Читаем 100 ВЕЛИКИХ ОТЕЧЕСТВЕННЫХ КИНОФИЛЬМОВ полностью

В огромном мартеновском цехе было десять печей. В фильме есть эпизод, где электровоз въезжает в мартеновский цех. Но как осветить это огромное помещение? «Мы попросили сталеваров специально для съемок этого эпизода открыть одновременно все заслонки мартеновских печей, что по технологии варки стали категорически запрещено, — вспоминает Тодоровский. — Уговорили, сталевары — ребята молодые, как и мы, поддержали нас».

В Запорожье снега не было. А Хуциеву надо было снять эпизод, когда учительница диктует текст диктанта, а за окном класса идет снег. Снарядили специальную команду, которая должна была отправиться и Москву, а потом в Новосибирск, чтобы там снять заснеженные пейзажи. Вечером группа уехала, а утром в Запорожье посыпал потрясающий снег, огромные хлопья. И за один день сняли несколько сцен.

Песня из «Весны…» сразу стала популярной. Рыбников вспоминал, как к ним на съемки, уже на Одесскую киностудию, приехал автор ее текста Алексей Фатьянов. Он был расстроен: «Все в песне есть — и любовь, и дружба, а вот профессии нет». Долго он мучился, не мог найти нужные слова. И однажды ночью он вдруг прибегает радостный: «Все, нашел!» И читает знаменитые строки: «Ту заводскую проходную, что в люди вывела меня»…

«Весну на Заречной улице» создавали два года. К зрителю картину выпустили в 1956-м. «Весна…» не вызвала никаких замечаний цензуры. Впрочем, было какое-то замечание, невнятно сформулированное. А Хуциев, воспользовавшись случаем, доснял один важный для него кадр. Когда всех заселили уже в новые квартиры, герой Юрия Белова остается один с бутылкой шампанского и замечает растерянно: «Полусухое…»

А через несколько месяцев, когда фильм вышел на широкий экран, зрители уже цитировали его наизусть. В 1957 году «Весна на Заречной улице» получила приз на фестивале молодежи и студентов в Москве. Николай Рыбников наделил своего героя редким обаянием. Великий актер Евгений Леонов писал сыну: «Пришел в гостиницу, включил телевизор — и вдруг показывают фильм Хуциева «Весна на Заречной улице». Меня так потрясла игра Рыбникова, что я расстроился — я понял, что я никогда так не смогу. Он так попал в этого рабочего парня, что я подумал: «Как же можно так играть!» — таким простым-простым, таким вот органичным никогда я не стану».

Прическу учительницы Татьяны Сергеевны — знаменитый завиток у виска — нарекли «локоном страсти». Модницы нещадно жгли волосы, чтобы только его повторить. Они не знали, что у актрисы Нины Ивановой, сыгравшей эту роль, непослушные кудряшки от природы. «Татьяна Сергеевна в «Весне» была так красива потому, что камера смотрела на нее влюбленными глазами оператора Радомира Василевского», — говорили создатели картины.

После «Весны…» Радик с Ниной поженились и переехали жить в Одессу. Письма ей шли мешками со всех концов страны. Во многих — признание в любви.

Но дальнейшая карьера в кино не сложилась. Нина Иванова сыграла еще в нескольких фильмах, а в середине 1960-х годов неожиданно вернулась из Одессы и устроилась работать ассистентом режиссера на студию имени Горького. Брак с Радомиром нелепо распался, и началось одиночество. Нина Георгиевна оставила кино и устроилась работать медсестрой в больнице рядом с ВДНХ. В самое тяжелое, онкологическое, отделение…

Много лет спустя после выхода фильма на экраны была снята ностальгическая документальная лента «Возвращение в весну», рассказывающая о том, где и как в свое время зарождалась «Весна на Заречной улице».

Замечательная песня из фильма стала настоящим гимном завода «Запорожсталь», а начальная мелодия — позывными города Запорожье. В музее завода есть специальный стенд — «На съемках фильма «Весна на Заречной улице». А лестницу, на которой сталевар Саша Савченко признавался в любви своей учительнице, нарекли «лестницей любви».

