангелие от героина.Это — летопись бытия тех, кто не пожелал ни «выбирать пепси», ни «выбирать жизнь».Это — книга, которая поистине произвела эффект разорвавшейся бомбы и — самим фактом своего существования — доказала, что «литература шока» существует итеперь.Это — роман «На игле». Самая яркая, самая яростная, самая спорная и самая откровенная книга «безнадежных девяностых».Это — роман «На игле». Исповедь поколения, на собственной шкуре познавшего страшную справедливость девиза «Нетбудущего»…
Ирвин Уэлш
Вместе с героями романа мы проникаем в загадочные процессы вырождения, дегенерации, наблюдаем разновидности душевных болезней и половых извращений, что в Библии называется дьяволом и князем мира сего, имя которому легион. Мы узнаём о деятельности не только 13 отдела КГБ, но и аналогичных структур ЦРУ.
Григорий Петрович Климов
«У нас в распоряжении оказалось две сумки травы, семьдесят пять шариков мескалина, пять промокашек лютой кислоты, солонка с дырочками, полная кокаина, и целый межгалактический парад планет всяких стимуляторов, транков, визгунов, хохотунда… а также кварта текилы, кварта рома, ящик Бадвайзера, пинта сырого эфира и две дюжины амила...»Тотальный словесный террор выброшен на страницы книги культового американского писателя Х.С.Томпсона, временами напоминающей карманную атомную бомбу, взрывающую великий образ Американской Мечты. Роман выдержал около тридцати переизданий, переведен на многие языки. Характеристику книги как абсолютного бестселлера упрочила экранизация известным режиссером Терри Гильямом.
Хантер С. Томпсон
«Последний поворот на Бруклин» Хьюберта Селби (1928) — одно из самых значительных произведений американской литературы. Автор описывает начало сексуальной революции, жизнь низов Нью-Йорка, мощь и энергетику этого города. В 1989 книга была экранизирован Уди Эделем. «Я пишу музыкально, — рассказывает Селби, — поэтому пришлось разработать такую типографику, которая, в сущности, не что иное, как система нотной записи». В переводе В. Когана удалось сохранить джазовую ритмику этой прозы. «Смерть для меня стала образом жизни, — вспоминает Селби. — Когда мне было 18, мне сказали, что я и двух месяцев не проживу. В конце концов я провел больше трех лет прикованным к постели, мне вырезали десять ребер, у меня осталось чуть больше половины одного легкого, и в мозг поступает недостаточно кислорода. В 1988 году врач сказал одному моему другу: "Если верить всем медицинским показаниям, ваш друг мертв".Учитывая использование ненормативной лексики, книга не рекомендуется для чтения лицам, не достигшим совершеннолетия.
Хьюберт Селби
От издателя:Первый российский роман об околофутболе.Дмитрий Лекух, «русский Дуги Бримсон», бизнесмен и футбольный болельщик с более чем 10-летним стажем, написал роман о «Спартаке», топ-боях, золотых выездах и любви к Лондону. Главный герой, молодой оболтус, решает сделать карьеру в фанатских кругах. Вслед за ним читатель проникает в самую суть современного футбольного мира, а параллельно следит за взрослением неопытного парня. Будущий бестселлер также продолжает традицию романов, написанных преуспевшими бизнесменами – непрофессиональными писателями (Арсен Ревазов, Сергей Минаев). «Неформальное творческое объединение молодежи «Флинтс Крю», ознакомившись с текстом данной книги, нашло его занимательным, вполне адекватным идеям движа и даже во многом полезным». От имени и по поручению «Флинтс Крю» – Бак«Дмитрий Лекух, давний «выездной» болельщик «Спартака» и завсегдатай «террасы» знает, о чем пишет. Я не разделяю идеологию персонажей этой книги. Считаю ее вредной и разрушительной для нашего общества. Роман – не плод буйной фантазии автора. В нашей стране становится все больше людей, причем совсем не обязательно среди футбольных болельщиков, с совершенно дикими представлениями о добре и зле. И они будут отстаивать свою «правду» с куском арматуры в руке, потому что по-другому не умеют. Только не на страницах книги, а в реальной жизни. И это – самое печальное». Георгий Черданцев, телекомментатор«Я прочитал. И теперь я точно знаю, что мне делать дальше». Шура, «Би-2»
Дмитрий Лекух
Убийство может быть красивым?Убийство обязано быть красивым!Иначе – чем подлинный эстет Смерти отличается от заурядного маньяка?Нью-Орлеан, столица "детей смерти", – идеальная сцена для двух актеров, разыгрывающих в декорациях Французского квартала кровавую и стильную драму, "звезды" которой узнают о своей роли в происходящем, увы, слишком поздно.
Поппи Брайт
Рейс на Токио отменяется.Пассажиры, застрявшие в крошечном аэропорту, развлекают друг друга странными историями.Сказанием о сыне Роберта Де Ниро, дочери Мартина Скорсезе и их могущественных врагах — магах…Притчей о двойниках, обреченных любить одну и ту же женщину…Легендой о китайском юноше-парикмахере, которому всегда сопутствовала удача…Тринадцать историй из тринадцати городов — мегаполисов Европы, Азии, США и Латинской Америки.Тринадцать жутковатых, смешных, трагических и забавных сказок контркультуры!
Рана Дасгупта
Эта книга – взрыв, книга – эпатаж, книга – откровение. Главного персонажа можно было бы назвать «героем нашего времени», но можно и «антигероем». Он живет среди нас, общается с нами, а о том, кто же он такой и как он стал таким, – лучше всего расскажет он сам.
Light Smoke aka Дым
Жизнь – увлекательнее самого изощренного вымысла…Жизнь – страшнее самого потрясающего романа «ужасов»…Добро пожаловать в реальный мир!В мир легендарной «культуры поколения «X».В мир, где обитают «интеллектуалы кайф-культуры» – актеры, писатели, рок-музыканты…В мир уютного ада хосписов, блеска и нищеты бодибилдеров и маленьких трагедий «больших парней» – рестлеров.В мир, многогранность которого превосходит самые смелые ожидания!
Чак Паланик
Chuck Palahniuk
Heralded as the "best book on the dope decade" by the New York Times Book Review, Hunter S. Thompson's documented drug orgy through Las Vegas would no doubt leave Nancy Reagan blushing and D.A.R.E. founders rethinking their motto. Under the pseudonym of Raoul Duke, Thompson travels with his Samoan attorney, Dr. Gonzo, in a souped-up convertible dubbed the "Great Red Shark." In its trunk, they stow "two bags of grass, seventy-five pellets of mescaline, five sheets of high-powered blotter acid, a salt shaker half-full of cocaine and a whole galaxy of multicolored uppers, downers, screamers, laughers.... A quart of tequila, a quart of rum, a case of Budweiser, a pint of raw ether and two dozen amyls," which they manage to consume during their short tour. On assignment from a sports magazine to cover "the fabulous Mint 400"--a free-for-all biker's race in the heart of the Nevada desert--the drug-a-delic duo stumbles through Vegas in hallucinatory hopes of finding the American dream (two truck-stop waitresses tell them it's nearby, but can't remember if it's on the right or the left). They of course never get the story, but they do commit the only sins in Vegas: "burning the locals, abusing the tourists, terrifying the help." For Thompson to remember and pen his experiences with such clarity and wit is nothing short of a miracle; an impressive feat no matter how one feels about the subject matter. A first-rate sensibility twinger, Fear and Loathing in Las Vegas is a pop-culture classic, an icon of an era past, and a nugget of pure comedic genius.
Hunter S. Thompson
«Есть люди, которые о чем бы ни говорили, все равно говорят только об одном: о боли и нерве своего поколения. И неважно о чем и о ком они пишут свои песни и книги: о музыкантах, байкерах-outlow или, к примеру, о футбольных хулиганах, чья жизненная философия многим разумным обывателям представляется абсолютно чудовищной.Причем лично для меня ситуация осложняется еще и тем, что поколение это – мое, а автор – мой друг. И вообще, – все это рок-н-ролл. Так получилось. Такое уж у нас с ним поколение…»Александр Анатольевич, vj MTV
Они Охотники. Но свою дичь они ищут в каменных джунглях наших городов. Их добычей становятся те, кого они считает отбросами рас, генетическим мусором. А к таким они относят всех инородцев, всех, кто не принадлежит к Белой расе. И объявляют на них Охоту. Трепещите, потому что настал День Расы.Белой Расы.
Будимир
Лесь Подерев'янський
Лесь Подерв'янський
Банди Тернополя в останні роки радянської імперії — основна тема роману «Пацики» (2005). Жива жаргонна мова, добре знання петеушного матеріалу та ретельний аналіз «важких» підлітків витворюють художнє, ретроспективно точне свідчення часу, що минув 15 років тому.
Анатолій Дністровий
Захватывающее, удивительно правдивое и трагичное повествование — таков «Ромовый дневник» американского писателя и журналиста Хантера Томпсона. Написанный в 1959 году, роман был опубликован автором лишь четыре года назад.