Веками человечество фантазировало о нашествии на Землю демонических полчищ и кровожадных пришельцев. Р
Сергей Викторович Палий
Современный мегаполис — высокоорганизованная система со сложнейшей структурой. Мало кто из его обитателей задумывается, какие зловещие скрытые механизмы и силы можно привести в действие неосторожными словами и поступками. Иногда человеку достаточно сделать одну маленькую подлость, выдернуть единственную карту из карточного домика причинно-следственных связей, чтобы его с головой накрыла лавина трагических событий, как это происходит с героем нового романа Дмитрия Янковского. Справиться с этой полосой катастроф способен только он сам — если сможет разобраться в глубинных причинах происходящего и изменить в первую очередь самого себя. Однако под силу ли ему такое?..
Дмитрий Валентинович Янковский
«…– Это Ева? – повторила Рея, опускаясь в кресло. – Это правда Ева Дольникова? Она… села?– Да, – ответил Смолинский на оба вопроса и нахмурился, словно разговор внезапно стал ему неприятен. – Грузовой корабль МС-344. Порт отправки – Маш-сити, Эс, порт прибытия – Маш-сити, Мар. Груз – одна гигатонна радиоактивных отходов. Пункт назначения – Марский перерабатывающий завод. Пилота – Ева Дольникова. Генеральное Лесничество Ви сообщило вчера о незапланированной посадке корабля в джунглях, в южном полушарии планеты. Корабль пока не нашли. Теперь вопрос к тебе: что мы можем сделать?…»
Елена Владимировна Первушина , Елена Первушина
«…– Слушай меня! – начал Бакай. Голос его, и без того хриплый, за последнее время заметно подсел, что вроде как подтверждало разговоры о пьянстве. – К нам прилетают большие люди с Земли. Очень большие. Но не с инспекцией. Они хотят развлечься – посмотреть на мясо, которое само себя режет и поджаривает. Мясо – это вы.Наступила такая тишина, что слышалось далёкое гудение регенераторов воздуха. Колонисты стояли как пришибленные. Шатун был тёртым калачом, но такого даже представить не мог. Доходили до него, правда, местные легенды, только он не верил. Он вообще мало чему верил.– Про гладиаторов слышали? – продолжал Бакай. – Вот и побываете в их шкуре…»
Владимир Марышев , Владимир Михайлович Марышев
«Труп лежал посредине хижины, рядом с гамаком. Занавеска, разделяющая хижину на две неравные части, была отдернута. Труп сжимал в руке пистолет, как будто убитый последним усилием воли вцепился в убийцу, то ли пытаясь отвести оружие от своего виска, то ли желая сохранить решающую улику. Под головой расплылось и застыло темно-красное пятно. И что хуже всего – труп был человеческий…»
«Глайдер дяди Сурена был все тот же – с потемневшим, словно закопченным, днищем, знакомыми вмятинками на корпусе и облупившейся кромкой правого крыла. А вот дядя Марат прилетел на новеньком, блестящем, с непривычными угловатыми обводами. Наверное, его среди прочего груза доставил последний транспортник с Земли.«Еще бы! – подумал Димка, щурясь от бликов, вспыхивающих на фонаре кабины. – Если бы я стал начальником Колонии, у меня всегда был бы новый глайдер!»Он представил, что занял просторное кресло в кабинете дяди Марата и, болтая ногами, распоряжается оттуда, весело хмыкнул и стал разглядывать двор. Всего неделю назад неподалеку от ангара проклюнулась первая темно-зеленая «пирамидка» – трехгранный побег ранее не известного местного растения. А теперь их можно было насчитать десятка три. Весна пришла…»
Владимир Михайлович Марышев
В мире ближайшего будущего полностью отказались от традиционной семьи. Общество давно готовили к этому, информационные атаки на привычные ценности велись с разных сторон — здесь смещение приоритетов в сторону карьеры, успеха, звездного статуса и идеология гедонизма, ювенальная юстиция и чайлдфри, однополые семьи… И вот — случилось. Что же дальше? Как будет выглядеть бессемейное человечество?..Олег Дивов, Вадим Панов, Дмитрий Емец, Лео Каганов, Павел Корнев и другие в традиционном сборнике о будущем, которое всех нас ждет!
