Читаем 56-я армия в боях за Ростов. Первая победа Красной армии. Октябрь-декабрь 1941 полностью

Во втором эшелоне армии на отдыхе и пополнении находились: 13-я отдельная курсантская стрелковая бригада — в хуторах Приют, Маргаритово, Котрановском; 64-я кавалерийская дивизия — в хуторах Кузьминском, Александровском, Головинском; 62-я кавалерийская дивизия — в селах Синявке и Недвиговке. Остатки 70-й кавалерийской дивизии были выведены в поселок Чкалова, на северо-восточную окраину Ростова-на-Дону. Там же, в Ростове, находился резерв командарма-56 — 106-я стрелковая дивизия. Обескровленная 353-я стрелковая дивизия спешно пополнялась в хуторах Халыба, Водяном и Веселом. 8-й гвардейский минометный полк «катюш» находился в селе Чалтырь.

Состав 56-й армии продолжал сокращаться. 17 декабря убыла 353-я стрелковая дивизия. 24 декабря из состава армии были исключены 515-й и 870-й гаубичные артиллерийские полки, а также действовавшие совместно части НКВД — 33-й мотострелковый полк и 230-й полк конвойных войск{197}. Части усиления требовались на другом участке фронта, где шли интенсивные боевые действия.

В то же время в обескровленные стрелковые подразделения 31, 343 и 347-й стрелковых дивизий поступало пополнение. Так, 17 декабря в 31-ю дивизию прибыло 382 человека, а 18 декабря еще 942 человека, включая 10 лейтенантов, 75 сержантов и 857 красноармейцев{198}. 19 декабря на станцию Морской Чулек прибыл для огневой поддержки стрелковых частей оперативной группы генерала Козлова бронепоезд № 45. Командование армии стремилось найти возможность для организации полнокровного отдыха тем, кто находился на передовой. 24 декабря был издан приказ № 0119 о сформировании дома отдыха 56-й армии{199}. Но его реализация будет происходить уже без участия Ф.Н. Ремезова.

Существенное внимание уделялось и наведению воинской дисциплины и наказанию за военные преступления. Особенно строго военная юстиция карала самострелы. В приказе № 0111 от 14 декабря указывалось, что в частях и соединениях армии отмечалось ПО случаев ранений, однако расследовано из них было мало. Осуждено за членовредительство было всего 20 человек{200}. Так, 9 декабря военный трибунал рассмотрел дело красноармейца 2-го батальона 16-й отдельной стрелковой бригады П.Д. Жирнова, 1922 года рождения, русского, холостого, происходившего из крестьян-бедняков, проживавшего в мясомолочном совхозе возле города Пржевальска Киргизской ССР, обвинявшегося в совершении преступления по статье 193-12, пункт «в» УК РСФСР. В РККА Жирнов был призван прямо со школьной семьи, окончив 7 классов, в июле 1941 г. Материалами предварительного и судебного следствия было установлено, что Жирнов, «находясь в бою под селом Самбек, Ростовской на Дону области, проявил в этом бою трусость. С целью уклонения от обязанностей несения военной службы и с целью уйти с поля боя, с 6на 7.12.41, во время вражеского обстрела поднял левую руку, вследствие чего получил пулевое ранение в руку и вышел с поля боя». Военный трибунал приговорил его к расстрелу с конфискацией имущества{201}.

В случае дезертирства или самовольного оставления части наказанием могло служить лишение свободы. 15 декабря военный трибунал 347-й стрелковой дивизии рассмотрел дело красноармейца 3-го эскадрона 181-го кавалерийского полка И.П. Яценко, 1903 года рождения, из крестьян-бедняков, беспартийного, женатого, имевшего 3 класса образования, работавшего бригадиром в колхозе родного села Леонтьево Белореченского района Краснодарского края. В РККА Яценко был призван по мобилизации 3 сентября 1941 г. Находясь в боевой обстановке, 8 декабря самовольно оставил часть и отсутствовал до 11 декабря, находясь на станции Приморской. Обвиненный в совершении преступления по статье 193-9, пункт «а» УК РСФСР, Яценко был приговорен к 10 годам лишения свободы без поражения в правах. Однако трибунал принял во внимание тот факт, что Яценко ранее не был судим, а также его чистосердечное признание и просьбу направить на фронт, постановив применить отсрочку приговора. Более того, отмечалась возможность смягчения наказания в случае, если Яценко проявил бы себя «стойким защитником Родины».

Перейти на страницу:

Похожие книги

1937. Трагедия Красной Армии
1937. Трагедия Красной Армии

После «разоблачения культа личности» одной из главных причин катастрофы 1941 года принято считать массовые репрессии против командного состава РККА, «обескровившие Красную Армию накануне войны». Однако в последние годы этот тезис все чаще подвергается сомнению – по мнению историков-сталинистов, «очищение» от врагов народа и заговорщиков пошло стране только на пользу: без этой жестокой, но необходимой меры у Красной Армии якобы не было шансов одолеть прежде непобедимый Вермахт.Есть ли в этих суждениях хотя бы доля истины? Что именно произошло с РККА в 1937–1938 гг.? Что спровоцировало вакханалию арестов и расстрелов? Подтверждается ли гипотеза о «военном заговоре»? Каковы были подлинные масштабы репрессий? И главное – насколько велик ущерб, нанесенный ими боеспособности Красной Армии накануне войны?В данной книге есть ответы на все эти вопросы. Этот фундаментальный труд ввел в научный оборот огромный массив рассекреченных документов из военных и чекистских архивов и впервые дал всесторонний исчерпывающий анализ сталинской «чистки» РККА. Это – первая в мире энциклопедия, посвященная трагедии Красной Армии в 1937–1938 гг. Особой заслугой автора стала публикация «Мартиролога», содержащего сведения о более чем 2000 репрессированных командирах – от маршала до лейтенанта.

Олег Федотович Сувениров , Олег Ф. Сувениров

Документальная литература / Военная история / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное