Проза прочее

Геометрия побега. Стихотворения
Геометрия побега. Стихотворения

Александр Петрушкин родился в 1972 году в городе Озерске Челябинской области. Публиковался в журналах «Урал», «Крещатик», «Уральская новь», «День и ночь», «Нева», «Дети Ра», «Воздух», «Знамя», «Text only» и других, в «Антологии современной уральской по- эзии: Том 2 и 3». Куратор проектов культурной программы «Антоло- гия». Координатор евразийского журнального портала «МЕГАЛИТ». С 2005 года проживает в г. Кыштым Челябинской области.Премия Русского Гулливера учреждена в 2014 году Центром современной литературы, издательским проектом «Русский Гулливер» и мультимедийным журналом «Гвидеон». С рукописью книги стихотворений «Геометрия побега» Александр Петрушкин вошел в шорт-лист основной номинации («поэтическая рукопись») и стал лауреатом в номинации «специальная премия издательского проекта».

Александр Петрушкин

Проза / Проза прочее
Черновики Иерусалима
Черновики Иерусалима

Книга «Черновики Иерусалима» – приключение, кажущееся на первый взгляд беззаботной и легкой постмодернистской игрой, в то же время претендует на нечто большее, а именно: на создание необходимого всякому горожанину пространства, насыщенного литературной реальностью в той же степени, в которой оно насыщено политической, исторической, религиозной и т.д., и т.п. Без этой литературной сферы жизнь представляется невозможной, так же как невозможна она без атмосферы и, скажем, без биосферы. Таким образом, речь в прямом смысле этого слова идет о насущном градостроительстве.Это отсутствовавший до сих пор в мировой литературе корпус художественных текстов о городе, чей генезис в современной культуре уникален и парадоксален. С одной стороны, Иерусалим на протяжении столетий находится в эпицентре нашей цивилизации, с другой – художественные тексты (в отличие от теологических и антропологических), содержащие в себе подлинные картины Иерусалима и жизни его обитателей, а не условный Святой Град, можно сосчитать по пальцам, да и те не являются созданиями классиков первой величины. И это несмотря на то, что многие из оных классиков в разные эпохи посещали Святую Землю. «Автор» (кавычки в данном случае – неизбежный инструмент тотально ироничного отношения повествователя к вопросу о собственном авторстве) постарался восполнить этот пробел в истории и практике литературы.

Некод Зингер

Проза / Проза прочее
Эффект красных глаз
Эффект красных глаз

Алексей Остудин начал формироваться как поэт еще в конце 70-х – начале 80-х гг. прошлого столетия. Его стихи этого времени, собранные в «Весеннем счастье», первой книге поэта, представляют сейчас большей частью лишь историко-литературный интерес. Либеральный вариант советской поэзии улавливал души юных авторов в многочисленных ЛИТО. Завершение инициации происходило лишь с избранными – в Литинституте. К счастью, далеко не все литературные объединения того времени занимались только предписанной свыше «литературной учебой». Опыт иного, неразрешенного или не вполне разрешенного также передавался с их помощью: четко определенная линия фронта между подцензурной и неподцензурной частями русской поэзии существовала далеко не везде. Уже в «Весеннем счастье» есть тексты, не умещающиеся в прокрустово ложе высочайше одобренного, что и задержало выход книги почти на десятилетие.

Алексей Остудин

Проза / Проза прочее
Черное солнце эросов
Черное солнце эросов

Фотис Тебризи (монах Елисей) родился в Узбекистане (Самарканд, 1972), наполовину грек, наполовину русский. Провел несколько лет на горе Афон – древнейшем монашеском «полисе» в Греции, известном подвижнической практикой молчальников-исихастов, в послушании у знаменитого старца Симеона (†2001), который – случай небывалый – сразу принял странника в ученики и охотно передавал ему то, что постиг сам. Через некоторое время после смерти старца Тебризи покидает монастырь, и след его теряется.Свободно писал на нескольких языках, включая греческий и русский. Поэзия Фотиса – поэзия полиглота. Огромное влияние оказал на его духовный и поэтический опыт великий суфийский поэт и визионер Руми, в честь друга и учителя которого, Шамса из Тебриза, взят псевдоним «Тебризи».Фотис погиб в 2003 году в Турции.Книга «Черное солнце эросов» – первая публикация из обширного наследия Фотиса.