Павел Николаевич Корнев
«Полуобнажённое тело, соединённое с киберпространством тысячами жидкокристаллических нейроконтактов, лежало перед ним на платформе саркофага. Неотключенная моторика продолжала генерировать слова, связки порождали звуки, точно так же, как на лице отражались чувства, пока узник там, в своей виртуальной камере, играл с машиной в виртуальные нарды. Заключённый не слышал его…».
Наталья Анатольевна Болдырева
Этот мир очень похож на наш. Тут есть телевидение и атомная энергия, автомобили и самолеты, Россия и Америка. Вот только Соединенные Штаты здесь третьестепенная держава, погрязшая в собственных проблемах, а Россия привольно раскинулась на трех континент ах, от Варшавы до снегов Аляски и от Архангельска до Порт-Артура. А во главе крупнейшего и сильнейшего государства на Земле стоит не президент и даже не генеральный секретарь, а Император и Самодержец Всероссийский... Сладкий сон патриота-монархиста, не правда ли? Но далеко не всех устраивает сложившееся положение вещей. Конечно же, у Империи есть опасные враги, и поэтому в этом мире всегда найдется работа для специального агента Третьего управления Сергея Щербакова и его верного напарника Анджея Заброцкого!
Андрей Андреевич Уланов , Владимир Даниэлевич Серебряков
«Данное произведение («Последняя работа Марканда»), выходившее ранее в серии «Библиотека Древних Рас», отражает не только мифологическую составляющую мира, но его трансформацию в знакомый и понятный нам мир изучения Дальнего космоса, уже лишенный элементов первозданной романтики, на смену которым пришли прозаические будни с их материально-техническими проблемами. Особо хочется отметить, что два уже упомянутых уровня текста дополняют друг друга, позволяя читателям, уже привыкшим к проблемам звездных будней в сообщениях галактических новостных изданий и набивших оскомину историях про доблестных космических рейнджеров, самоотверженных медиков и вечно бдящих сотрудниках службы Времен, соприкоснуться отнюдь не с типовой производственной легендой…»
Алекс Бертран Громов , Алекс Громов , Арти Д. Александер
«Он был так стар, что забыл собственное имя и не помнил своей родни, хотя, странная штука, в остальном он все отлично помнил, у него был на удивление острый ум и до сих пор отличная реакция. Люди, работающие тут, не знали сколько ему лет, но стало привычной шуткой, что он переживет их всех, и что он тут был, когда еще не было этого дома в помине. А так как имени своего он не помнил, то за его любовь к азартным играм, особенно за привычку по вечерам раскладывать пасьянс, его прозвали Ловкач, хотя порой его звали и Аристократом, за его властные манеры и упрямство…»
Александр Николаевич Громов , Артем Иванович Забозлаев , Арти Д. Александер
«Это случилось в тот год, когда добрый наш король Ричард, возвращаясь из крестового похода, угодил в силки гнусного выродка, императора, чтоб ему в аду черти раскаленными вертелами всю задницу исполосовали. Ветер тихо подвывал в каминной трубе, точно жалуясь, что, кроме ароматного дыма, ему ничегошеньки не досталось от господского ужина…»
Владимир Свержин
«Сначала нужно ощутить объект, ввести себя в образ, потом прочувствовать обстановку, а уж потом ловить струю и импровизировать…Я мужчина. Не очень высокий. Стройный. С узким породистым лицом. На самом деле мой объект тяжелее килограммов на пятнадцать, но пусть все остается как есть…Я стою босиком на посыпанной белым песком садовой дорожке. Волосы еще влажные после купания. Прямо передо мной, раздвигая заросли гортензий, тлеет золотом ажурный купол беседки. Увитая плющом арка входа – как ворота в рай. Я знаю, догадываюсь, что ждет меня внутри, и уже от этого прихожу в нетерпеливое возбуждение. Поднимаюсь по сточенным каменным ступеням и вижу Ее. Она, как всегда, чуточку другая и, как всегда – все та же. От нее пахнет сексом и цветами. Я рад, что это именно она…»
Эдуард Валерьевич Шауров , Эдуард Шауров
«Макс специально приезжал поздно. Осторожно открывал входную дверь, бесшумно пробирался в ванную, раздевался, принимал душ, а потом входил в спальню. Ему нравилось смотреть на спящую Марию.Вначале – смотреть.Иногда проходило десять минут, прежде чем он подходил к кровати. Марии казалось, Макс хочет убедиться, что она спит, крепко, по-настоящему. И Мария очень боялась его огорчить, притворялась спящей, следила за своим дыханием, старалась, чтобы веки не дрожали предательски.Она спит. Она даже не подозревает, что Макс стоит в дверях спальни, возбуждаясь с каждой секундой все больше. Они никогда не обсуждали этого, он никогда не просил ее притворяться – она сама почувствовала его желание и сделала все, чтобы любимый мужчина был счастлив. Однажды она даже хотела принять снотворное перед его приходом, но поняла, что не сможет, уснув по-настоящему, ласкать его, отвечать на его движения, словно бы случайно, словно подчиняясь волшебству его желаний…»
Александр Карлович Золотько
«Женщине на вид около сорока, возможно, чуть больше. Ощутимо нервничает, такие вещи мы определяем сразу. И даже не по резкому подергиванию уголков рта и не по дрожи в пальцах, а скорее по исходящим от нее флюидам. Делаю приглашающий жест, одновременно кивая на кресло.– Здравствуйте, доктор, – говорит посетительница.– Я не доктор.– Простите.Что ж, прощаю. Люди привыкли, что их недугами занимаются врачи. В том числе и душевными. К медицине, однако, я имею весьма отдаленное отношение…».
