Многоплановый, густонаселенный, жутковатый и захватывающий с первых же страниц роман Дмитрия Петровского рассказывает о прошлом, настоящем и будущем европейской цивилизации.
Дмитрий Евгеньевич Петровский , Дмитрий Петровский
Новая, после десятилетнего перерыва, книга владимирского писателя, которого называют живым классиком русской литературы. Минималист, мастер короткого рассказа и парадоксальной зарисовки, точного слова и поэтического образа – блистательный Анатолий Гаврилов. Книгу сопровождают иллюстрации легендарного петербургского художника и музыканта Гаврилы Лубнина.В тексте сохранены особенности авторской орфографии и пунктуации.
Анатолий Николаевич Гаврилов
Настоящее издание возвращает читателю пропущенный шедевр русской прозы XX века. Написанный в 1970–1980-е, изданный в начале 1990-х, роман «Мальчик» остался почти незамеченным в потоке возвращенной литературы тех лет. Через без малого тридцать лет он сам становится возвращенной литературой, чтобы занять принадлежащее ему по праву место среди лучших романов, написанных по-русски в прошлом столетии.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Олег Всеволодович Стрижак
Документальный роман писателя и переводчика Эльдара Саттарова посвящен истории левого движения в Европе XX века. Среди персонажей романа и Антонио Грамши, и Амадео Бордига, и Жак Каматт, и Ги Дебор, и многие другие революционеры и философы, сформировавшие интеллектуальную повестку прошлого столетия. Но весь этот документальный фон романа нужен для одного – чтобы обосновать возможность анализа актуальной политической повестки. И программу действий революционной партии. В которой состоят главные герои «Нити времен».Содержит нецензурную брань!
Эльдар Саттаров
Если бы Линч и Пинчон вместе задумали написать роман, то получился бы «Музей "Калифорния"» — это одновременно и мрачный полицейский детектив, и путешествие в глубины бессознательного, и едва ли не наркотический трип. И однако же это русский роман молодого автора, написанный блестящим языком, на пределе эмоционального напряжения. Захватывающее и умное чтение.
Константин Александрович Куприянов
Книга продолжает исследование, начатое автором в «Союз и Довлатов. Подробно и приблизительно»: водоразделом становится эмиграция Довлатова в США. Сорокалетний писатель начинает жизнь заново: литературные связи, встречи и непростые взаимоотношения с Лимоновым, Аксёновым, Войновичем, новые тексты и новые публикации, издание газеты «Русский американец», срывы и возвращения к писательскому труду.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Михаил Владимирович Хлебников
Кириллу Рябову дан удивительный дар, избегая традиционного и часто пустопорожнего многословия русской прозы, соединять в своих рассказах все болевые точки и лейтмотивы отечественной (да и мировой) гуманистической традиции, также известной как любовь и сострадание к ближнему.Выморочные пространства городских окраин, бесприютные квартиры многоэтажек в рассказах Рябова не повод для унылого бытописательства, но полный энергии абсурда и отчаяния пограничный мир между сном и явью, лимб без шанса на побег.
Кирилл Викторович Рябов
Одни писатели мыслят рассказами, другие – романами. Павел Крусанов мыслит трилогиями. Читателям уже знакомы «Триада» и «О людях и ангелах». Новая трилогия «Флаги осени» включает в себя романы «Мертвый язык», «Железный пар» и «Яснослышащий». Нетрудно заметить, что все три романа объединяет тема неслышимой музыки, таинственного соотношения жизни и искусства. Но вот как одни и те же темы отражаются в каждом из романов, как разные мотивы из них вступают друг с другом во взаимодействие, как все они начинают звучать единой симфонией – все это обнаруживаешь, только когда читаешь их один за другим.
Павел Васильевич Крусанов
Он вылез из гроба и уже готов идти спасать человечество. Кого он возьмет себе в помощники? Барыг, подпольных миллионеров, наркоманов, самопровозглашенных мессий, шаманов и коучей, женщин сложной судьбы? Именно в их уютный мирок он вторгнется и разрушит его во имя насильственного просветления всех людей на планете.
Герман Канабеев
В своих рассказах Герман Канабеев описывает Россию как страну, населенную ментами и колдунами, буддистами и алкоголиками, коучами и порноактрисами.Страну, в которой грусть, радость, одиночество и близость — одни и те же, что на заброшенном полустанке, что на просторах рунета. Любой читатель знает эту Россию. И узнавая ее на каждой странице, будет смеяться сквозь слезы.
В настоящей книге без изъятий и с минимальной редактурой представлена живая переписка, которая велась внутри группы петербургских писателей с марта по октябрь 2020 года. Уникальный документ эпохи.Содержит нецензурную брань.
Александр Сергеевич Пелевин , Валерий Леонидович Айрапетян , Герман Умаралиевич Садулаев , Павел Васильевич Крусанов , Ричард Семашков
Господство над миром и господство над человеческим телом – самые невероятные способы достижения и того и другого составляют главную интригу новой книги Романа Богословского, которая замаскирована под детектив с сексуально-экономическим сюжетом из жизни обычной российской семьи 1990-х. Книга содержит нецензурную лексику
Роман Богословский , Роман Сергеевич Богословский
Хронотоп рассказов Сергея Гребнева – Петербург девяностых; тот самый город «Улиц разбитых фонарей», «Бандитского Петербурга», «Окна в Париж» и балабановского «Брата». Герои этих рассказов – подростки, юноши; в другое время они сели бы за штурвалы самолетов, отправились бы в полярную экспедицию или строили бы новые города. Но на дворе девяностые – поэтому они пьют дешевый спирт, принимают наркотики и состоят в запрещенной на территории РФ партии. Приключения братьев Андрея и Сергея Гребневых, легендарных петербургских нацболов, рассказанные Сидом (Сергеем Гребневым) лично и отредактированные Ричем Семашковым.«Все эти рассказы про нацболов под циклодолом, про акции, про ментовской беспредел и трупы; про унюханных клеем братьев, которые неистово прыгают на льду, чтобы провалиться в бездну, так и должны были остаться в тетрадках в линейку. Всё это безумие было записано в метро, пока Сид ехал на работу. Он не грезил быть русским Берроузом, не мечтал об «оранжевой серии» и уж тем более никого не хотел напугать. Не бойтесь, добро пожаловать в Бестиарий» (Ричард Семашков)Книга содержит нецензурную брань.
Сергей «Сид» Гребнев
В дебютном романе Дениса Епифанцева стираются границы между участниками секс-вечеринки и научной конференции, развлечения столичной золотой молодежи плавно перетекают в радикальный, до уголовщины, перформанс, а на улицы Москвы выплескиваются возмущенные толпы.
Денис Епифанцев
Дебютный роман Германа Канабеева невелик по объему, но в нем, как в волшебном зеркальце, отражается и наша история последних двадцати лет, и образ целого поколения – полным сил и надежд вошедшего в XXI век и завязшего в глухом безвременье эпохи. Более всего главный герой книги жаждет любви – и неутомимо ищет ее.
Марат Басыров (1966–2016) был одним из лучших писателей своего поколения – чем дальше, тем яснее это видно. Скупая выразительность языка, беспредельная самоирония автора в сочетании с беззащитной искренностью рассказчика – все это возвращает читателю ясное понимание того, зачем вообще нужна художественная проза. Книга дополнена воспоминаниями о Марате Басырове его друзей и коллег.
Марат Ринатович Басыров
Сюжет этой книги основан на реальных событиях, но не так уж важно, где именно они происходят, – важно, что на постсоветском пространстве. Поэтому дебютную книгу Александра Христофорова можно назвать постсоветским «Карточным домиком». Выборы, медиа, пиар, деньги, должности, предательства, секс, убийства – все ради власти.Мишель Фуко однажды заметил, что война вовсе не продолжение политики другими средствами; скорее политика – это другое агрегатное состояние войны. Эта книга как раз о том, как политика превращается в войну.
Александр Евгеньевич Христофоров , Александр Христофоров
Игорь Караулов не только знаменитый поэт, но и один из умнейших политических обозревателей современной России. Спокойный голос, ирония, глубина взгляда и широта подхода делают каждое его высказывание событием. В настоящей книге автор ретроспективно оглядывает 2010-е – десятилетие Трампа и Брексита, Майдана и Русской весны, Павленского и Pussy Riot, etc., – этот взгляд необходим, чтобы, сделав выводы, сформулировав итоги, придя к обобщениям, – двигаться дальше, в третье десятилетие XXI века, не наощупь, а в свете понимания прошедшего.
Игорь Александрович Караулов