Фотис Тебризи

Проза / Проза прочее
Часы приема
Часы приема

Первый сборник стихотворений русского поэта Александра Стесина, живущего в Нью-Йорке. По словам автора, начиная с этого века он пишет только по-русски (до этого были публикации на английском и французском). Оторванность от языковой метрополии явно уберегла его от всего наносного, формального и, по недоразумению, модного в нынешней России.Близкий к патриарху американского авангарда Роберту Крили, Александр тем не менее выбрал путь в поэзии, основанный на классической просодии, что с некоторых пор подчеркивает внутреннее достоинство пишущего и его способность четко выражать свои мысли и чувства. Великолепно владеющий музыкой русской речи, ориентирующийся в переменчивой западной культуре, Стесин, по мнению Сергея Гандлевского, смог за последние годы перешагнуть через ученичество, к которому относился с завидной серьезностью, и его «задатки обернулись лирическим дарованием».Бахыт Кенжеев считает, что «безупречный и живой язык этого поэта» замешан на «беспримесной любви к нашей родне и старикам», на связи с далеким советским детством, хотя Александр и прожил в Новом Свете в два раза дольше, чем на далекой Родине.

Александр Михайлович Стесин

Проза / Проза прочее
Глотнуть воздуха. Дни в Бирме
Глотнуть воздуха. Дни в Бирме

«Глотнуть воздуха» – один из маленьких шедевров писателя, роман, совсем не похожий на «1984» и «Скотный двор», который познакомит вас с иным Оруэллом – мастером психологического реализма.Эта книга пронизана духом Англии в период затишья между двумя мировыми войнами – затишья обманчивого, предгрозового, насквозь пропитанного предчувствием грядущей беды. Книга, в которой присущий Оруэллу сарказм соседствует с неподдельным лиризмом и реалистической глубиной образов.Осознание того, что вся предыдущая жизнь – одна сплошная ошибка, однажды заставит Джорджа Боулинга – главного героя романа – вернуться в город детства, чтобы вновь испытать давно забытые чувства счастья и свободы и отдаться единственному оставшемуся в его жизни увлечению – рыбалке…«Дни в Бирме» – ранний роман Оруэлла, в котором он вступает в своеобразное литературное противоборство с Киплингом.Жизнь англичан-колонистов в Бирме, единых в чувстве превосходства над аборигенами, но разобщенных внутренне, измученных снобизмом и мелкими распрями. Судьбы местных обитателей, с виду европеизировавшихся, но сохранивших глубоко внутри восточную ментальность, недоступную пониманию британцев. Таковы основные темы этого реалистического произведения, в центре которого – трагическая судьба англичанина, потерявшего веру в Империю.

Джордж Оруэлл

Проза / Проза прочее
Тысячелетник
Тысячелетник

Дебютная книга стихов Андрея Баумана представляет собой движение к целостной картине европейской истории: от ее греческого истока через христианское обновление мира к катастрофическому опыту последнего столетия, достигшему предельной интенсивности в мировых войнах, концлагерях и новейших конфигурациях террора и ставшему определяющим для русского культурно-исторического космоса. На протяжении всей книги происходит интерпретация осевых векторов европейской поэзии, обретших воплощение у Данте, Гёльдерлина, Рильке, Мандельштама, Целана, Элиота, и ключевых маршрутов западной философской мысли. Но главная новация автора «Тысячелетника» – возрождение языка богословских и литургических текстов как одного из оснований для современной поэтической практики. Неоплатонический словарь, переосмысленный Дионисием Ареопагитом, каппадокийцами и Максимом Исповедником, опыт сирийских гимнографов и рейнских мистиков становятся тканью новой стихотворной речи, которая достигает кульминации в описании крестного пути Христа и Его непосредственного присутствия в современном мире после Катастрофы.

Андрей Бауман

Проза / Проза прочее
POESIS ПОЭЗИС POESIS
POESIS ПОЭЗИС POESIS

В последние 10 лет поэтические книги Сергея Бирюкова выходили в Тамбове и Лейпциге, Нью-Йорке и Мадриде, стихи печатались в Софии, Белграде, Праге, Скопье, Берлине, Дублине, Амстердаме, Брюсселе, Париже, Токио, Стамбуле, Пекине, Риме, Бухаресте, Будапеште, Вене и других городах. И вот наконец после длительного перерыва книга выходит в Москве. Впервые один из самых непредсказуемых современных русских поэтов предстает перед читателем разными гранями своего дарования. На протяжении всей книги он ведет напряженный диалог с поэтами разных эпох, но прежде всего с Велимиром Хлебниковым. Это книга преображений и преобразований в диапозоне от лирики до ее отрицания, от иронии до сарказма. Но Поезис, то есть Творение, объемлет собой все изгибы движения поэта по рекам русской речи.

Сергей Алексеевич Бирюков

Проза / Проза прочее