Майк Гелприн , Майкл Гелприн
«На душе было примерно так же, как и на улице, – серо и холодно. На улице было еще и сыро, но душа моя высохла много лет назад. Высохла и очерствела. Может, еще и окаменела бы, да просто времени не хватило.А на улице – о, там было даже не сыро, а мокро. Три дня морозов и метелей; снега насыпало столько, что замер неподвижно весь Киев. Десятки замерзших бомжей; снежные глыбы, свисающие чуть ли не с каждой крыши, несколько разбитых ими голов… а затем рррраз! – и все это безобразие начало таять. Не сразу, конечно, попробуй-ка, растопи сотни тонн снега, но все равно слишком быстро…»
Радий Владимирович Радутный
«– …Но мы любим друг друга!Психотерапевт снял очки и устало потер переносицу. Этот пациент пришел к нему на беседу уже в третий раз, но прогресса пока не наблюдалось. Хотя ничего особенно экзотического диагностировать было нельзя. Обычное для этого возраста явление, юношеский максимализм, фиксация на объекте влюбленности. Можно сказать, нормальный этап взросления, но ровно до тех пор, пока не возникает опасность суицида или антиобщественных проявлений. А так – все когда-то были такими максималистами…»
Алекс Бертран Громов , Алекс Громов , Ольга Шатохина
«До Береговой гряды парламентеры добрались на закате. Старый Дронго описал над похожей на изогнутый клюв скалой полукруг и плавно приземлился на выступ. Сапсан и Зимородок опустились на камни поодаль.Со стороны моря гряда была отвесной, а значит, неприступной. Однако со стороны суши горные склоны спускалась в низины полого. Это означало, что на Береговой гряде поднебесникам жить заказано: взять гнездовья приступом для равнинников не составило бы труда. Сапсан, прищурившись, вгляделся в прилепившееся к подножию скалы селение равнинников. Уродливые, под стать обитателям, тесные жилища. Кривые проходы между ними, слякоть и грязь. Несколько строений размером побольше, в них равнинники собираются вместе, если следует принять важное решение – к примеру, когда собирать урожай, чтобы уплатить водникам дань, и сколько его приберечь, чтобы не сдохнуть с голоду…»
«– Ты густой чувак, – вещает Кит технику Сеньке.Кит раскачивается на стуле, подбрасывая в руках карандаш. В самом разгаре бурная дискуссия на тему взаимоотношений полов, которую он, как самый опытный в группе, неизменно выигрывает. Кит рисковый парень, к тому же ведущий конструктор и альфа-самчина в их суровом мужском коллективе. И американец в третьем поколении, потомок беженцев из постъядерной Калифорнии.Карандаш подлетает на метр вверх, вращаясь вокруг центра и едва не задевая коммутатор рабочего места над экранами. Любой забежавший и увидевший такое системный инженер запросто пропишет люлей за нарушение правил ТБ и порчу имущества. И дело не только в коммутаторе. Карандаши сейчас можно найти только в антикварных художественных лавках и сетевых магазинах для дошкольников, да и то с пометкой «классическая педагогика». Это большая редкость и раритет, пожалуй, во всех офисах России, за исключением Подвала и десятка подобных суперсекретных контор…»
Андрей Валерьевич Скоробогатов
«Петр воткнул лопату в землю и вытер пот. Вторая яма далась труднее, чем первая, да и не такая аккуратная вышла. В земле пару раз попались обломки известняка, а глубина была еще недостаточна, так что их пришлось обкапывать и выволакивать наружу. Имелся бы лом, справился бы легче, а одной лопатой – много ли наработаешь? Однако с Божьей помощью справился… Еще две ямы – и можно отдыхать… Мысли споткнулись, Петр, недовольно крякнув, полез перемазанной рукой в затылок. Ну, какие две ямы, откуда он их придумал? Двери-то надо ставить, без дверей никак, а это – еще два столба. Ох-ти, грехи наши тяжкие…»