Марлен Хуциев приехал в Запорожье на творческий вечер. И когда в заводском Доме культуры зазвучали слова песни — «В моей судьбе ты стала главной, родная улица моя…» — все присутствующие поднялись, как при звуках гимна. Марлен Мартынович не смог сдержать слез…

«КАРНАВАЛЬНАЯ НОЧЬ»

«Мосфильм», 1956 г. Сценарий Б. Ласкина и В. Полякова. Режиссер Э. Рязанов. Оператор А. Кальцатый. Художники К. Ефимов и О. Гроссе. Композитор А. Лепин. В ролях: И. Ильинский, Л. Гурченко, Ю. Белов, Г. Куликов, С. Филиппов, О. Власова, А. Тутышкин, Т. Носова и др.

…Закончив в 1955 году работу над музыкальной картиной «Весенние голоса», молодой режиссер Эльдар Рязанов подал заявку на постановку фильма «Встречи на Камчатке». Однако директор «Мосфильма» Иван Александрович Пырьев предложил ему снять комедию по сценарию Б. Ласкина и В. Полякова. Рязанов хотел посвятить себя драме и ответил отказом. Но руководитель проявил настойчивость.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Взаимопомощь как фактор эволюции
Взаимопомощь как фактор эволюции

Труд известного теоретика и организатора анархизма Петра Алексеевича Кропоткина. После 1917 года печатался лишь фрагментарно в нескольких сборниках, в частности, в книге "Анархия".В области биологии идеи Кропоткина о взаимопомощи как факторе эволюции, об отсутствии внутривидовой борьбы представляли собой развитие одного из важных направлений дарвинизма. Свое учение о взаимной помощи и поддержке, об отсутствии внутривидовой борьбы Кропоткин перенес и на общественную жизнь. Наряду с этим он признавал, что как биологическая, так и социальная жизнь проникнута началом борьбы. Но социальная борьба плодотворна и прогрессивна только тогда, когда она помогает возникновению новых форм, основанных на принципах справедливости и солидарности. Сформулированный ученым закон взаимной помощи лег в основу его этического учения, которое он развил в своем незавершенном труде "Этика".

Петр Алексеевич Кропоткин

Культурология / Биология, биофизика, биохимия / Политика / Биология / Образование и наука
100 запрещенных книг: цензурная история мировой литературы. Книга 1
100 запрещенных книг: цензурная история мировой литературы. Книга 1

«Архипелаг ГУЛАГ», Библия, «Тысяча и одна ночь», «Над пропастью во ржи», «Горе от ума», «Конек-Горбунок»… На первый взгляд, эти книги ничто не объединяет. Однако у них общая судьба — быть под запретом. История мировой литературы знает множество примеров табуированных произведений, признанных по тем или иным причинам «опасными для общества». Печально, что даже в 21 веке эта проблема не перестает быть актуальной. «Сатанинские стихи» Салмана Рушди, приговоренного в 1989 году к смертной казни духовным лидером Ирана, до сих пор не печатаются в большинстве стран, а автор вынужден скрываться от преследования в Британии. Пока существует нетерпимость к свободному выражению мыслей, цензура будет и дальше уничтожать шедевры литературного искусства.Этот сборник содержит истории о 100 книгах, запрещенных или подвергшихся цензуре по политическим, религиозным, сексуальным или социальным мотивам. Судьба каждой такой книги поистине трагична. Их не разрешали печатать, сокращали, проклинали в церквях, сжигали, убирали с библиотечных полок и магазинных прилавков. На авторов подавали в суд, высылали из страны, их оскорбляли, унижали, притесняли. Многие из них были казнены.В разное время запрету подвергались величайшие литературные произведения. Среди них: «Страдания юного Вертера» Гете, «Доктор Живаго» Пастернака, «Цветы зла» Бодлера, «Улисс» Джойса, «Госпожа Бовари» Флобера, «Демон» Лермонтова и другие. Известно, что русская литература пострадала, главным образом, от политической цензуры, которая успешно действовала как во времена царской России, так и во времена Советского Союза.Истории запрещенных книг ясно показывают, что свобода слова существует пока только на бумаге, а не в умах, и человеку еще долго предстоит учиться уважать мнение и мысли других людей.

Алексей Евстратов , Дон Б. Соува , Маргарет Балд , Николай Дж Каролидес , Николай Дж. Каролидес

Культурология / История / Литературоведение / Образование и наука