Святослав Владимирович Логинов , Святослав Логинов
«И Адам явился к Создателю и спросил у Него: «Отец, закончено ли Творение Твое?» – «Закончено», – отвечал Создатель. И тогда Адам спросил у Него: «Совершенно ли Твое Творение? Доволен ли Ты им?» – «Совершенно, – отвечал Создатель. – Я доволен им». Тогда восстал Адам и рек: «Но я недоволен!» И Создатель ответил: «Если недоволен ты Творением Моим – сотвори лучшее». И был вечер, и было утро: день восьмой…»
Дарья Зарубина , Дарья Николаевна Зарубина , Игорь Валерьевич Минаков
«Надвигается темная-темная ночь. Моросит. Под ударами ветра тусклый полудохлый фонарь качается, как проклятый моряк на нок-рее. Светить особо не светит, греть не греет, но сигнализирует – здесь граница. Если жизнь и рассудок дороги вам, держитесь подальше от неосвещенных переулков закатной порой, когда силы зла властвуют над миром. Там можно потерять не только бумажник, швейцарские самоварного золота часики фирмы «ПоцелуевЪ и сынЪ» и золотые зубы. Не только жизнь, которая хороша сама по себе, без упомянутых принадлежностей. Нет, потерять можно бессмертную душу, которая дается человеку один раз, и продать ее надо так, чтобы не было мучительно больно на раскаленной сковороде по ту сторону добра и зла…»
Влад Копернин
«Шампанское было с той благородной горчинкой, которая так нравилась Виктору. Он отщипнул от грозди большую виноградину и закусил.– А мне? – капризно попросила Верочка.Он оторвал еще одну виноградину и поднес ко рту девушки. Верочка с удовольствием втянула ее и облизала пальцы Виктора.– Вкусно? – Виктор чуть придвинулся и положил левую руку Верочке на талию.– Ахха, – согласилась девушка. – Еще хочу…»
Дэн Шорин
«…Потапов положил в папку-дело справку из УП 288/16, достал из пачки «Краснопресненских» последнюю сигарету и закурил.– «Резня в петушатнике»? Была такая история, слухи ходили. Ну, считаем, – Потапов махнул ладонью, отгоняя синий дымок. – В экзекуции участвовало шестеро зэков. Двое были убиты в колонии, трое – наши фигуранты. Остается один.– Цуряну Богдан Тодорович, – подсказал Огурцов. – Вор в законе. После освобождения скрылся. Зачем?– Он не просто вор в законе, – встрял Спицын. – Барон – пахан, высший авторитет, из тех, кто зону держит. К нему иные вертухаи на поклон ходят.– И такой человек кого-то испугался? – удивился Огурцов. – Слабо верится…»
Майк Гелприн , Майкл Гелприн , Юлия Вадимовна Черных , Юлия Черных
«Она стоит на коленях, посреди кровати, на смятых простынях. Ждет, пока я разберусь с пряжкой ремня в джинсах, смотрит снизу вверх, накручивая на палец локон.– Хватит возиться, – улыбается она. – Мне уже не терпится!Розовая помада, лиловые тени на веках, пушистые ресницы, в мочках ушей – здоровенные кольца из розовой пластмассы. Светлые пряди собраны в два хвоста – конечно же розовыми – резинками, перекинуты вперед, стыдливо прикрывают ореолы сосков. В пупке посверкивает крохотная алмазная бабочка. Из одежды на ней только кружевные шортики и короткие носки земляничного цвета…»
Сергей Александрович Игнатьев , Сергей Игнатьев
«Внизу горел лес. Бил в лицо жгучий ветер, дым и пепел стелились слоистыми облаками под брюхом змея. Восторг, азарт и сила рвались криком из груди. Лели приникла всем телом к теплой чешуе, оскалилась, сквозь зубы прорвалось шипение: вперед, С‑ссе‑е! Вперед, ниже, еще ниже, пронзая удушливые облака, туда, откуда долетают заполошные крики, визг и вой. Накрыть огнем соломенные крыши хат, хлевов и амбаров, выжечь дотла чумную заразу мятежа…»
Алла Анатольевна Гореликова
«Я просыпаюсь рано утром. Смотрю, как через маленькое прямоугольное окошко под потолком в мой подвал влетает тополиный пух.В подвале пыльно.В подвале полно старых лопнувших пробирок. Сверху – разрушенная лаборатория. Когда-то в ней производили детей. Будущих солдат. Уж и не знаю для кого – для нас или для них…»
Владимир Борисович Данихнов
«Сказать, что Джока был взбешен, значит – не сказать ничего. Его, сына владетеля и самого будущего владетеля, даже не спросили! Как назло, это случилось накануне заветной ночи, когда его назовут законным наследником, когда он станет полноправным совладельцем Нижних Мхов. Отчего, скрипнул зубами юноша, отец не сказал ни слова против, когда жрецы обрекли Элину в Дар владетелю Трех Холмов?– Почему? – потребовал он ответа, когда жрецы удалились в гостевые покои.Отец был не один. Джока не знал имени этой женщины и не стремился узнать. Голова ее была обрита, и все тело от макушки до пяток светилось золотом…»
Борис Богданов , Борис Геннадьевич Богданов
«– В наркологию? – не поверил Руслан. – Как это в наркологию? За что?– Не за что, а почему, – ворчливо поправил его майор, проглядывая вчерашний протокол. – Лечиться пора… И скажи спасибо, что в наркологию, а не к судье. Припаял бы он тебе сейчас пятнадцать суток принудительного отдыха… А так ты, считай, сутками отделался… Ого! – подивился он, приподнимая брови. – Еще и сопротивление при задержании оказал?..– Да не оказывал я!– Как это не оказывал? «Совершил попытку отнять изъятое орудие правонарушения…» Было?– Ну, было, но…– Поехали, – сказал майор и, сложив протоколы в папку, поднялся из-за стола…»
Евгений Юрьевич Лукин
«Арсум Митриэль стояла у распахнутого окна, глядя на равнину внизу. Совершенно нагая, она не чувствовала, как метель касается ее кожи ледяными пальцами снежных вихрей. Белые волосы развевались в порывах ветра. В темных углах зала, стены которого были сложены из черного льда, сквозняки перешептывались с тенями.Борген Ралли лениво возлежал на шкуре буреволка, перебирая в пальцах завитки спутанной шерсти. Голый, коренастый и волосатый, он напоминал скорее животное, чем человека. Бисеринки пота сохли в густой растительности на его мощной груди и животе, в паху было влажно и томно. Ему нравилось это ощущение, как нравилось чувствовать тяжесть тела любовницы на своем теле пару минут назад, ощущать ее страстное биение навстречу его собственному напору, слышать ее нечленораздельный стон сквозь свое звериное рычание. Борген скользил взглядом по плавным линиям тела Арсум, снова и снова возвращаясь к ее упругим ягодицам и чувствуя, как что-то все более настойчиво шевелится внизу живота…»
Максим Михайлович Тихомиров
«Она убегала, изредка оборачиваясь и хохоча. Дразня, нарочно распаляя в нем древний инстинкт хищника. Плескался по ветру лисьим хвостом белый подол. Мелькали обнаженные ступни, взметая кровавые медяки осиновых листьев. И князь гнал свою добычу, гнал без жалости. Шел как зверь на манящий терпкий запах живого, животного, сладковатый и горячий. И страсть, темная и жадная, сродни ярости, застилала ему глаза. Как широколобый молодой гончий пес, летел он в хрустальной прохладе осеннего леса, ведомый лишь одним желанием – не выпустить из виду мелькающее впереди светлое платье и облако рыжих волос…»
Вячеслав Бакулин , Дарья Зарубина , Дарья Николаевна Зарубина
«Доктор прибыл на Цереру рейсовым с Меркурия. На каюту первого класса он истратил последние сбережения, однако легкомысленным этот поступок не был. Легкомыслие Доктору вообще было несвойственно, а после пятилетней отсидки в меркурианской федеральной тюрьме – тем более. Так что безрассудная на первый взгляд трата была вполне рациональной – с момента прибытия на Цереру Аристократ гарантировал полный пансион…»